Преферанс

деньги.

Быков (зевает, прикрывая рот рукой). Время уже позднее – пора спать ложиться. Завтра утром можно будет на наше местное озеро сходить или на речку. Погода стоит тёплая – я думаю, что впору уже открывать купальный сезон.
Никитин. Завтра посмотрим. Утро вечера мудренее. Хотя идею искупаться я поддерживаю! Я на всякий случай плавки с собой взял.
Фролов. А я вот забыл.
Быков. Ничего, Толя, не расстраивайся! Подыщем тебе здесь какие-нибудь плавки. У меня на даче всякого барахла навалом.
Фролов. Тогда и я с вами купаться пойду, конечно. Погода сейчас для купания – самое то! (Улыбается).
Быков. Ну вот и отлично! А теперь всем спать пора. Светка вам на втором этаже постелила. Спокойной ночи! (Уходит).
Никитин. Ну что, Толя, пошли на второй этаж тогда! А хорошо мы в преферанс сегодня поиграли!
Фролов. Да, игра удалась. Вот только Серёга из-за своего поражения малость расстроился…
Никитин. Ничего, к утру он уже забудет об этом. И вообще нам всё-таки надо чаще собираться, ты согласен?
Фролов. Конечно. С этим не поспоришь…

Фролов и Никитин, продолжая беседовать, уходят, и вскоре их голоса за сценой затихают.

                (Занавес).





                ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Сцена представляет собой часть участка Сергея Быкова. Слева возвышается дом Быкова, построенный из красного кирпича, с высоким красивым крыльцом. Недалеко от крыльца стоит железная бочка с дождевой водой. Перед домом, в центре сцены, находится небольшая летняя беседка. Ещё правее растут кусты смородины, за которыми проходит сколоченный из широких, стоящих вертикально досок забор. За забором стоят две автомашины: «Рено Меган» Фролова и девятая модель «Жигулей» Никитина. В глубине сцены виднеется железный, выкрашенный в зелёный цвет гараж, в котором поставил свой «Лексус» Быков.

                ЯВЛЕНИЕ 1.

Утро. На улице ярко светит солнце. Слышно звонкое пение птиц. Из дома выходит Светлана Быкова и спускается по ступенькам крыльца на участок.

Быкова. Какое замечательное, чудесное утро! Как я всё-таки люблю бывать на даче! (Сладко потягивается). Природа здесь просто прелесть! А как чудесно птицы поют! (Останавливается около беседки и примерно полминуты слушает пение птиц). Ах да, надо зелени ребятам к завтраку нарвать! С этими птицами я чуть было об этом не забыла… (Идёт к грядкам с зеленью, расположенным в глубине участка, садится на корточки и начинает рвать зелень).

На крыльце появляется Фролов. Некоторое время он неподвижно стоит там, курит сигарету и наблюдает за Быковой. Быкова сидит к Фролову спиной и не видит его.

