вольнодумство. Посетил его камеру в Петропавловке, там всё как положено для дворянина, из расчёта на кубы воздуха и метры площади. Большевики в неё вселили человек 30 министров и генералов...
ДЕВА В ОБРАЗЕ ПИРОГОЩЕЙ
Прежде чем перейти к обоснованию своего видения Пирогощей, пытаюсь с помощью языка - теми буквами и звуками уловить, о чём эта строка? Переводы разных языков без ретуши и правки:
Игорь ѣдетъ по Боричеву къ Святѣй Богородици Пирогощей.
Ігор поїхав у Боричево до Святої Богородиці Пирогощайської.
Ігар едзе па Барычаве да Святой Багародзіцы Пірагошчай
Ігор їде через Баричево до Святої Богородиці в Пирогощі.
Игор пътува през Баричево до Света Богородица в Пирогоща.
Игорь путешествует через Барычево к Святой Деве Марии в Пирогоще.
Один из переводов показался несколько подозрительным, а звуки знакомыми. Убедительным показалось - через, а не по. Через всё что произошло, ибо название спуска вторично, его могло не быть, но князь едет куда следует, куда Бог путь указал. Потому и путь держит через (Боричев) - к (Богородице), которая - в (образе) Пирогощей. Так оно понятней.
Единственное слово, близкое по звучанию к пироГощей в русском языке осталось - угощение, даже не пирог к чаю, не рог для питья, а угощение в смысле гостя. Главное в слове - Гость, а без него какой пир, какие благости? Про гостей много пословиц, слово Гоша на ходу - Он с копьём стоя на тамге/печати Долгорукого и Боголюбского. См. Двузуб Юрия Долгорукого в Ладоге. Обратимся к этой строке о Пирогощей (в пятый раз), после исторической справки. Буквы в сербском алфавите не имеют названий. Когда требуется произношение по буквам, букву называют «джэ» (в отличие от «джье», что соответствует букве Ђ ять). Существует вариант названия «джервь», созданный по аналогии с традиционными наименованиями «червь» для буквы Ч и «дервь» (иногда «гервь») для буквы Ћ у сербов. Она же в турецком и македонском языке (с 1944), букву пытались ввести в украинскую письменность (1837), не прижилась. В церковнославянских шрифтах (как старопечатных, так и нового времени) начертание Џ иногда применяется для буквы Ц. Удивительно, но звучит - цэ (мягко на русском языке), переводится - Дж (джи). На белорусском - Dz, на болгарском - Dzh - Джин, практически. Или - Дзен, кто дзенькает. Или из бутыли, из лампы - Старый волшебник, но в принципе добрый.
И вот, находясь в Полоцке (с буквой цэ, на самом что ни есть - «пути варяжьем»), оно и подумалось. Что кроме доказательств лингвистических, что ещё такое существенное выискать бы - в пользу рассуждений по Слову о полку? И, даже вижу, что памятник «с рогами быка» на горе у Западной Двины показывает, что единомышленники есть. Памятник “Полоцк – колыбель белорусской государственности”, так называется в официальных средствах массовой информации. Памятный знак, который разместился на берегу Западной Двины возле Софийского собора (работа минского скульптора Владимира Пипина). Композиция представляет собой связку щитов, на которых изображены лики знаменитых исторических личностей – от легендарного полоцкого князя Рогволода и его дочери Рогнеды до Всеслава Чародея и Евфросинии Полоцкой, а с обратной стороны запечатлены вехи становления государственности. Многозначный образ, как пояснил автор, «каждый может прочитать по-своему. Одни увидят чашу или полумесяц, другие – колыбель, с которой начинается жизненный путь, или ладью, плывущую по реке вечности из прошлого в будущее...».
Приятно думать, что ты единственный такой и словарём никто не умеет пользоваться, что никто не знает слова пир, а гостя (хуже, чем татарина), тем более, это приятно так думать. Три Суража было вокруг моего школьного детства, да и Клинцы некогда - Суражского района, а объясняли это слово - купец, а купец - гость. То есть Сурожский купец. Встречаю по одежке два слова: ГОСТ и погост, одно свод правил, другое место сбора дани и кладбище. Напротив Ардонской школы и церкви села староверов находился цвинтер-погост и купальня, обустроенная по образу монастыря Пчела. Похожа в сравнении, беднее по затратам, да и озерцо не то.
