Не получилось у Таньки ставить вопрос ребром. На защиту Вовочкиной двери от посягательств пришлых дамочек грудью встала свирепая Людка Воротникова, как кобра, раздувшая капюшон при виде Таньки – мля, село ты, Людка, не асфальтированное, вот ты кто. Смотри сама себя случайно не укуси, а то сдохнешь.
Людка совсем не вежливо вытурила Таньку из секции. Вытуривала так, чтобы Танька поняла и на носу себе зарубила – нам здесь залётных шалав не надо, своих хватает, так что сбей пену гражданка. Готовь своё седалище под пинок. Заморишься свой супохлебатель на нашего Вову разевать. Повадились всякие кикиморы у нас тут зигзагом ползать. Придёшь сюда ещё раз, убожество на двух ножках – раскатаю тебя как тесто для пельменей. Вали отсюда глиста в обмороке: катись туда, не знаю куда, где, такие как ты, оказывают мужикам пикантные услуги по демпинговым ценам.
Пришлось гостье затерпеть наезд, хотя, так и хотелось отправить Людку пешком в Пензу: она меня разнервировала, как удав кролика. Плесни Людка в свою мензурку какого-нить лекарства, чтобы на людей не кидаться. Пойду я отсюда - здесь одни психи с чёрными пятнами на совести обитают.
Худой и мелкой Таньки как-то не с руки сражаться с толстозадой Людкой на её территории, но просто так инцидент нельзя оставлять, это не в духе нашего времени. Убиться веником! Чтоб тебя в овраге сожрали страшные микробы. Надо, ядрёна выхухоль, больно отомстить засранке, имеющей разум, как у морской креветки, а задницу, как у бегемота. Учитывая, что её Мишка Воротников тот ещё ходок – вот с ним и отомщу жопастой заразе с полностью атрофированным моральным компасом. Раз пять отомщу, а то и семь раз.
Вова, отделившись от всех дверью, в это время считал деньги и не ведал о страстях, кипящих в общаге, как в опере про импортную Дездемону. Сегодня он потратил всего 103 единицы; за это получил триста девять рублей: число 309 звучит красиво. Ого, в кошельке у него уже почти тысяча рубликов. Это хорошо. Спиртное на него не действует. Это плохо. Зато от траты волшебных единиц он приходит в экстаз, сопоставимый с горячим сексом с красивой девчонкой. Это хорошо. Но на настоящих девчат времени нет. Это плохо. А где тут найти девчат, хоть немного сопоставимых с богиней Иридой? Нет таких, особенно в нашей задрипанной общаге. Вспоминая Ириду, Вова загрустил. Вместе с ним грустили его Голоса и Призраки, наверное, из солидарности.
Один Голос, копируя голос Иосифа Сталина, высказался в философском плане: «Для мужчин есть только два типа женщин: «Ябывдул» и «Нунах». Вова даже не поленился записать этот тезис в тетрадку. Затем он незаметно погрузился в сон. Это постарался вашудхари: молодому архонту надо отдыхать, а не перетруждаться физически и морально. Вот станет архонт мудрым кудесником, тогда другое дело. Давай будущий кудесник – на фаянс и спать, завтра тебя ждут новые великие дела. Но как теперь жить в трезвости? Придётся отказываться, когда наливают. Скажу – у меня твёрдые принципы и железобетонные устои.
Спал Вова сладко: вот что значит здоровая, откорректированная божественной вашудхари, вегетососудистая система молодого архонта. Снилась Вове стройка и что-то с влажным сексуальным подтекстом, но утром Вова не мог вспомнить, что ему грезилось ночью, но что-то приятное. С рассветом уходят невзгоды. Правильно начавшееся утро – в нужном ключе решает задачи целого дня.
Евины дети! Разговаривать с начальниками – это как пить денатурат с шампанским и закусывать сухарями. Каким местом начальники думают? Соберись Николай Павлович, нервы в кучку.
Солнце решительно встало над горизонтом и принялось наяривать светом, как Вовину стройку, так и весь Барнаул: оно обещало жаркий день. С утра на стройку приехал начальник ПТО Кубышкин Пётр Алексеевич с инженером-геодезистом – мужиком средних лет. Имя этого инженера Вова так и не узнал.
В глазах начальника ПТО читалась начальственная брезгливость ко всяким прорабам и, тем более, к мастерам. Кубышкин ошарашил Николая Павловича сообщением: «Послезавтра снимаем с твоего объекта людей, на других объектах они нужнее. Раз уж вы умудрились сделать несущие стены четвёртого этажа, то даём вам два дня на раскладку перекрытий и лестниц. Сколько успеете сделать – столько и сделаете. Выделяем вам геодезиста на два дня».
Пётр Алексеевич, честно говоря, не ожидал прогресса на этой злосчастной стройке. Как они умудрились одним звеном зашарашить такой объём кладки? Однако сделали. Они тут что - работали в режиме «горящей жопы»? Патриоты, мля!
