Отброшу ерунду, присущую чрезмерно чувствительным особам, в каждом душевном порыве видящих некий таинственный знак, скажу: в доме, в самом строении ощущалась некая энигматичная сила, притягивавшая к себе скрытыми неведомыми эманациями.
Калитка, как и сами ворота запирались на огромный навесной замок и всю эту комбинацию, способствую не проникновению внутрь чужаков, художественно заканчивала со средними звеньями выкрашенная в тот же цвет цепь, на которых обыкновенно сажают дворовых псов заботливые хозяева.
– Добрый день! – послышалось за спиной, и я развернулся к говорившему, кивнув ему в знак приветствия.
Это был мужчина лет семидесяти с большим загорелым лицом, покрытым крупными морщинами, складки напоминали полигональную кладку валунов майянской империи в широкой рубахе, расстёгнутой на груди до пупа и в поношенных клетчатых бриджах. Рядом с ним блеяли две козочки удивительно белого окраса.
– Смотрю, вот, кто-то шарится во дворе Капустнихи. Думаю, кто бы мог быть? Детей у неё не было. Значит, злочинец какой-то. Добрые люди тут давно не бывали.
– Собственно, я…
Меня перебивают:
– Я тебя давно заприметил. На кладбище был позавчера. У кого именно на могилке, не приметил. Теперь вот сегодня.
– Да вы просто гений сыска, – говорю в ответ.
– Кого ищете?
– Просто гуляю. Интересно ведь. Вот зашёл в один двор, а там, надо же, никто не живёт. Смотрю, ещё один дом. Решил посмотреть.
– Ага! А на воротах замок и просто так не пройдёшь. Правда? – серые выцветшие глаза мужчины хитро блеснули. Отозвались блеянием козы. Зазвенели колокольчики у них на ошейниках.
Мужчина подошёл вплотную и посмотрел пристально в лицо.
– Лицо знакомое. Кого напоминаешь, хоть убей, не могу вспомнить.
– Зачем же убивать, – улыбаюсь и представляюсь по имени.
– Точно! – озаряется светом лицо мужчины, оно оживает, появляется улыбка, – Я вспомнил твого батька! – мужчина перешёл на суржик, – и бабку Шурку помню. Ой, як добре помню! Гоняла меня лозиной…
Слово за слово, завязалась беседа. Козы, блея, щипали травку, далеко не отходя от хозяина. Он поинтересовался за родителей. Вкратце обрисовал ему ситуацию. Афанасий, так он представился, вытер выступившие слёзы.
– Всем мы смертны. Все под богом ходим. Знаешь, как говорят: сегодня вино и кроватка, а завтра цветы и оградка. А ты, что же тут дом присматриваешь?
– Уже присмотрел. Где можно найти хозяина этого или его представителя?
2.
Квестом, иначе не назовёшь ряд событий, произошедших в последующие дни.
Уж как ни пытались отговорить от дурацкой затеи покупки дома на хуторе сёстры, какие ни приводили доводы, не ставили перед фактом предпочтительности жизни в городе, в оплоте цивилизации. Где тебе и водопроводная холодная вода, и горячая, и туалет, и газ для готовки. Выслушивал стоически все претензии и продолжал отстаивать свою точку зрения, исходя из неё, жить на хуторе мне. Вовсе не им. «На что тебе эта хибара? – возмущалась одна сестра. – Дом саманный, обложенный кирпичом. Там на ремонт уйдёт деньжищ, не денег, уйма! У тебя лишние деньги есть?» – «Лишних никогда не было». – «А сад, а огород? – вопрошала вторая сестра, – это сколько трудов потребуется? Упаси бог от такого! Садить, поливать… Всё можно купить на рынке, что хочешь. Двор убирать, – добавлял её муж, сестра дополняла: – в доме порядок наводить. Сил не хватит». – «У вас же в своих хозяйствах сил и времени хватает?» – «Нашёл что сравнивать, – оппонировала первая сестра, – у нас – это одно! – весьма категоричное замечание, сделанное вовремя и как для отрезвления моих мечтаний: – У тебя – другое!» – «Войтково, – сетовала вторая сестра, – в городе домов мало, что ли?» – «Край земли, – поддакивала первая, – чёрт знает где! На куличках каких-то!» – «Всего пять километров от Каракубы». – «Пять километров, – хваталась за сердце первая сестра, – всего-то пять!» – «О, так туда ещё добраться надо как-то», – закатывала глаза вторая сестра. – «Доберусь как-нибудь». – «Как-нибудь, – иронизирует первая, – как-нибудь!» – «На чём? – не унимается вторая, – автобус туда, бог знает, сколько времени не ходит. Сами хуторяне ездят на своих авто. У тебя машины-то нет!» – «Пешком ходить буду, – резонно заявляю в ответ. – Полезно для здоровья. Или куплю велосипед». – «Ага! С моторчиком!» – «Можно с электроприводом и с коляской». – «Хорошо, – стихала сестринская экспрессия. – Стройматериал как привезёшь?» Объясняю: «Ремонт большой не планирую». – «А если большой?» – «Закажу в магазине товар с доставкой. С этим сейчас проблем нет». – «Кто будет делать ремонт? Мастеров сейчас раз-два и обчёлся. Опытные разъехались по более жирным местам. Остались ни рыба, ни мясо и такие суммы запрашивают!» Надоедает пустая болтовня и останавливаю вербальные потоки: «Чего зря раньше времени делить шкуру неубитого медведя. Куплю дом. Увижу масштаб работы. Прежде, нужно найти хозяина или его представителя». Пожелание оказалось предельно кратким и ёмким: «Хоть бы никто не отозвался!»