После событий 1183 года Игорь обращается к князю Киевскому: «Нъ се зло Княже — ми не пособiе, на ниче ся годины обратиша — се у Римъ кричатъ подъ саблями Половецкыми, а Володимиръ подъ ранами. Туга и тоска сыну Глѣбову…» - обращает внимание на Владимира. А мы обратим внимание на то, в какой форме разных наречий, это: Пирогощей - Пирогощів, Пірагошчай > Пір аб гашчоў = Праздник. Хозяин. Свято Господинь. Пірагучай = Печь для пирогов, Приготовление пирогов, где гучай - звучи, сильный шум. Піра гошчай - Боже, выпей. Боже, пиј. Боже, пий. Где пиј. = Піць. Напиток. Какой? Есть значения - чай (Пірагу-чай), можно сравнить с солнцем по-турецки, но что это докажет? Что корова из Царьграда переехала в Москву, а заодно и с Третьим Римом, а телушка наша - за морем? А бычок-то наш! Как метод доказательства, сравнив Босфор - «Коровий брод», а бухту Золотой рог, с чем? Явно не с лошадью, у неё нет рогов. Так-то, да. И сослаться на словарь В.Виноградовой.
Словарь-справочник Слова о полку: «Первые издатели (Ироическая песнь о походе на половцев ... Игоря Святославича ... М., 1800, стр. 45, прим.): „Образ Владимирской богородицы, который ныне в Успенском соборе в Москве возле царских врат на левой стороне в киоте. Его в древности Богородицею Пирогощею называли потому, что из Царя-града привезен был в Киев гостем, прозывавшимся Пирогощею. Великий князь Андрей Юрьевич Боголюбский в 1160 г. взял сию святую икону от отца своего великого князя Юрья Владимировича и перенес оную в новопостроенный тогда на Клязме город Владимир: в Москву же оная принесена в 1395 г., и с тех пор уже именуется Владимирскою. Татищ. Том III, стр. 97 и 127 и в примечаниях стр. 487“. Е. Болховитинов (см.: С. И. Маслов. Киевские экземпляры „Сл. о п. Иг.“ в издании А. И. Мусина-Пушкина. — ТОДРЛ, т. X, М. — Л., 1954, стр. 253): „Но в Кенигсбергском списке под 1154 г. в рукописном дополнении говорится совсем противное тому (примечанию первых издателей), а именно: «Том же лете иде Андрей от отца своего к Суждалю ...» (текст сходен с текстом Ипатьевской летописи; см. выше.). ...Из сего видно, что сия икона была не Пирогощею, но только вместе привезенной с Пирогощею. Притом, каким образом мог её поставить князь Андрей Боголюбский во Владимире 1154 г., когда она стояла в Киеве еще при Игоре Святославиче 1186 г.?“
Вопросы, безусловно, есть, начиная с «... гостем, прозывавшимся Пирогощею». Как мне читается - Дева в образе (Пирогощей), совершенно я согласен с замечанием Виноградовой. Возможно, что она - гостья (гост/гость), так получается, она и гостиница переночевать, а там - отель/хотел/хостел/костёл и отёл. Отеть - высшая форма лени, наша Лень ассоциируется с ленью-матушкой, хоть и переводится - отец. Поставить крестик спереди, будет хотеть, отсюда похоть животная. А благородно - Хоть. «Хоть» — это служебное слово, ответит мне ИИ, как дама в борделе на услугах, но функционирующее как союз или частица, происходящее от древнерусского хотя (желающий)». Желающий - Хотя уже ничего не хочет он давно холостой, как в анекдоте, но все его пленники ещё желают и хотят. Это русское древнее слово, от него - поход, Ходыня.
В.Виноградова истолковала мысль через переводы термина так: «Пирогорящая» — это начальное, еще не очищенное от греческой скорлупы название привезенной из Греции на Русь иконы. Как она туда попала? Это второй вопрос. Продолжая, «... с Пирогорящею купцем» есть не что иное, как испорченное ... с Пирогорящею купиной“. Уже теплее, близко по смыслу, но - не совсем то - «Огнёмгорящая». Если пир - огонь, то гр. «готисса» другое, а купина не купец (испорченный). Однако редкий случай в словаре Слова, когда чему-нибудь даётся перевод со значением и происхождением. Не хочется сейчас забираться в дебри трактовок, пожалуй, ещё прочитаю исследования других, может быть, и найду более существенные обоснования прозвищу. Обоснования тому, что именно завезено, откуда и зачем это Игорю? Слово ПИР должно не просто гореть как СПИРТ, но объяснять и другие слова, кроме куста, спасшего иудеев... А если так, то - Белорусская икона.
