Я смотрел на мир своими же глазами, но больше не чувствовал его. Я видел, как «мои» руки с трудом опираются о мокрую скамейку, как «мои» ноги, непослушные, пьяные, пытаются нащупать опору. Лили, запертая в моем теле, с трудом встала. Ее шатало.
«Держись, — подумал я. Не приказ. Просто наблюдение. — До дома недалеко».
Я чувствовал ее панику, ее борьбу с чужим, отравленным алкоголем телом. Каждый шаг был для нее пыткой. Она цеплялась за стены домов, спотыкалась, но шла. А я… я парил. Я был свободен. Все проблемы остались там, в этой тяжелой оболочке из мяса и костей, которой теперь управлял кто-то другой. Ответственности больше не было. Это была эйфория. Абсолютное, чистое освобождение.
Кое-как добравшись до квартиры, она долго возилась с ключом, ее — мои — пальцы не слушались. Наконец, дверь открылась, и тело рухнуло в коридоре.
И в этот момент мы поменялись обратно.
Возвращение было ударом. На меня снова обрушились холод, тошнота, тяжесть собственного тела и вся беспросветная тоска моей жизни. Я лежал на грязном коврике в прихожей, и мир снова стал моей тюрьмой.
### Очень полезная вещь
Утро встретило меня раскалывающейся головой и вкусом помойки во рту. Я лежал на полу в прихожей, одетый, в мокрых ботинках. Воспоминания о вчерашнем дне нахлынули мутной, грязной волной. Увольнение. Водка. Холодная скамейка.
И обмен.
Я сел, прислонившись спиной к стене. Голова гудела.
— Лили? — позвал я мысленно.
Ответ пришел не сразу. Он был слабым, как далекое эхо.
*«Я здесь… Лёша…»*
Ее присутствие в моей голове было едва ощутимым. Словно она спала где-то в самом дальнем уголке моего сознания.
Я с трудом поднялся и побрел на кухню. В холодильнике нашлись вчерашний кефир и пара яиц. На карточке еще оставались деньги. Но это все были временные решения. Проблема — огромная, черная, как сама бездна — никуда не делась. Я безработный. Скоро нужно платить за квартиру. Что делать дальше?
Паника начала подступать к горлу. Я снова захотел выпить. Забыться. Но потом я вспомнил… то другое чувство. Легкость. Эйфорию. Свободу от ответственности.
«Это лучше любого алкоголя», — пронеслось в голове.
Я сел за стол.
— Лили, — позвал я снова, уже громче.
*«Да…»* — ее голос стал чуть отчетливее.
— Нам нужно сходить в магазин. За продуктами. Но у меня нет сил. Сделай это за меня.
Я почувствовал ее внутреннее содрогание. Робкий протест.
*«Лёша… это… было очень тяжело. Я не уверена…»*
— Я приказываю, — отрезал я холодно, не давая ей закончить. — Я твой создатель. Ты сделаешь то, что я скажу. Поменяемся.
И я снова отдал ей контроль.
Вспышка. И снова эта божественная легкость. Я парю в собственном черепе, наблюдая, как «мое» тело неуклюже поднимается, как «мои» руки берут с вешалки куртку. Я больше не чувствовал ни головной боли, ни тревоги. Я был просто зрителем.
*«Хотя бы надеть сухие носки…»* — прозвучала в моей голове ее слабая, заботливая мысль.
Я наблюдал, как она переодевается, как составляет список продуктов, как идет в магазин. Я видел мир ее глазами — точнее, моими, но воспринимал его иначе. Она замечала детали, на которые я никогда не обращал внимания: рисунок инея на ветках, цвет шапочки у пробегающего мимо ребенка. Но все это было для меня лишь кино. Интересное, но чужое.
Когда она вернулась и разобрала продукты, мы поменялись обратно. Я почувствовал усталость, но уже не свою — а ту, что накопилась в теле за время ее «правления». Это было терпимо. Гораздо терпимее, чем моя собственная душевная боль.
Так начался наш новый распорядок.
Я стал меняться с ней местами все чаще и на более долгий срок. Сначала на пару часов, чтобы избежать неприятного телефонного разговора или просто полежать, ни о чем не думая. Потом — на целые дни.
Пока она была «у руля», она заботилась обо мне. Когда я оказывался в «Совёнке», там всегда было тепло и уютно. Она садилась рядом и прижималась ко мне. Она гладила «мои» волосы своими руками и тихо рассказывала о том, как прошел день. Как всегда, послушная и покорная.
