стоял в пальто.
- Прямо не знаю, что мне делать, кого из вас предпочесть: того, кто вломился, или того, кого сама затащила? – комично призадумалась она.
- Серьёзная задача! – констатировал теперь уже знакомый.
Елена сцепила пальцы и наклонила к ним голову, изображая усердную задумчивость. На самом деле её вновь одолевала мелкая дрожь. Затем она встряхнула руками и потянулась пальцами к пуговицам на его пальто. Он, было, сам захотел управиться с ними, но она слегка ударила его по рукам – не лезь, куда не просят. Ярослав несколько удивился, но покорился. Эта маленькая победа придала ей уверенности, Поместив пальто на вешалке, она снова предстала перед ним, пряча глаза. Елене трудно было понять, что с ней происходит. Мысли, которые смущали её, пробегали в голове одна за другой, настойчиво подбивая к действиям. Она никогда бы ранее не подчинилась им, а тут они руководили ею, упорно и настойчиво. Прямо наваждение какое-то! Ей стыдно было смотреть в глаза человеку напротив, стыдно от того, что она собиралась сделать. Девушка глубоко вздохнула и выдохнула.
Ярослав, не отрываясь, смотрел на неё, по-видимому, понимая её смятение. Как она была хороша в своей нерешительности! Ну же, милая! Брать инициативу в свои руки было опасно, можно всё испортить. Пусть сама разруливает. Ситуация несколько забавляла : на что она сейчас решится? Только бы не выставила за дверь. От неё всё можно ожидать.
Елена приблизилась к нему ещё на полшага. Она неотрывно смотрела на его рубашку глубокого темно-вишнёвого цвета. Русые локоны наполовину закрывали её лицо.
-Красивая у тебя рубашка,.. Мой любимый цвет, –тихо сказала она, видно приближаясь к самому главному.
- Мой тоже, - так же тихо откликнулся он, утопая в её аромате. – Ну вот, уже что-то общее между нами проскочило.
- Не торопись, – прошептала она. Ещё раз глубоко вздохнула. Снова уставилась на рубашку. Руки сами потянулись к пуговицам, расстегнули одну, другую, третью…
- Что ты делаешь, бесстыдница? – прошептал он, замирая.
-Что я делаю? – слабо откликнулась она.
-Ты раздеваешь меня на пороге.
- Ну и что?
- Я же замёрзну!..
Она распахнула рубашку. Оглядела грудь.. Провела руками по обнаженному телу раз, другой…
-Никогда не была такой бесстыжей. Это ты дурно на меня влияешь. Так что сам виноват. – Она прикоснулась губами к обнаженной груди совсем недавнего незнакомца. Раз…другой… третий… вошла во вкус…
- Ах, вот как!? – Он запустил руки под синюю кофту тонкой вязки и мигом снял её с Елены, бросил на тумбочку, туда же упал и бюстгалтер. А её груди оказались у него в ладонях. - Один – один!… Что будем делать? Я не могу так долго стоять. Просто изнемогаю…
- Я тоже…
- Какое счастье! Ещё одно общее в копилку полетело… Так какие будут предложения? –прошептал он ей в самое ухо. – Может,.. чайку.. хлебнём?
- Нет… нам нужен аэродром, я так думаю… –слабея, проговорила она.
- Уверена?.. А то, может, все-таки чайку?
- Аэродром!.
- Какая жадина!... Кто бы мне показал дорогу к нему. – Она махнула рукой, говорить не могла - они слились в поцелуе, который Елена нестерпимо от него ждала. Ярослав подхватил её на руки и понёс в указанном направлении.