ПИР КАК ОБЕД, СВАДЬБА, БОЙ И ЧАША
Пир — пиръ — званый обед с обильным угощением, пир — свадьба.
Въ пирѣ меда не облыгаи ближьняаго, и не сърини его въ веселии его. Изб. Св. 1076 г., 151—151 об. Поносъ же бѣше римляномъ, еже от тужихъ написатися има, тѣмь и въ пирѣхъ свою ядь и пиво кождо ихъ приношаху, но въ бещестье вся приложивъ, ядяше. Хрон. Амарт., 40—41 (XIII—XIV вв. ~ XI в.). 1195: Кыянѣ же почаша звати Давыда на пиръ, и подаваючи ему чьстъ велику и дары многи. Ипат. лет., 682 (XV в.). Яко же кто на пиръ зовыи, прѣжде уготовать домъ, ти тъгда въведетъ позванааго. Шест. Ио. екз., 243 об. — 244 (1263 г.). Въ пиру не обличи ближьняаго, ни похули его въ радости его. Пчела, 260 (XIV в. ~ XIII в.). Онъ же страшныи судныи день божии поминая, азъ же — трапезы велиа и пиры. Ж. Авр. Смол., 20 (XVI в. ~ XIII в.). Князь великии Дмитрей Ивановичь с своим братом с княземъ Владимером Андрѣевичем и своими воеводами были на пиру у Микулы Васильевича. Задон. Унд., 535 (XVII в. ~ XIV в.).
Ср. В. П. Адрианова-Перетц („Сл. о п. Иг.“ и памятники русской литературы XI—XIII веков. Л., 1968, стр. 110): „Образ битвы-пира, восходящий к народно-поэтической традиции, был уже в XI в. использован Новгородской летописью при создании диалога между Ярославом Владимировичем и «мужем» Святополка. Этот диалог, переданный отроком Ярослава накануне битвы со Святополком, состоит из загадок, в которых подготовка к предстоящему бою скрыта под видом приготовления к пиру. Отрок спрашивает: «Что ты тому велиши творити? Меду мало варено, а дружины много. И рече ему мужь тъ: Рчи тако Ярославу: даче меду мало, а дружины много, да к вечеру въдати. И разуме Ярослав, яко в нощь велить сецися» (Новг. 1 лет. под 1016 г.). Таким образом, автор «Слова» не первый ввел образ битвы-пира в исторический рассказ. Напомню, что в XIII в. повесть о Евпатии Коловрате, связанная с эпическими песнями, также содержит этот образ в ироническом ответе русских пленников Батыю: «...да не подиви, царю, не успевати наливати чашу на великую силу-рать татарьскую». Отклик этого образа «чаши» представляет замечание, что во время сечи «татарове же сташа яко пияни» (Д. С. Лихачев. Повесть о Николе Заразском. — ТОДРЛ, т. VII, 1949, стр. 293, 294, — прим. В. П. Адриановой-Перетц). Автор «Слова» по-своему разработал традиционный уже в его время образ битвы-пира“.
Сплошные загадки от этих учёных, какой такой образ - традиционный? Анализ слова Пирготисса показывает, что должен быть БОЙ, любой - колокольный, смертный, любовный. Ищите женщину во всём. Поехал я в Казань, интересно было ознакомиться с местом, где чаша сама закипает, дескать, такая земля на стрелке Казанки и Волги, а сосуд назови хоть котлом, а хоть - Дворец Бракосочетания. Хоть драконов вокруг него (4 штуки) поставь, а перевод реки Казанка будет, «Ах какая женщина!». И сидят три миловидные Рублёвские, взглядом ту Чашу одаривают, а ни копейки - смыслу. Первым с неба пал меч, потом плуг и третьей - чаша (сразу на треноге). Кому пал, известно - скифу. А скиф = лодка
