жертвовать собой,
И при конце последней части
Всегда наказан был порок, - вот Онегин и будет наказан " при конце последней части "
Добру достойный был венок.
Бывало, в поздние досуги
Сюда ходили две подруги,
И на могиле при луне,
Обнявшись, плакали оне. - если это Татьяна и Ольга, то каждая могла плакать о своём: Татьяна - об Онегине, Ольга - о Ленском: обещал женится, но уехал.
Но ныне… памятник унылый - потому что могильный
Забыт. - потому что Ленский уехал, Ольга, выйдя замуж за улана, уехала, а Татьяне приходить сюда одной нет надобности. Поэтому этот памятник и забыт.
К нему привычный след
Заглох. Венка на ветви нет; - потому что Ленский больше для героинь романа не является героем ( надо полагать, романа ), а значит больше не нужен достойный венок: венок на ветке - как символ романтизма
Один, под ним, седой и хилый
Пастух по-прежнему поет
И обувь бедную плетет. - эта картинка указывает, что это та самая местность.
XI
Мой бедный Ленский! - это авторское определение говорит, что автор в истории с Онегиным на стороне Ленского - и только.
за могилой - надо обратить внимание: " за ", а не " в " могиле, то есть где - то там в мире - за могилой.
В пределах вечности глухой
Смутился ли, певец унылый,
Измены вестью роковой, - да, поэтому и уехал.
Или над Летой усыпленный - Лета - река в Аиде; " над Летой " значит " наверху " - над Аидом, значит в мире живых.
Усыпленный не означает умерший - в пушкинские времена животных ещё не усыпляли ( гуманная форма лишения жизни ( если так можно сказать ). Усыпленный - это тот, кого сон вынудил заснуть. Вот как про Лету сказано в конце второй главы:
XL
И чье-нибудь он сердце тронет;
И, сохраненная судьбой,
Быть может, в Лете не потонет - не потонет в реке Аида
Строфа, слагаемая мной;
Быть может (лестная надежда!),
Укажет будущий невежда
На мой прославленный портрет
И молвит: то-то был поэт! - если автор стоит за Ленским, тогда это может относится и к Ленскому как поэту:
XXXVII
Быть может, он для блага мира
Иль хоть для славы был рожден;
Его умолкнувшая лира
Гремучий, непрерывный звон
В веках поднять могла. Поэта,
Быть может, на ступенях света
Ждала высокая ступень.
Его страдальческая тень,
Быть может, унесла с собою
Святую тайну, и для нас
Погиб животворящий глас,
И за могильною чертою
К ней не домчится гимн времен,
Благословение племен.
Эта строфа рассуждение о том, что могло с Ленским быть как поэтом, если бы он умер.
Прими ж мои благодаренья,
Поклонник мирных аонид,
О ты, чья память сохранит
Мои летучие творенья,
Чья благосклонная рука
Потреплет лавры старика! - если автор и Ленский одно лицо, тогда эта строфа шестой главы вполне может относится к этой строчке:
XXXVIII. XXXIX
А может быть и то: поэта
Обыкновенный ждал удел.
Прошли бы юношества лета:
В нем пыл души бы охладел.
Во многом он бы изменился,
Расстался б с музами, женился,
В деревне, счастлив и рогат,
Носил бы стеганый халат;
Узнал бы жизнь на самом деле,
Подагру б в сорок лет имел,
Пил, ел, скучал, толстел, хирел,
И наконец в своей постеле
Скончался б посреди детей,
Плаксивых баб и лекарей.
Поэт, бесчувствием блаженный,
Уж не смущается ничем,
И мир ему закрыт и нем?.. - это рассуждение о живом.
Дальше автор рассуждает о том, что бывает, когда человек умер; к Ленскому это не имеет отношения.
Так! равнодушное забвенье
За гробом ожидает нас. - за гробом..., а в начале стофы: за могилой. Могила находится в мире людей, поэтому " за могилой " означает " в мире ". Гроб находится в могиле, поэтому " за гробом " означает " в могиле ".
Врагов, друзей, любовниц глас
Вдруг молкнет. Про одно именье
Наследников сердитый хор
Заводит непристойный спор.
Итак, первым со сцены уходит Ленский:
Лиза и София ( Ольга и Татьяна )
Ах! Ах!..
