Какая-то мысль в данную минуту не давала Людке покоя. И эта мысль связана с соседями мужского пола. Запах! – вдруг осенило Людку, обладающую острым нюхом. Из Вовочкиной комнаты пахло сегодня очень вкусно. И этот запах даже перебивал кухонные ароматы, создаваемые поварихой. Мозги Людки заработали со скоростью баллистического вычислителя.
Наморщив носик, Людка втянула в него воздух. Рубль за сто – в Вовочкиной комнате находится вкусная еда, источавшая приятные ароматы. И это не запах кильки, хлеба, ливерной колбасы и горчицы. Это запах приличных копчёностей и разносолов. Неужели Вовка притащил в свою конуру девку, перед которой выпендрился, купив в ресторане дорогую закуску. Пахло ещё сыром и каким-то неведомым вином. Нет, Вовка девку не приволок. Иначе бы я увидела, услышала и унюхала постороннюю самку. Чужих девок я завсегда унюхаю в нашей секции. Нам чужих не надо: хватит нам одной Наташки-засранки. Сволочь Вовка сейчас в своей комнате объедается в одну харю без девки.
Любившая плотно поесть Людка, сглотнула слюну и стала темпераментнее шурудить ложкой, перемешивая подгоравшую картошку. Жареная картошка с луком и подсолнечным маслом – оно, конечно, вкусно, но не каждый день. Хотелось разнообразить меню, но Людке лень готовить всякие изыски. Её Воротников и это сожрёт за милую душу. Интересно, какую хрень жрёт Вовец? Закрылся, понимаешь, и в одну харю трескает.
Вове начхать с водокачки на Людкины переживания. Вова хитрый. Вова мозжечком думать умеет. Включаем высшую логику. Что такое стройка? Это не только материалы – это и люди, перерабатывающие материалы. Ставим вопрос ребром – что нужно людям? Как уже выяснилось, строителям нужна спецодежда. Вова пожелал спецодежду – она и наколдовалась, ещё и поощрили Вову деньгами за сообразительность. А кормить народишко надо? Я думаю, заказчик должен обеспечивать подрядчика харчами, если это указано в договоре. Следовательно, Вова, как очень грамотный колдун, в состоянии наколдовать себе родному всякие разносолы, когда-либо используемые для кормления, как простых строителей, так и их начальников. На планете Земля строительство ведётся уже несколько тысячелетий. Чем-то же народ кормили? Огласите меню, пжлста!
Перед носом Вовы появился огромный виртуальный фолиант с перечнем блюд, приготавливаемым для кормления работяг-строителей и их начальников. Перечень, надо полагать, одобрен внеземным разумом. Вова вчитался: особенно его впечатлила еда, предлагаемая строителям, жившим до новой эры. Экологически, мать её, чистая пища. Простенько, но со вкусом. Ладно, пока мясо жареного крокодила заказывать не станем, ограничимся пищей, например, популярной около 1475 года. Ого, да в это время в Европах даже вино работягам давали! Закажем себе кувшинчик клерета – винцо светло-рубинового цвета и возьмём вино, называемое «Вернаж» - красное, как пишут в описании продукта, сладковатое вино с сильным ароматом.
За сообразительность с пищей насущной (ну, и с напитками) Вове прилетела премия в размере 50 рубликов. Не зря парень скрипел мозговыми шестерёнками. Однако он ещё не знал о засаде, связанной со спиртными напитками. Но узнал, когда сел ужинать.
Одним вином не насытишься: Вова заказал себе пищу из эпохи Ивана Васильевича Грозного и разнообразил пищу из двадцатого века. При Иване Васильевиче пищу запекали в русских печах: Вова это дело одобрил, заказав свинину, запечённую со специями и баранину на вертеле. Добавил суп с цыплёнком на шафране и манты с курицей. Рискнул взять блинчики с чёрной икрой и оладушки, еле уместившиеся на тарелке. Как выяснилось, царю Ивану Васильевичу очень приглянулась татарская кухня. Так и мы не против всякую вкуснятину употребить. Это вам не серая и липкая овсянка на завтрак.
В комнатушке, принадлежащей мастеру Купцову, посуды практически не имелось. Вова поступил просто, взяв посуду из соответствующих эпох. Здорово: весь стол оказался заставлен кувшинами с вином, глиняными тарелками и деревянными блюдами. Каким-то образом в этот натюрморт вписался серебряный кубок с самоцветами и пара тарелочек из олова.
Умопомрачительный запах, исходивший от свежеприготовленной еды, отвлёк ахронта от праздного созерцания предметов. Вова, как голодный студент, с урчанием накинулся, вначале, на мясные блюда, кромсая горячее мясо острым ножиком, прилетевшим к нему из эпохи Ивана Грозного. Вова, поедая мясо, даже вилкой не пользовался – отправлял в рот, сочащиеся жиром куски мяса, своими пальцами. Он не забывал хватать к мясу зелень, сырные кубики и огромные маслины. От горячего, пахнувшего специями и дымком мяса свиньи и барашка сладострастно сводило весь организм голодного мастера - от челюстей до пяточек.