На мастера Купцова Пётр Алексеевич смотрел, как на пустое место – обиделся на его исчезновение с празднования дня рождения. Оставим на объекте трёх разнорабочих – пусть Шмаков, вместе с этим недоделанным Купцовым тут муздыхаются, как хотят, в меру своей фантазии – всё равно от них толку нет: один старый алкоголик, другой молодой придурок. От них что-то умное ждать – это как из сухой тряпки воду выжимать.
Прежде чем уехать, начальник ПТО озадачил Шмакова: «Тебя, Николай Павлович, вместе с твоим мастером мы на неделю переводим на снос двухэтажных бараков. Надеюсь, за неделю вы их снесёте и подготовите площадку под новостройку. Руководство на тебя надеется и всё такое».
Заслуженные прорабы не имеют свободы выбора в этой не самой совершенной Вселенной. Мнение прораба для начальства СУ оказалось до лопаты, зато начальство не стесняется на выговоры и нахлобучки. Я в печали, хлебаю горя полной ложкой. Зачем я жгу собственные невосполнимые нервы и порчу свой родной желудок? Хоть волком вой от таких закидонов начальников. Чего, спрашивается, тянуть кота за причиндалы: надо бросить на наш объект все силы, тогда ещё успеем сдать его в срок. Увы, у наших укуренных начальников своё видение: затевают новое строительство, а недострой оставляют «на потом». Задницей чувствую, конкретно оттопырят они мне мои любимые чакры перед пенсией. Вот только не надо, Николай Павлович, заниматься самокопанием, иначе можно прийти к пониманию бессмысленности бытия и к гнилым философским идеям о сущности власти.
Вот так заканчиваются тучные года и начинаются невзгоды. Не захочешь, но поневоле поверишь в звезду Полынь, несущую нам большой конский конец.
- Как же мы без людей достроим объект? – поинтересовался прораб.
- Придумаем что-нибудь, - отмахнулся Кубышкин.
Услышав слово «придумаем», со своими дурацкими идеями в разговор умных людей влез Вовочка:
- Я найду людей, - заверил он начальников. – Привлеку пенсионеров строителей, договорюсь со студентами, наловлю бомжей … будут у меня хоть по нескольку часов в день вкалывать. Можно ещё в выходные дни работать и в ночную смену.
Шмаков обомлел от такого заявления своего мастера: какие пенсионеры, какие студенты с бомжами в ночную смену? Кубышкина вообще перекосило от идей Вовочки.
- Делай, что хочешь, - махнул он рукой. Не говорить же Купцову в глаза о его неполноценности. Умные слова до мутного сознания Купцова не пробиваются. – Только не забудь на своих бомжей и пенсионеров добыть медицинские справки с разрешением работать на стройке.
Бурча что-то про ненормальных людей, подвизавшихся на стройках, начальник ПТО удалился. Сука, наберут специалистов по объявлениям на заборах. Вообще-то, этого Купцова к нам по распределению прислали – его и выгнать нельзя – молодой специалист. Скажут: учите. А как этого «уникального» специалиста, наделённого альтернативным разумом, учить - он же совсем дурной? Если только оглоблей ... Педагогика в случае Купцова бесконечно запоздала.
Шмаков не стал ругать Вову: дурака учить – как мёртвого лечить. Не надо тебе Николай Павлович лишний раз волноваться, не надо нервы трепать – волнения лишь увеличивают беспокойство и от них появляются морщины. Решать проблему методом создания другой проблемы – это точно не мой путь: скоро только кошки родятся да революции мутятся. Зачем мне такое трудное счастье? Зачем жить иллюзиями, если обстоятельства сильнее нас и прут, как каток без тормозов. У меня в заначке ещё осталась чекушка и бутылка коньяка – следовательно, живём. Сегодня Вова меня расстроил. Вчера обрадовал, найдя водку в куче мусора, а сейчас расстроил: он втёрся не туда, ещё и начальника ПТО разнервировал своими идеями. Как можно жить иллюзиями? Жизни груз нести - не мудями трясти. Надо Вове эту мудрость высказать. Помню, в детстве я сам верил в Деда Мороза, потом верил в прогнозы погоды и даже ходил на выборы. Теперь я никому не верю.
Прораб отправился в свой вагончик, геодезист пошёл контролировать установку плит перекрытия, а Вова потащился в подвал – искать прорабу спиртное в кучах строительного мусора. В этом подвале, заваленном мусором, как оказалось, спиртного, закупоренного в самые разнообразные бутылки, как грязи. Минут через пятнадцать поисков Вова «нашёл» пару бутылок вьетнамского рома. Этот напиток способен одним стаканом вывести из строя здоровую лошадь, а клячу доконать. Прораб не лошадь, но Вове не надо чтобы Николай Павлович скакал по стройке и совал свой нос, куда не надо.
[justify] Прораб так изумился злой силе рома, что немедленно заснул в своём вагончике, как только продегустировал качество заморского напитка. Спал, носом посапывая, а кое-чем попукивая.