Наутро в девять часов Елена суетилась на кухне, готовя завтрак на двоих, впервые за последние четыре года. Она чувствовала себя легко и радостно. Неизъяснимое блаженство наполняло её. Она боялась признаться себе, что очень счастлива. Удивительная перемена произошла в ней: куда делась напряженность, вечное затаенное недовольство, безразличие ко всему. Сегодня хотелось быть нежной, ласковой, покорной ему, тому, кто валялся ещё в её постели. Желание подерзить как рукой смыло… Что происходит?... Сказка какая-то! Неужели такой резкой перемене она обязана прошедшей ночи! Она стыдливо улыбалась, кокетничая сама с собой, тихонько мурлыкала спонтанный мотивчик, который никогда ни за что не смогла бы повторить. А ночь… Старалась не вспоминать подробности прошедшей ночи, они просто повергали её в страшное смущение. Никак не ожидала от себя таких подвигов. О Боже! Это какое-то наваждение! Что он подумает о ней? Распутница!
- Доброе утро, девушка! Какие запахи! Неужели все это для меня!
- Самовлюбленный какой! Всё только о себе да о себе!
- Нет, ну я , конечно, поделюсь с тобой. Мне не жалко. Как-то надо компенсировать вчерашний чай! – полуодетый, улыбающийся, он стоял в дверном проёме кухни, уминая стиснутый с тарелки творожник.
- Не хулигань, умываться – и к столу. Я заканчиваю.
- Как скажете, начальник.
Они сидели за столом, пили кофе и ели творожники со сметаной. Аппетит у обоих был не слабый, пришлось Елене ещё подкладывать творожников на тарелку.
- Спасибо, очень вкусно. Хорошая хозяйка! –улыбался он довольно, глядя на неё.
-Не подлизывайся! – Елена пила кофе, стараясь не встречаться с его взглядом, чувствовала себя нашкодившей девчонкой, ждущей осуждения.
А он откровенно любовался ею: такой хорошенькой она была в своём цветастом халатике, со слабо заплетённой косой на спине, с выбившимися локонами вокруг лица. Она хоть и прятала свои глаза, но он все равно уловил их таинственный блеск, ни с чем не сравнимый свет женщины после ночи любви. После того как с завтраком покончили, он позвал её:
-- Иди ко мне! Ну, иди, иди…
- Зачем?
- Иди, не бойся!
Она подошла. Он посадил её на колени. Погладил по волосам.
-Всё нормально? - спросил он. – Почему ты такая напряжённая?
- У меня всё нормально. А как ты себя чувствуешь после ночного цунами?
-Превосходно!. Готов к новым подвигам! Особенно после твоих творожников. Очень вкусные. Моя мама тоже иногда балует нас творожниками, но у твоих есть какая-то своя изюминка.
- Рада, что угодила.
- Рада? А я прямо-таки счастлив, что ты рада!..Раньше ты мне рада не была… как будто,- он поцеловал её руку, помолчал, глядя на неё. – И всё-таки, что тебя смущает? Ты не смотришь мне в глаза, отворачиваешься … Что случилось?
- Да ничего не случилось… Просто… я … как.. не в своей тарелке.
- Почему? Где ты потеряла свою тарелку? –поинтересовался он.
- Я потеряла её сегодня ночью. И в этом виноват ты!
- Я согласен быть виновным во всём, что доставляет тебе удовольствие, но в чем, собственно, дело? Ты жалеешь о чем-нибудь?
- Нет, конечно,.. Но… я не предполагала, что могу вести себя так откровенно… Это была не я, это была какая-то… которая вела себя… у меня слов нет!
Он засмеялся.
- Вот видишь, и ты смеёшься надо мной! – она недовольно встала и отошла к окну. Он подошёл следом, положил руки ей на плечи, повернул к себе лицом.
– Посмотри на меня. - Она с трудом подняла на него глаза, в которых уже блестела влага. - Не обижайся. Всё хорошо. Ты просто молодец! Подарила мне чудесную ночь, и я не хочу, чтобы ты жалела об этом. Ты вела себя как нормальная женщина, правда. Просто вы, учителя, постоянно контролируете себя во всем, зажимаетесь. Это неплохо, с одной стороны – работа обязывает быть всегда, так сказать, на высоте. Но природу свою держать в тисках нельзя, с нею не надо спорить. Природа не ошибается, и ты должна слушаться её. Я рад, что помог тебе расслабиться. –Он снова поцеловал ей руки. И обнял. Она сладко утопала в его объятиях. Вдруг резко отстранилась. Распахнула его рубашку.