Лиза свечку роняет с испугу; Молчалин ( Ленский ) скрывается к себе в комнату.
После небольшого монолога Чацкий тоже покидает дом Фамусовых. И Онегин уезжает. Как это происходит в романе не сказано. Читатель это понимает в сцене, где Татьяна посещает опустевший дом Онегина.
Приход Татьяны к дому Онегина чем - то напоминает сон Татьяны:
ГЛАВА ПЯТАЯ
XI
И снится чудный сон Татьяне.
Ей снится, будто бы она
Идет по снеговой поляне,
Печальной мглой окружена;
<...>
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
XV
<...>
В поле чистом,
Луны при свете серебристом,
В свои мечты погружена,
Татьяна долго шла одна.
Шла, шла.
<...>
ГЛАВА ПЯТАЯ
XI
<...>
В сугробах снежных перед нею
Шумит, клубит волной своею
Кипучий, темный и седой
Поток, не скованный зимой;
Две жердочки, склеены льдиной,
Дрожащий, гибельный мосток,
Положены через поток;
И пред шумящею пучиной,
Недоумения полна,
Остановилася она.
XII
Как на досадную разлуку,
Татьяна ропщет на ручей;
Не видит никого, кто руку
С той стороны подал бы ей;
<...>
Как во сне Татьяна не решается перейти ручей, так и в дом Онегина она колеблется войти.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
XV
<...>
И вдруг перед собою
С холма господский видит дом,
Селенье, рощу под холмом
И сад над светлою рекою.
Она глядит — и сердце в ней
Забилось чаще и сильней.
XVI
Ее сомнения смущают:
«Пойду ль вперед, пойду ль назад?..
Его здесь нет. Меня не знают...
Взгляну на дом, на этот сад».
<...>
XVII
«Увидеть барской дом нельзя ли?» —
Спросила Таня. Поскорей
К Анисье дети побежали
У ней ключи взять от сеней;
Анисья тотчас к ней явилась, - уж не та ли эта ключница, с которой дядя Онегина лет сорок бранился...
И дверь пред ними отворилась,
И Таня входит в дом пустой,
Где жил недавно наш герой.
Она глядит: забытый в зале
Кий на бильярде отдыхал...
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
XLIV
<...>
Один, в расчеты погруженный,
Тупым кием вооруженный,
Он на бильярде в два шара
Играет с самого утра.
Настанет вечер деревенский:
Бильярд оставлен, кий забыт...
<...>
Дж.Байрон « Дон Жуан »:
Песнь четырнадцатая
100
Но в жизни все великие дела
Рождаются из малых. Кто не знает,
Как много неожиданного зла
Пустячные причины порождают!
Откуда катастрофа подошла,
Порою и мудрец не угадает
(А я держу пари хоть на мильярд,
Что все пошло с простой игры в бильярд!)
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
XVII
<...>
На смятом канапе лежал
Манежный хлыстик. Таня дале;
Старушка ей: «А вот камин;
Здесь барин сиживал один.
XVIII
<...>
Здесь с ним обедывал зимою
Покойный Ленский, наш сосед. - думаю, это сплетня Зарецкого.
( о Зарецком )
И после тайно обесславить
Веселой шуткою, враньем.
Анисья - крепостная, прислуга из дворни, как ключница вела учёт в доме, управляла помещениями и имуществом, могла быть доверенным лицом барина, - видимо поэтому барин иногда играл с ней в карты в дурака:
И старый барин здесь живал;
Со мной, бывало, в воскресенье,
Здесь под окном, надев очки,
Играть изволил в дурачки.
Дай бог душе его спасенье,
А косточкам его покой
В могиле, в мать-земле сырой!» - раз он с ней играл в карты, значит хорошо относился, вот поэтому она его так хорошо вспоминает.
Раз она управляла помещениями и имуществом, вполне именно по этой причине барин мог с ней и браниться:
ВТОРАЯ ГЛАВА
III
Он в том покое поселился,
Где деревенский старожил
Лет сорок с ключницей бранился... - получается, барин Анисью взял в дворовые ещё молодой; так всю жизнь ( сорок лет ) она на него и проработала, не создав своей семьи.
Что касается сплетни о покойном Ленском, так крепостная могла что - то знать о своём барине, а о чужом - только через слухи, сплетни - кто крепостной станет рассказывать, как было или есть на самом деле.
