последним из второй команды, мчавшейся захватить Катиручи, и, по-видимому, энергия расширяющегося поля затронула его в меньшей степени.
— Как тебя зовут? — спросил Рей.
— Главный штурман крейсера Димгадар.
Короткая борода, бакенбарды, волосы до плеч, чёрный комбинезон, обтягивавший мускулистое тело — весь облик мужчины показывал сильную личность. Ему было примерно тридцать лет, а глаза смотрели внимательно, с вызовом, и в них ощущался ум.
— Старпом, я передумал. — Рей повернулся к сидевшему на полу Тарбуну. — Димгадар будет вашим кэпом. Ты имеешь что-то против него?
— Я… — Пират посмотрел на штурмана. А затем с неким облегчением выдохнул: — Нет.
Рей перевёл взгляд на следующего пирата. Тот сидел у стены и тёр ушибленную голову.
— Ты проголосовал бы за Димгадара?
— Да, — кивнул мужчина, посмотрев на Катиручи.
— К тебе такой же вопрос. — Рей повернулся к последнему пирату. А тот, которого спеленала сеть, ещё не пришёл в сознание.
— Я… э-э-э… — Взгляд бойца метнулся к товарищам. — Димгадар… м-м-м… Да. Он умный.
— Скажете братьям, что я назначил его кэпом. — Рей обвёл взглядом пиратов. — Кому неясно?
Брункийцы явно были не в том состоянии, чтобы вести дискуссии и молчали.
— Хорошо, — за всех ответил Тарбун, едва ворочая языком.
— А ты. — Рей посмотрел на своего протеже. — Слышал, что я говорил старпому. Всё это относится и к экипажу. Иди к принцу и скажи, что Катиручи велел поступить в его распоряжение.
— Можно вопрос?
Рей сощурился, но ничего не ответил.
— Я должен понимать, зачем это «Брунке»? — спросил назначенный кэп.
— Парень, ты трезво мыслишь, — ухмыльнулся Рей. — Иди в зал. Ратан всё объяснит. Его предложение будет лучше, чем то, что планировал Торпеда. Обещаю: не пожалеете.
Димгадар хотел ещё о чём-то спросить, но, напоровшись на суровый взгляд Катиручи, промолчал. Рей кивнул ему и, поднявшись, быстро зашагал к развилке коридоров.
* * *
Возвращение на «Хасикату» прошло как в тумане. Рей шёл, сосредоточившись на долетавших звуках. Он ждал новой атаки, но больше никто не преследовал его и не таился в засаде.
Перед выходом на пятую палубу Рею пришлось задержаться на лестнице технологической трубы. Брункийцы продолжали охранять шлюз, у которого пристыковалась яхта, и, изнывая от скуки, слонялись по коридору. Остановка помогла, и Рей немного отдохнул.
Размышляя над произошедшими событиями, он вспомнил крик императрицы. Амадея молила о прощении, вероятно за то, что отправила в тюрьму. Но Рей не винил её. Так сложились обстоятельства. А итогами текущей миссии он был удовлетворён. Императрица и принц живы, ибо-хирбю уничтожены. Капитана Торпеду убили носора, что тоже неплохо. Какие бы проекты ни вынашивал старый волк, теперь всё уже не сбудется, и Кобьер Ратан сможет защитить людей.
Когда усталость сморила брункийцев и они снова ушли из коридора, Рей осторожно выбрался из трубы и, закрыв тайный лаз, проскользнул в шлюз.
В тёмном телетрапе дежурил боец с «Эрадона».
— Ты кто? — почти неслышно спросил воин, перекрыв узкий коридор.
— Тго, — ответил Рей шёпотом.
— Всё завершилось?
— Для меня. Ты один?
— Брас ушёл с принцем и императрицей, а мне велел сторожить шлюз. На челноке пилот.
— Почему остался? Помню, ты был в первой группе.
— Ушиб ногу при падении, — вздохнул боец. — Хорошо нас встретили брункийцы.
— Где их тела?
— Брас покромсал плазмой, а затем мы выкинули всё в мусорку.
— Отличная работа, — похвалил Рей. — Не осталось ни следа после сражения.
— Старались.
— Жди своих, а я заберу модуль «Эрадона». Удачи.
— И тебе, — ответил боец, отступив в сторону. Здесь было тесно, и мужчинам пришлось расходиться боком.
Миновав телетрап, Рей обернулся. Заметив, что абордажник провожал его взглядом, он сказал:
— Передай императрице и принцу моё послание…
Глава 79
Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»
Выступив на собрании, Боко вернулся на «Хасикату». Он был удивлён, увидев здесь главного абордажника «Эрадона». Кодекс гарантировал безопасность во время общего собрания, потому принц и прилетел сюда с Амадеей. После беседы с Торпедой Боко был уверен, что ему ничего не угрожало. Но услышав рассказ о засаде абордажников «Брунки», бывший пират понял, насколько заблуждался. А ведь ему было известно: коварство джентльменов удачи не знало границ.
Лишь сейчас Боко осознал, что рисковал как своей жизнью, так и Амадеи. Кобьер Ратан ведь не был капитаном, и его не прикрывал боевой корабль, а потому, несмотря на вроде бы дружеское отношение, Торпеда считал высокопоставленных гостей обыкновенными грязеходами, на которых не распространялись законы Кодекса. А потому их захват и даже гибель ничем не грозили «Брунке». Зато пираты могли делать с пленниками что угодно, и никто не узнал бы, где исчезли императрица и принц. Во время беседы Торпеда пытался определить, насколько можно манипулировать Ратаном, и есть ли вероятность сотрудничества. Но когда понял, что у молодого принца на будущее собственные планы, в которых ключевая фигура не капитан «Брунки», Торпеда решил начать свою игру. Только вмешательство в события Тго-Рея-Катиручи остановило сценарий коварного пирата.
