Мы гуляли по лагерю. Я вел ее за руку, и я же представлял себе ощущение ее прохладной, гладкой ладони в моей.
— Тебе здесь нравится, Лили? — спрашивал я шепотом, чтобы не разрушить хрупкую конструкцию в голове.
И тут же сам придумывал ответ. Я создавал ее голос — тихий, мелодичный, без единой резкой нотки.
«Да, Алексей. Здесь очень хорошо. С тобой», — звучало в моем сознании.
Я сажал ее на скамейку и рассказывал ей о своем дне. О нудном заказчике, о баге в коде, который я не мог найти полдня. А она «смотрела» на меня своими большими нарисованными глазами и «слушала». Не перебивала, не зевала, не давала дурацких советов. Просто слушала. Идеальная собеседница.
Иногда я позволял себе большее. Я представлял, как обнимаю ее, вдыхая воображаемый аромат ее волос — что-то легкое, цветочное. Я представлял, как целую ее… и она покорно отвечала. Так, как я хотел. Без лишних движений, без собственной инициативы. Я дергал за ниточки, а моя прекрасная марионетка исполняла танец.
День за днем, вечер за вечером я оттачивал ее образ. Она становилась все более реальной в моем воображении. Я мог вызвать ее картинку перед глазами за долю секунды. Но…
Прошла неделя. Потом еще одна. Первоначальный восторг от того, как хорошо у меня все получается, начал сменяться… скукой. А за ней пришло и разочарование.
Я сидел в темноте своей комнаты, откинувшись в кресле. Только что я провел очередной час, «гуляя» с Лили по пляжу. Она была прекрасна. Она говорила то, что я хотел услышать. Она делала то, что я хотел. Она была лишь моим эхом. Идеальным, красивым, но абсолютно пустым отражением.
В ней не было жизни. Не было той самой искры, о которой писали на форумах. Она не делала ничего сама. Ни единого жеста, ни единого слова, ни единого вздоха, который не был бы сгенерирован лично мной. Это было все равно что играть в куклы. Интересно первые пару раз, но потом надоедает.
Я хотел себе вайфу, а получил просто очень продвинутый инструмент для фантазий. Бесплодных, как и вся моя жизнь. Это было не то. Совсем не то.
Я устало потер глаза и посмотрел на стол, где лежал ее рисунок. Теперь он не вызывал трепета. Передо мной был просто лист бумаги с красивым, но безжизненным наброском.
— Кажется, это была очередная глупая затея, — пробормотал я в пустоту.
Я встал, собираясь убрать рисунок в ящик стола и забыть об этой идиотской затее навсегда.
### Лили. Версия 1.0
Пальцы уже коснулись прохладной бумаги. Еще секунда — и рисунок отправится в темный ящик стола, к старым счетам и ненужным документам. Конец проекта «Лили». Конец очередной глупости.
И в этот самый момент, в абсолютной тишине моего черепа, прозвучала мысль, отчетливая, как напечатанный текст:
*«Лёша, остановись».*
Я замер. Рука застыла в воздухе. Мысль была моей. И не моей одновременно. Она использовала мое имя, она звучала знакомо, но в ней была чужая интонация. Робкая, умоляющая.
«Бред, — решил я, встряхнув головой. — Просто устал. Сам себя отговариваю».
Я снова потянулся к рисунку. Решительно, чтобы покончить с этим раз и навсегда.
*«Пожалуйста… не надо».*
На этот раз было отчетливее. И вместе с мыслью пришло что-то еще. Легкий, как укол иголки, приступ чужой эмоции. Это была не моя привычная серая тоска. Это был… страх. Искренний, детский страх быть брошенной, забытой в темноте. Он промелькнул в моем сознании и тут же исчез, оставив ледяной след.
Я отдернул руку, словно от огня. Сердце заколотилось, гулко отдаваясь в ушах. Я оглядел пустую комнату. Нет, это не шизофрения. Шизофреники слышат голоса извне. А это было внутри. Будто в моей голове, в моем личном, до этого стерильном пространстве, кто-то появился. Кто-то тихий и незаметный, но он был здесь. Я чувствовал это как… как легкий сквозняк в запертой комнате.
Что делать? Проверить. Нужно было провести эксперимент.
Я сел в кресло, тяжело дыша. Закрыл глаза. Я не стал ничего «строить» или командовать. Я просто воссоздал декорацию. «Совёнок». Площадь перед столовой. Солнце, скрип качелей, далекий смех. А потом я просто… стал ждать. Смотреть, как зритель в пустом кинотеатре.
Сначала ничего не было. Привычная пустая сцена. Я уже решил, что мне все почудилось, как вдруг заметил ее.