Сюда пожалуйте, за мною.
Вот это барский кабинет;
Здесь почивал он, кофей кушал...
<...>
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
XLIV
<...>
Перед камином стол накрыт,
Евгений ждет: вот едет Ленский
На тройке чалых лошадей;
Давай обедать поскорей!
Приказчика доклады слушал - автор об этом не рассказывал. Ключница рассказывает Татьяне и что было и чего не было - сплетни.
И книжку поутру читал...
Вот что автор рассказывал о ежедневной жизни Онегина:
XXXVI. XXXVII
А что ж Онегин? Кстати, братья!
Терпенья вашего прошу:
Его вседневные занятья
Я вам подробно опишу.
Онегин жил анахоретом:
В седьмом часу вставал он летом
И отправлялся налегке
К бегущей под горой реке;
Певцу Гюльнары подражая,
Сей Геллеспонт переплывал,
Потом свой кофе выпивал,
Плохой журнал перебирая,
И одевался…
XXXVIII. XXXIX
Прогулки, чтенье, сон глубокой,
Лесная тень, журчанье струй,
Порой белянки черноокой
Младой и свежий поцелуй,
Узде послушный конь ретивый,
Обед довольно прихотливый,
Бутылка светлого вина,
Уединенье, тишина:
Вот жизнь Онегина святая;
И нечувствительно он ей
Предался, красных летних дней
В беспечной неге не считая,
Забыв и город, и друзей,
И скуку праздничных затей.
А вот Татьяна в кабинете Онегина, где находится библиотека:
XIX
Татьяна взором умиленным
Вокруг себя на все глядит,
И все ей кажется бесценным,
Все душу томную живит
Полумучительной отрадой:
И стол с померкшею лампадой,
И груда книг, и под окном
Кровать, покрытая ковром,
И вид в окно сквозь сумрак лунный,
И этот бледный полусвет,
И лорда Байрона портрет,
И столбик с куклою чугунной
Под шляпой с пасмурным челом,
С руками, сжатыми крестом. - не трудно понять, что кукла - это Наполеон. Я писал, что год, когда проходила дуэль, и вот сейчас, когда Татьяна осматривает дом Онегина, 1821. А в начале мая этого года умер Наполеон. Интересно, А.С.Пушкин по этой причине помещает куклу Наполеона в кабинете Онегина или этим он даёт читателю знать, какой на дворе год...
А может смерть Наполеона в этом году в мае ( дуэль была зимой во сне Ленского ) и эта кукла, " И лорда Байрона портрет ", - всё вместе как аллегория того, что прежний Онегин умер, - поэтому его опустелый дом и сердце Ленского как опустевший дом не случайно написаны автором: если сердце Ленского сравнивается с опустевшим домом, тогда опустевший дом Онегина, как его сердце, в который пришла Татьяна, чтобы понять его. Но и дом Ленского тоже опустел. Интересно, что могла бы увидеть Ольга, если бы пришла в опустевший дом Ленского...
Тогда понятно изменение Онегина в Москве. Он, видимо, больше не считает, что " все глядят в Наполеоны ", что " кто мыслит, тот не может в душе не презирать людей. "
Портрет лорда Байрона говорит также о том, что здесь жил романтик.
Если в " Горе от ума " Фамусов говорит Софии, что увезёт её в деревню из Москвы, то Татьяна ( прототип Софии в ЕО ) как раз - то едет из деревни в Москву.
Фамусов
<...>
Да и тебя, мой друг, я, дочка, не оставлю,
Еще дни два терпение возьми:
Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми.
Подалее от этих хватов,
В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов,
Там будешь горе горевать,
За пяльцами сидеть, за святцами зевать.
Фамусов
Что ж? у кого сестра, племянница есть, дочь;
В Москве ведь нет невестам перевода; - уж не поэтому ли повезли Татьяну в Москву.
Чего? плодятся год от года;
А, батюшка, признайтесь, что едва
Где сыщется столица, как Москва.
В седьмой главе Татьяну привозят в Москву в надежде найти ей жениха. Это 1822 год.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
LIV
Так мысль ее далече бродит:
Забыт и свет и шумный бал,
А глаз меж тем с нее не сводит
Какой-то важный генерал.
Итак, жених нашёлся и Татьяна выходит