Боко требовалось вернуться к капитанам. Но он понимал, что сейчас необходима защита. Вряд ли мудрый Торпеда подготовил одну команду для захвата столь значимых людей. Сам Папа Боко всегда посылал два отряда, что гарантировало успех. Лишь заручившись поддержкой Браса, принц решился показать Амадею пиратам.
Как и ожидалось, появление императрицы на сцене вызвало бурную реакцию, а эмоциональное выступление оказало необходимое воздействие на мужчин. Но затем произошло то, чего никто не ожидал — нападение ибо-хирбю под маской капитанов и убийство Торпеды. И снова лишь вмешательство Рея спасло Амадею и Боко от гибели.
А затем принц наблюдал за поединком ибо-хирбю с Катиручи и переживал за него. Опытный пират хорошо понимал: если бы не вмешательство йогрянина, он сам, как и императрица, вряд ли спаслись бы. Наниты сбили настройки трейлянского оружия, но против физической силы, вздумай ибо-хирбю направиться к сцене, ничто не защитило бы.
Носора убили двадцать шесть человек из экипажа «Брунки», и никто из людей не мог им противостоять. Даже навалившуюся кучу бойцов ибо-хирбю легко раскидал, а затем принялся ещё и швыряться ими. Но Рей-Тго-Катиручи победил, что казалось чудом. Пираты это понимали и выразили ему своё восхищение.
Принц был на сцене, и из-за множества людей не видел последние секунды поединка. А странная реакция пиратов по окончании озадачила Боко. Внезапно наступившая тишина вызвала мысль, что Катиручи убит. Но он не мог в это поверить, хотя сердце засбоило. Когда же Рей поднялся, Боко ощутил удивительное облегчение, а внутри прокатилась волна радости.
— Стой! Катиручи! Не уходи! — Раздался пронзительный крик Амадеи, и Боко словно проснулся. Повернувшись к императрице, он увидел, что та рыдает, в отчаянии прижимая руки к груди.
— Прости меня! — Взмолилась девушка, а у Боко снова защемило сердце. Он видел в Амадее свою Ланли, на которую императрица была очень похожа. А узнав, что та влюблена в другого мужчину, испытал приступ дикой ревности.
* * *
Когда Катиручи ушёл, шум в зале понизился. Но захваченные эмоциями люди не могли успокоиться и обсуждали с коллегами свои мысли и впечатления. Искусство рукопашного боя у пиратов не культивировалось. Технологически развитая цивилизация предлагала целые арсеналы всевозможного оружия как для мелких, так и крупных конфликтов. Но сегодня люди оказались в ситуации, когда врагу мог противостоять только искусный боец.
Это обстоятельство заставило капитанов задуматься. По традиции, на подобные встречи они приходили минимально вооружёнными. Здесь вожаки обсуждали пренды, рачу и выясняли отношения. Конечно, порой случались стычки, но без смертельных дуэлей, поскольку расплата за гибель капитана была весьма жестокой. Нарушителя ожидало наказание в виде расстрела звездолёта вместе с экипажем. На таких собраниях разрешалось мирно улаживать разногласия, а боевые действия переносились за пределы корабля, на котором проводилось общее собрание. Карманные бластеры, мини-арбалеты и личное оружие капитанов предназначалось для собственной защиты, но не могло нанести вреда носора. Поэтому никто из них не смог пристрелить или сжечь метаморфов.
Если бы не Катиручи, носора могли убить всех капитанов. А это повлекло бы самоуничтожение пиратского флота. Смерть Торпеды наглядно показала — Кодексом нельзя пренебрегать, а гибель кэпа на своём корабле свидетельствовала о неподготовленности экипажа.
Боко протолкался в галерею, где состоялся поединок Рея с ибо-хирбю. Ему хотелось увидеть поверженных йогрянином врагов, а заодно отвлечься от обжигавшей ревности. Как оказалось, смотреть было не на что. А люди старательно обходили зловонные лужи биосубстанции, в которые растеклись носора.
Брас и два бойца следовали за принцем словно привязанные, а третий эрадонец охранял стоявшую на сцене Амадею. Их присутствие было нарушением традиции, но после нынешних событий такая мера не казалась излишней. К тому же императрица и принц не пираты, и не были обязаны соблюдать чужие законы.
Пробираясь сквозь толпу, Боко слышал, о чём беседовали капитаны. В улавливаемых им репликах проскальзывали мысли, что Амадея права, обвиняя носора в стремлении уничтожить людей и признавая отсутствие у государства армии, способной защитить человечество.
Боко понял: настало подходящее время для выступления. Хотя не всё шло по задуманному им плану, но жизнь порой вносит коррективы, а он умел оборачивать события себе на пользу. Капитаны находились под впечатлением от случившегося, и никто не требовал от принца рачу за предыдущую войну. Но люди ничего не забыли, и сейчас Боко стоило поднять эту тему.
— Качи! — прозвучал усиленный аппаратурой голос принца. — Не нужно вам рассказывать, на что способны носора. Вы с ними воевали и снова увидели их звериную сущность. Почему ибо-хирбю оказались на встрече капитанов? Я сейчас не хочу упрекать экипаж «Брунки» в нарушении Кодекса. Но мне известно, что на многих кораблях были отключены датчики ибо-хирбю. Как все уже поняли, необходимо восстановить в шлюзах выброшенные модули и ёмкости с ядом. А я хочу поговорить о другом.
Принц направлялся к сцене, и люди расступались, давая ему дорогу.
— Появление этих носора здесь было неслучайно, — продолжал Боко. — Во-первых, они намеревались убить капитанов и организовать взаимное