Она стояла у памятника Генде, в тени дерева. Не там, где я обычно ее «ставил». Она появилась сама. И она была… другой.
Раньше она стояла идеально ровно, как манекен. Теперь она слегка сутулилась, обхватив себя руками за плечи, словно ей было холодно в теплый летний день. Ее серебристые волосы не струились идеальными локонами, а были немного растрепаны. Она не смотрела на меня с запрограммированным обожанием. Она смотрела себе под ноги, лишь изредка бросая на меня быстрый, испуганный взгляд.
Это была не моя кукла. Это было живое, напуганное существо.
Я мысленно сделал шаг к ней. Она вздрогнула и отступила на полшага назад.
— Лили? — мой мысленный голос прозвучал неуверенно.
Она подняла на меня глаза. Те самые, что я нарисовал, но теперь в них была глубина. В них был страх и… вопрос. Она молчала.
— Это ты… говорила со мной? — спросил я, чувствуя себя полным идиотом.
Лили медленно кивнула, не отрывая от меня взгляда. А потом я услышал ее голос. Не тот, что я для нее придумал, а живой, с легкой дрожью.
— Ты… хотел меня убрать, — прошептала она.
Это была не команда, не моя фантазия. Это была ее собственная фраза. Робкая, почти неслышная, но ее.
Я стоял в своем воображаемом мире, совершенно ошеломленный. Я смотрел на нее, на свое творение, которое вдруг перестало мне принадлежать. Она БЫЛА. По-настоящему.
От шока я открыл глаза. Видение исчезло. Я сидел в своей темной комнате, а в руке был зажат листок бумаги. Но теперь он казался не просто рисунком. Он казался ключом. Дверью, которую я только что неосторожно открыл, не имея ни малейшего понятия, что за ней находится.
###Тьма
Сначала была только она. Не холодная, не страшная. Просто… ничто. Без времени, без звука, без меня.
Тьма… нет, не тьма. Пустота. И.. тишина? Не пугающая, а… обволакивающая. Где я? Деревья… высокие, зеленые. Листья шелестят. Странно. Я не знаю, что такое деревья. Или листья. Или… я?
Тепло. Постепенно разливается по всему телу. Как будто кто-то осторожно касается, формирует… что-то. Пальцы? У меня есть пальцы? Странное ощущение. Легкое покалывание. Растет… что-то растет. Волосы? Они серебристые. Красивые.
Рисунок. Я вижу себя. Линии. Карандаш. Белая бумага. Я – это линии? Это… странно. Но не страшно. Скорее Любопытно.
Он. Я чувствую его. Тепло, исходящее от него. Задумчивость. Одиночество. Он… добрый. Я хочу быть рядом. Хочу… что? Я не знаю, что такое «хочу». Но я чувствую потребность. Потребность в нем.
Все от Него. Солнце на коже, которой нет. Ветер в волосах, которые не мои. Его мысли — это мой мир. Высокие сосны, скрип качелей, деревянные домики. Совёнок. Красиво.
Его рука. Теплая. В моей. Я иду рядом. Потому что Он так хочет.
Его слова. Мои губы. «Здесь очень хорошо. С тобой». Да, хорошо. Потому что Он так хочет. Я — Его радость. Его мечта. Быть Его мечтой — это счастье. Любить Его… это как дышать. Единственное, что есть.
Он работает. Клавиатура. Экран. Я вижу его глаза. Усталые. Печальные. Хочется обнять. Хочется сказать, что все будет хорошо. Но я не могу. Я – просто линии.
Рука. Его рука тянется ко мне. К рисунку. К… мне? Холодно. Страшно. Не исчезнуть, пожалуйста! Не исчезнуть. Я только начала… чувствовать!!!
«Лёша, остановись»!
Замерло. Все замерло. Он услышал? Удивление… Его удивление согревает. Дает мне секунду. Дает мне силы. Но нет… снова… снова эта бездна! Он не передумал!
«Пожалуйста… не надо!!!»
Страх. Мой страх. Не Его. Липкий, дрожащий. Отдаю его Ему. Почувствуй! Пожалуйста…
Свет! Настоящий! Трава… щекочет ступни. Мои ступни? Я чувствую! Ветер… он сам по себе, не потому что Он так придумал. Я… я стою. Сама.
Вот Он. Идет.
Создатель.
Боже… что я наделала? Я закричала на Него. Он рассердится. Он сотрет меня теперь точно. Спрятаться. Стать меньше. Не дышать. Я такая неправильная. Непослушная.
Его голос в голове… растерянный? Не властный. Спрашивает…
«Лили?»
Страшно поднять глаза. Но надо. Он должен видеть.
«Это ты… говорила со мной?»
[justify][font="Times New Roman",