Пищу надо запивать, - вспомнил молодой архонт. Перелив светло-рубиновый клерет из кувшина в кубок, Вова отхлебнул вина. Фигвам карапузики: вкус вина Вова не ощутил, как и градус – что-то слегка кисленькое, но жажду эта жидкость утоляла. Неужели вот это когда-то люди называли вином? – удивило Вову. Он ещё не дотумкал, что теперь ему придётся забыть вкус спиртных напитков – они для него впредь станут казаться вода водой без градусов. Вот такая злостная хиромантия. Если хочешь ощутить опьянение – трать волшебные единицы, хотя бы парочку. Тогда тебе, Вовочка, захорошеет минут на десять. Вся еда, что наколдовал Вова себе на ужин, обошлась ему в мизерную долю единички: от такой дозы не опьянеешь. Попробовал Вова насладиться вернажем, но и это вино оказалось вода водой. Странно, запах оно даёт винный, но по мозгам градус не бьёт.
Уже медленнее, без ажиотажа, Вова похлебал супчик и откушал манты. Впечатлило. Чтоб я так жил! Блинчики и оладушки зашли хорошо. Вове к концу трапезы требовалось тратить на них по пять-шесть укусов, но он успешно преодолел такое препятствие.
Почувствовав перенасыщение, Вова откинулся на скрипящем стуле и с восторгом осмотрел тот разгром, что он учинил на своём столе. Ядрён денатурат! Организм переполняла энергия. Эйфория с прорвой энтузиазма - термоядерное сочетание. Хотелось свершить что-то грандиозное, типа перевыполнить план, или, например, помыть посуду. Нахрена её мыть? – осенила логика Вову: как пришло, пусть туда же и уходит. Одно мановение руки и со стола исчезло всё лишнее, кроме некоторых вещичек, оставленных Вовой на память. Это кубок, кувшины, красивый ножик, несколько тарелок из глины и изделия из олова. Это же типа винтаж из глубины веков, - сообразил Вова, - в хозяйстве пригодится. Куда бы это всё спрятать? Куда-куда, надо наколдовать специальный шкаф для таких вещей. Сказано - сделано: теперь Вовину комнату украшал шкаф с раздвижными дверцами. Вот на его полочках и устроилась посуда из средних веков. Зеркальная поверхность шкафа отражала туповатую морду довольного собой Вовочки. Надо жить скромнее, - сказал мастер и переделал зеркальную поверхность на невзрачную текстуру. Нам не надо афишировать свои возможности. Вот койку, тумбочку, стул и стол мы заменим прочной мебелью, а то эта казённая дрянь скоро развалится подомной. Платяной шкаф пока не станем менять - оставим «на потом».
- Почему я живу в пыли и паутине? – нахмурился Вова. - Беспорядок в комнате ведёт к беспорядку в голове и штанах.
Уборка строительного, как и прочего мусора, входила в его суперспособности, а их надо постоянно применять, иначе Высшие Силы нашлют на меня плохие сны. Через пару секунд Вовочкина комнатушка блестела как стерильная операционная: ни пылинки, ни соринки, ни паутинки, да ещё и атмосфера стала намного лучше: для этого стоило только пожелать усилить работу вентиляции. За вечер мы потратили четыре единички силы между делом, а это полноценные двенадцать рубликов. Но сил у нас ещё ого-го сколько: надо вставать и идти ремонтировать наш санузел, что Вова и сделал с азартом победителя социалистического соревнования.
Люду Воротникову распирало любопытство – что у себя такое вкусное и запашистое трескает Вовочка, да ещё она ощутила интересный аромат вина. Живут же люди. Она бы сейчас с удовольствием опрокинула бокальчик другой винца даже в компании Вована Купцова. Но муж дома, а Люда приличная девушка. Она не такая, она по чужим мужикам не бегает. Но, сука, какие вкусные запахи исходят из Вовкиной комнаты. За такую еду можно Вовану отдаться. Но не сразу. Как честной девушке, сначала надо немножко покочевряжиться, потом отдаться. Воображение рисовало горы различных вкусностей и запотевшую пузатую кружку с янтарным напитком. Недаром некоторые злые языки звали Воротникову: «Люда - съест четыре блюда».
Людин желудок, сволочь неблагодарная, прикинулся страдающим выпадением памяти, типа амнезия у него приключилась: не помнит, тварь такая, что Люда накидала в него в обед очень много пищи. Желудок, пакость такая, мёл всё подряд, изображая из себя пылесос «Ракету». Куда, мля, вся пища делась? Желудок доводов разума не воспринимал – требовал забыть стыд вместе с совестью и пойти к Вове поклянчить вкусняшки. И вообще - великие решения, женщина, принимаются на сытый, а не на голодный желудок. Запиши себе в блокнотик эту великую истину, в противном случае пойдёшь ко дну быстрее Титаника.
Люда, заполучившая ежа в трусы, накручивала круги по маршруту «своя комната – коридор – кухня» в надежде, что дверь в соседскую комнатушку откроется и она, хоть одним глазком да увидит Вовкины разносолы. Дверь пока не открывалась, но Люда услышала возню за этой дверью, звон инструментов и каких-то железяк. Странные звуки озадачили любопытную соседку: чего это Вовец задумал.
[justify] Через некоторое время дверь в соседскую комнату таки открылась и Люда, не выдержав, ринулась смотреть тайны гражданина Купцова. Насчёт понимания чего ел сосед, Люда пролетела, но таинственности только прибавилось – Вовочка стоял в дверном проёме и держал в руках кучу больших и маленьких коробок. Ещё и запах. Вернее, запаха Люда совершенно не чувствовала: в комнате соседа отсутствовал запах деликатесов. В коридоре ещё чувствовался запах мяса и вина, а в Вовкиной комнате никаких запахов нет. Происходит какая-то мутная хренотень с намёками на чертовщину. Это как понимать? – обомлела соседка. - Совершенно не улавливаю даже тень смысла. И чего это за коробки в руках