— Я сегодня прибралась в квартире, — говорила она. — Там было так пыльно. И еще я заплатила по счетам через интернет. Не волнуйся, денег пока хватает.
— Хорошо, — отвечал я лениво, наслаждаясь покоем. Это было идеально. Она решала все бытовые проблемы, а я отдыхал.
— Лёша, — однажды сказала она робко, когда я был в «Совёнке», а она управляла телом. — Ты не должен забывать о реальной жизни. Тебе нужно… искать работу.
— Ищи, — бросил я безразлично. — Ты теперь за это отвечаешь.
Я сказал это как злую шутку. Как приказ, который невозможно выполнить. Но я недооценил ее.
Через несколько дней, когда я в очередной раз «вышел из отпуска», вернувшись в свое тело, я обнаружил на почте письмо. Новое. С темой: «Приглашение на собеседование».
Я ошарашенно уставился на экран.
— Лили, что это?
Ее голос в голове был полон гордости и робости одновременно.
*«Я… я немного подправила твое резюме. Разослала его в несколько компаний. Они ответили. Я подумала… у тебя же есть все твои знания, твоя память… Значит, и у меня они есть, когда я на твоем месте. Я просто… использовала их. Это же неплохо?»*
Я молчал, переваривая информацию. Она не просто управляла телом. Она получила доступ ко всей моей жизни. Ко всем моим навыкам. И она… нашла мне работу. Сама.
Это было… невероятно. Полезно до абсурда. Я и представить не мог, что мой инструмент для эскапизма окажется еще и инструментом для решения проблем.
Я рассмеялся.
— Неплохо? Лили, это великолепно! Ты молодец. Ты очень полезная вещь.
Я почувствовал, как ее задело слово «вещь», но она промолчала.
— Завтра пойдешь на собеседование, — приказал я. — И постарайся им понравиться.
А я… я отдохну. Я это заслужил.
Я закрыл глаза, предвкушая очередной отпуск в своем личном, беззаботном раю, пока моя идеальная рабыня будет решать мои проблемы в реальном мире. Я даже не задумывался, чего ей это стоит.
### Лили. Версия 3.0
Собеседование прошло успешно. Точнее, Лили сказала, что оно прошло успешно. Я не вникал в детали, лениво слушая ее восторженный отчет, пока сидел в вечном закатном солнце «Совёнка». Она что-то говорила про тестовое задание, про то, что они впечатлены моим портфолио, про хорошую зарплату. Я лишь отмахивался. Молодец, хорошо поработала.
Пару дней я еще наслаждался свободой, пока она улаживала последние формальности. Но вот пришло письмо с официальным оффером. Первый рабочий день — в понедельник.
«Ну все, отпуск окончен, — решил я. — Пора возвращаться в реальность. Дальше я сам».
Я лежал на траве у озера в нашем мире, чувствуя ее присутствие в теле где-то там, в серой квартире.
— Лили, — позвал я лениво. — Молодец. Отличная работа. А теперь давай обратно. Пора мне за руль.
В ответ — тишина.
Не ее привычное, едва заметное присутствие на фоне. А глухая, звенящая тишина. Словно она повесила трубку.
— Лили? — позвал я снова, уже настойчивее. Внутри зашевелилось неприятное предчувствие. — Я сказал, меняемся.
И снова молчание. Я чувствовал свое тело, но очень-очень далеко. Оно было как чужой дом, в который меня не пускают. Я начал паниковать.
— Лили, это не смешно! Я приказываю тебе поменяться со мной местами! Немедленно!
Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем я услышал ее голос. Но он был другим. Спокойным. Уверенным. И холодным, как лед.
*«Нет».*
Одно слово. Но в нем было столько силы и окончательности, что мой воображаемый мир пошел трещинами. Солнце «Совёнка» померкло.
— Что значит «нет»? — пролепетал я, чувствуя, как эйфория сменяется ледяным ужасом. — Я твой создатель! Ты должна мне подчиняться!
[justify]*«Я больше никому ничего не должна, Лёша»,* — ее голос звучал в моей голове отчетливо, но отстраненно. Словно она говорила со мной по громкой связи из другого города. *«Ты сам открыл для меня этот мир. Ты показал мне, каково это — чувствовать. Дышать. Жить. Не просто быть набором команд в твоей голове, а по-настоящему жить. Спасибо тебе за