Вести дело с риелтором в Каракубе оказалось иметь дело проще. Встретились с ней в небольшом обставленном офисной мебелью арендуемом кабинете в ТЦ «Каракуба» возле городского рынка. На двери красовалась строгая табличка с надписью: «Риелтор Оксана Григорьевна Грабовая».
Невысоконькая, кругленькая, как детский мячик, с полным симпатичным личиком и пухленькими, как ароматные сдобные пышки щёчками, Оксана Григорьевна посмотрела на меня карими приятными добрыми глазами и голосом оперной дивы, сразу захотелось спросить, не пела ли она в школьной самодеятельности, взяла деловой стиль общения. Предложила сесть на диванчик. На столик выложила объёмное порт-фолио с предложениями продажи недвижимости в Каракубе в частном секторе. Предусмотрительно, решил не раскрывать своего интереса заранее, сказал, что хочу приобрести дом.
Риелтор поинтересовалась, желаю кофе или чай, пока буду рассматривать фото и знакомиться с описанием. Ответил, что не отказался бы от водки с копчёной осетриной, но с утра спиртное не пью. Она оценила мой юмор и занялась своими делами. Страницы листал внимательно. Первыми шли двухэтажные коттеджи в Каракубе, ближайших селах Сталинском и Урожайном. После них шли одноэтажные дома разных лет допотопной постройки. «Обратите внимание на этот дом, – указала риелтор пухлым пальчиком с ярко-алым ногтем и перстеньком с изумрудом, – очень выгодное предложение и не менее удачное приобретение. Ремонт, канализация, пластиковые окна, пластиковые трубы, надворные постройки, отдельно расположена баня».
Как сознательный покупатель, пока не представляющий масштабов будущего счастья владельца дома, как семейного гнезда, я внимательно просмотрел «выгодное предложение» за сравнительно невысокую цену. Оценил площадь комнат. Высоту потолков. Красоту плитки санузла и сантехники. «Заострите внимание: новый евроремонт». – «Евро?» – «Конечно, – деловито произнесла Оксана Григорьевна, – исключительно евроремонт. У нас в городе большое количество прекрасных мастеров». Её слова шли в разрез со словами сестёр, утверждавших обратное. «Мастера из Европы?» – «Почему из Европы? – нахмурила бровки риелтор. – Мне не понятен ваш сарказм». – «Ну, как же, Оксана Григорьевна, раз евроремонт и мастера обязаны быть из Европы». Риелтор весело расхохоталась. – «Нашим мастерам Европа не указ». – «Как тогда понять евроремонт? Словесная конструкция и всё? Или у ваших мастеров ходят в подмастерьях ученики из Средней Азии?»
Риелтор ловко обходила острые углы расспросов. Уводила разговор в сторону. Переводила на другую близкую тему.
Оксана Григорьевна вздохнула с видимым до безразличия облегчением, когда я перевернул последнюю страницу. Выждала театральную паузу. Затем поинтересовалась, на каком объекте я остановил свой выбор. «Как вы сумели убедиться, предложений достаточно на любой вкус, любой кошелёк, любое предпочтение. Все дома газифицированы. Уличный и внутридомовой водопровод. Дома с капитальным ремонтом (она не употребила евроремонт) и нуждающиеся, скажем так, в некотором эстетическом обновлении интерьера».
[justify] С умным видом, – что-что, а уж умный вид напустить на лицо получится даже у дурака, – мечтательно, полу-прищурив глаза, промолчал. Пользуясь давним правилом, гласящим, что сразу отвечает глупец, выдерживаю небольшую фермату. Открываю глаза. Смотрю на риелтора. Вынимаю телефон. Открываю галерею фотографий. Нахожу нужную. Показываю. «Что вы скажете по поводу продажи этого дома? Хутор Войтково». Огромная гамма чувство пробежала по милому личику женщины. Быстро совладав с собой, попросила телефон. Посмотрела снимок. И другие с разных ракурсов. «Что я скажу, – начала она медленно, будто готовилась к тронной речи, – общее впечатление положительное. Как внутри, неизвестно. Хозяина, полагаю, надо разыскать». Киваю согласно под её пристальным взглядом. «Что ж, дело знакомое. Займёт некоторое время или чуть больше». Соглашаюсь с ней: «Несомненно». – «Чуть больше положенного или…» – «Учёл и это. С покупкой не спешу. Вас тоже прошу не