Фролов. Света, доброе утро! Как спалось?
Быкова (вздрагивает от неожиданности и оборачивается). Ой, Толь, доброе утро! Ты меня прямо напугал! Что это ты так рано проснулся?
Фролов (спускаясь с крыльца). Да я выспался нормально! Здесь на природе спится особенно сладко, а всякую усталость, как рукой, снимает. Птицы меня разбудили своим пением. Уж очень громко они у вас тут поют!
Быкова (смеётся). Что есть – то есть! Птицы у нас здесь шумные. Но мы к ним уже привыкли, без них даже скучно будет.
Фролов. В Москве птицы так не поют. Это уж точно. (Небольшая пауза). Как у тебя вообще дела-то? Мне с тобой вчера даже толком и поговорить не удалось.
Быкова (с лёгкой грустью). Так ты сам меня вчера избегал. Или мне это показалось?
Фролов. Я хотел с тобой наедине поговорить, но всё как-то не получалось. А ночью я вышел покурить, но в твоём окне света не было, и я решил, что ты уже спишь.
Быкова (со вздохом). А я, между прочим, тебя ждала…
Фролов. При муже любовные свидания с его женой устраивать – это просто свинство. Я же не свинтус какой-нибудь, а порядочный человек. Да и Серёгу лишний раз раздражать не хочется – он и так весь на взводе.
Быкова. Ладно, проехали.
Фролов. Как у тебя дела-то, Светик?
Быкова. Да вроде ничего дела, живём помаленьку, не бедствуем. Жаловаться особо не на что.
Фролов. Что-то ты как-то грустно об этом говоришь. Проблемы, что ли, есть какие-то?
Быкова (вздыхает). Есть, конечно. Куда же от них денешься, от проблем-то?
Фролов. Ну, проблемы есть у всех. А у тебя-то какие проблемы, Света? Муж нормально зарабатывает, дом себе вон какой шикарный отгрохали, отдыхать за рубеж ездите, да и в семье вроде у вас всё в порядке…
Быкова. Да, Толь, денег хватает, слава Богу. Но в семье у нас далеко не всё в порядке. Да и вообще разве в деньгах счастье? (Тяжело вздыхает).
Фролов. И в деньгах тоже. Без них сейчас никуда. Серёга в этом отношении мужик правильный – добытчик что надо! И сына правильно воспитывает, как мне кажется!
Быкова (слегка сердито). Со стороны всё очень гладко и пристойно смотрится, конечно! А изнутри всё выглядит совсем иначе. Серёжа далеко не идеален, мягко говоря!
Фролов (с любопытством). И в чём же заключается эта его неидеальность?
Быкова. Да он дома почти не бывает: с утра на работу уходит, а возвращается уже поздним вечером. По дому он вообще практически ничего не делает – всё на мне висит. Да и воспитанием сына он тоже мало занимается. Ни разу не видела, чтобы он Ване помог уроки выучить или что-нибудь интересное ему рассказал. Придёт домой с работы, поест и на диван перед телевизором скорее ложится, даже посуду за собой не помоет! Про уборку я вообще молчу – если я дома не уберусь, то мы просто грязью зарастём! Тоже мне хозяин!
Фролов. Может, он так сильно устаёт на работе, что на домашние дела у него уже сил не остаётся…
Быкова (всё больше распаляясь). И мне он внимания почти не уделяет! Когда мы только начали встречаться, он мне постоянно цветы дарил, в кафешки, в кино, в театры водил, всячески меня обхаживал. Красиво за мной ухаживал, одним словом! А теперь что? Он с этой своей проклятой работой про меня просто забыл! Я уже лет пять, если не больше, в театре не была; цветы он мне дарит 2 раза в год: на 8-е марта и на мой день рождения. Просто так букетика цветов от него не дождёшься! А если бы у меня день рождения был 8-го марта, он бы вообще дарил мне цветы один раз в год! Правда, на 10-летие нашей свадьбы колечко с бриллиантом он мне всё-таки подарил, но это его всё равно не оправдывает.
Фролов. Да уж… И что же ты намерена со всем этим делать?
Быкова. Пока терплю, но и моему ангельскому терпению когда-нибудь придёт конец.
Фролов. Разведёшься что ли с Серёгой? (Усмехается).
Быкова. Нет уж, дудки! Как я без него буду семью содержать? Моей зарплаты не хватит, чтобы Ване дать хорошее образование, чтобы ему одежду модную покупать, возить его отдыхать за границу. Без Серёжи и его денег мы просто пропадём. (Вздыхает).
Фролов. Всё понятно. А ты сама-то не работаешь, что ли? Денег не зарабатываешь?
Быкова. Работаю, конечно, как все. Продаю модную одежду в одном фирменном магазине. Но зарплата у меня гораздо меньше, чем у Серёжи – на содержание семьи её бы точно не хватило. И вообще я считаю, что женщина должна работать на себя, а семью обязан содержать муж. А иначе зачем он нужен?
Фролов. И что же, ты ничего не вкладываешь в ваш семейный бюджет?
Быкова. Очень редко. Лишних денег у меня почти никогда не бывает. Достаточно того, что всё домашнее хозяйство и так на мне одной висит!
Фролов. И на что же ты всю свою зарплату тратишь, если не секрет?
Быкова. Не секрет. Я считаю, что настоящая женщина должна выглядеть красиво. На свои деньги я покупаю себе всякую модную одежду, стильные сумочки, косметику, посещаю салоны красоты, хожу в фитнес-клуб два раза в неделю. Книги себе покупаю опять же; мой-то ничего не читает, кроме спортивных газет, а я люблю почитать разные детективчики или дамские романы. Ну а оставшиеся деньги я кладу себе на сберкнижку – надо же иметь какие-нибудь накопления на «чёрный день».
Фролов. Ясно. А мы с Олей пополняем наш семейный бюджет вместе и тратим его тоже совместно.
Быкова. Ну, каждому – своё, как говорится! (Пауза). Толь, а ты представляешь, что мой Серёжа удумал? Он хочет своего отца в нашу квартиру переселить! Этого только не хватало!
Фролов. А чем же тебе Евгений Иванович-то не угодил? Такой добрый, интеллигентный и начитанный старик! С ним бы вам только веселее стало.
Быкова. Нет уж, я со свёкром вместе жить не хочу! Это уже выше моих сил. Я была так счастлива, когда Серёжа купил отдельную квартиру, и мы переехали от его родителей. Если честно, то они меня просто достали за те четыре года, что мы жили вместе с ними. Особенно свекровь злобствовала, Татьяна Григорьевна – по любому поводу ко мне придиралась. Конечно, нехорошо так говорить, но я была даже рада, когда она в прошлом году умерла. Туда ей и дорога, старой стерве!
Фролов. А мне жалко Татьяну Григорьевну. Я помню, как в детстве она угощала нас очень вкусными пирожками и чаем с клубничным вареньем. Мы тогда к Серёге после школы частенько забегали! Эх, детство-детство, прекрасная, золотая пора! (Вздыхает).
Быкова. А Евгений Иванович был всегда на стороне этой грымзы – Серёжкиной мамаши. Никогда я не смогу этого ни забыть, ни простить!
Фролов. Зря ты так, Света! Надо уметь прощать людям зло – тогда и жить на свете легче будет.
Быкова. Легко сказать – простить! Старые обиды забыть всегда очень трудно…

Фролов подходит к Быковой и слегка обнимает её за плечи.

Фролов. Не переживай, Светка! Всё у вас наладится, не сомневайся!
Быкова (со вздохом). Хотелось бы. Вот если бы Серёжа побольше времени уделял нам с Ваней да по дому хоть что-нибудь делал, то цены бы ему не было!
Фролов. Кстати, у нас в редакции в отделе культуры есть сотрудник, который легко может достать билеты практически в любой театр на любой спектакль, причем с большой скидкой. Хочешь, я вам с Серёгой билеты через него достану на какую-нибудь интересную премьеру?
Быкова (скептически). Серёжа не пойдёт. Он вечно занят на своей работе, а в воскресенье его из дома даже во дворе погулять не вытащишь, не говоря уж о походе в театр.
Фролов. Ну, хочешь, я с тобой тогда схожу?
Быкова. А как же Оля