- Это что, всё я? – Елена оторопело смотрела на свои метки на его груди.
- Ну, если никого не было, значит ты.
- Какой кошмар! До чего я дошла! Мне так стыдно! – она закрыла лицо руками. – Прости!.. Я не хотела… я не предполагала, что…
-Не смущайся! Эта вещь украшает мужчину.
-Спасибо. Успокоил немного. – тихонько вздохнула. Потом резко вскинула глаза.- Слушай, откуда ты такой умный взялся? И про учителей он знает, и про природу…
- Тебе это не нравится? – спросил Ярослав..
- Мне нравится, …но… Просто я чувствую себя ученицей перед тобой…
- Однажды ты меня упрекала в несерьёзности, теперь, когда я серьёзен, тебе опять некомфортно… Какая ты несносная ученица, придется родителей вызывать! – Он опять обнял её. Помолчал. – Не умный. Я постарше тебя, а значит, опыта побольше.
- А сколько тебе лет, если не секрет?... Я так думаю, где-то ближе к сорока.
- Угадала. 37.
- Хороший возраст для мужчины. Все дороги открыты, всё ему по плечу.
- Ну, не все… и не всё,.. к сожалению. – Что-то темное пробежало в его взгляде. Он замолчал. Затем стал застёгивать рубашку. – Время близится к одиннадцати. Мне нужно идти, сделать кое-какие дела. А ты отдыхай. Не выспалась, наверное?
- Есть немного.
-Ну вот, отдыхай! – он сладко поцеловал её. Елена пошла следом. Ей хотелось спросить, когда он придёт. Но не спросила. Дверь закрылась.
Она прислонилась спиной к двери и закрыла глаза. Ей стало плохо. Что-то оборвалось внутри и падало вниз. Она тоже падала… как будто с обрыва… Да, с обрыва. Его не было рядом, и она падала с обрыва… Что теперь будет? Как ей теперь жить? Он ушел по делам, только по делам – и ей уже плохо. Вот оно, пришло! Начались её терзания. Она глубоко вздохнула, раз, другой, третий… Вроде стало полегче. Ничего, это всё пройдет. Ярослав сделает свои дела и вернётся. Он же не сказал, что ушёл насовсем. И потом, всё же было хорошо, на этом и расстались. Спокойно… пока ничего страшного не случилось.
Елена прошла в спальню и упала на кровать. Ей нужно поспать. У неё тоже есть чем заняться. Нужна свежая голова и рабочее настроение. Если она будет каждый раз впадать в истерику, всё плохо кончится..Всё, надо успокоиться и заснуть…заснуть. Она зарылась лицом в подушку –почувствовала его запах. Ночные сцены одна за другой всплывали в памяти и мешали сосредоточиться на сне. Нет, так она не уснёт. Что делать? Она взяла свою подушку, плед и пошла в зал. Там стояло раздвижное кресло, на нём она и устроилась. Уснула не сразу, но уснула.
Проснулась от толчка. Открыла глаза, прислушалась. Везде всё было тихо. Значит, сработали биологические часы, пора вставать. Посмотрела на телефон – третий час. Ничего, хорошо отдохнула. Она встала, убрала подушку и плед и пошла на кухню. Надо что-то приготовить на всякий случай. Елена достала из морозилки котлеты, которые слепила в прошлые выходные, и положила их оттаивать. Сама села за свой рабочий стол. Увлеклась, не заметила, как пролетело два часа. Вскочила, побежала на кухню. Через полчаса обед или ужин был готов. Она нарезала капустный салат, поставила его в холодильник. Сама съела одну котлету без гарнира, выпила чашку какао и пошла снова за рабочий стол.
Было уже шесть часов, а Ярослав не приходил. Тревога вновь проснулась в душе Елены. А вдруг не придёт? Что-то дела его затянулись. Она закрыла учебники, выключила
