ударил ей в лицо, и она на мгновенье остановившись, зажмурилась от яркого солнца.
- Люська сказала, что Анька Шнырина свою дочку, потаскуху за москвича и внука бабки Марфы, что жила у нас на первом этаже замуж отдаёт...
Услышала она откуда-то женский голос. Приоткрыв глаза, она увидела сидящих на лавочке местных старушек. Она мгновенно поздоровалась с ними, а те ответив в разнобой продолжили свой разговор, не обращая внимания на Вику.
- Во как Светки, Анькиной то повезло, а? Сам москвич засватал. Вот сучка востроносая, как ей повезло!?
Сказала баба Груня, с их второго этажа.
- Да какой там повезло. Наверное, Анька так квартиру для дочки покупает...
Раздались чьи-то слова, в спину уходящей Вики. Вот так, пронеслось в голове у Виктории ни тебе денег, ни тебе жилья, а обещала. Скорбно пронеслось в голове у неё. И что теперь мне делать, разочарованно думала она. Видеться с Боренькой в таком моральном состоянии, она уже не могла и погуляв полчасика по скверу, вернулась домой.
Мама-Ганна только взглянув на Вику сразу и всё поняла, и дождавшись, когда она снимет сапоги, произнесла:
- Пошли на кухню, поговорим пока мужиков в доме нет.
Вика безвольно поплелась на кухню, смотря матери в спину.
- Присаживайся дочка.
Произнесла мама и плотно закрыла дверь на кухню. Сев рядышком на стул и взглянув ей в глаза, она начала:
- Эта сука старая Марфушка, отдала всё своему сынку, а обещала мне клятвенно, что пропишет тебя в квартире, она де её сыну не нужна. У него, видишь ли, в Москве, трехкомнатная отдельная есть. Теперь Анька Шнырина через брак, хочет прописать туда свою дочку, потаскуху. Потом они разведутся через месяц и всё квартира её. Тварь такая, обманула и кого обманула? Меня и тебя то же, скотина неблагодарная.
- Мам, а разве так можно квартиру получить?
Мама-Ганна с горечью в своём голосе, произнесла:
- Да так все, кто имеет сейчас деньги себе жильё через брак делают. Хоть бабы, а хоть и мужики. В Загс шасть и расписались, а через месяц получив деньги разводятся, и муж или жена, просто выписываются из квартиры, и всё жильё куплено. Дочка.
И вздохнув невесело смотря на Вику, продолжила:
- Я это давно узнала, а вот тебе не говорила, чтобы не травить твою душу. У востроносой сучки деньги с рынка есть, а у нас, что.
И сама себе с горечью в голосе, ответила:
- Ни чего.
В кухне наступила гнетущая тишина. Женщины молча отвели взгляды в сторону, и каждая думала о своём.
- Ну, что же. Тогда я свободна от обязательств, перед её сыном и внуком.
Решительным голосом произнесла Вика, смотря на мать. Та только рукой махнула и ответила дочке:
- Что ты им сделаешь? Сиди и молчи, теперь.
