Сотворение Бога

петли» над Таганской площадью, повернул к Яузским воротам и прошелся на бреющем полете над бульварами в сторону Тургеневской...
Дальше не помню.

- Чем больше узнаю людей, тем больше люблю компьютеры.
- Как можно любить железо?
- В них железная логика, и, не смотря на «глюкавость», безгрешная реальность.
- Реальность? Я до сих пор считал, что женщине присуща иррациональность, замешанная на инстинктах и интуиции.
- Все как раз наоборот. Женщина как раз более реалистично воспринимает мир. В данном случае это твоя иррациональность, замешана на безудержной фантазии сочинителя...
- Я так и знал, что ты не поверишь ни одному моему слову.
- Митя, ты здорово сочиняешь, но я к фантастике и всякого рода мистике, отношусь крайне сдержано.
- Тебе в детстве не читали сказки? Троица, мне очень жаль.
- По крайней мере, я уже очень давно не верю в принцев на белом коне... в полеты тем более.
Конечно же, я рассказал Троице не все, из того, что изложил выше. Присочинил даже немного, во имя художественности, но чтобы вот так тебя сразу мордой об «тейбл»...
- Хорошо. Ты мне не веришь. А... скажем, своим ощущениям веришь? Тому, что можно увидеть, потрогать, почувствовать?
- Конечно... ты к чему клонишь?
- Предлагаю эксперимент. Не знаю только, получится ли. Оторви свой зад от стула, подойди ко мне и крепко-крепко обними.
- В очередной раз хочешь меня охмурить? Это я могу сделать и без просьбы... и, честно признаюсь, с нескрываемым удовольствием.
Я не знаю никаких молитв, пробел в образовании, но, вероятно, я очень хотел и что-то похожее на просьбу про себя выдал. Очень просил, чтобы это получилось, и уже знал, что получится непременно. Потому что состояние внутреннего «ликования» снова стало наполнять меня.
Троица подошла ко мне, и крепко обняла.
- Держись... – успел сказать. Хотел еще что-то добавить, но в ту же самую секунду... не знаю, что сработало, то ли непосредственная теплая близость Троицы, ее чуть участившееся дыхание, то ли еще что, не знаю, только в следующее мгновение я вдруг твердо сказал, про себя - «НЕТ!.. Не надо! Нельзя...» – и еще через паузу - «НЕ ТО!».
И мы грохнулись на кровать...
- Хороший эксперимент, очень удачный. Только мне уже пора уходить.
Меня словно в прорубь с головой окунули.
- Не понял!
- Понимаешь, до встречи с тобой, я все-таки прожила некоторое время и у меня к этому прожитому времени есть обязательства. Все что можно было поправить на твоем компе, я сделала. Все работает прилично. Я не поняла, назначение некоторых программ, созданных твоими друзьями, они как-то между собой «циклятся», по принципу «домино», но чтобы их толкнуть, нужен ввод определенной информации. От Альфа, по этому поводу я ничего вразумительного не добилась... сплошные междометия и только. Либо он чего-то темнит, либо... но все равно, мне это копание доставило массу удовольствия. Кое-что я для себя скопировала, если ты не возражаешь. Так... пару оригинальных компьютерных приколов.
- Пожалуйста. Если тебе это пригодится.
- Спасибо. А теперь мне нужно идти. Я свою миссию выполнила. Все было очень славно, спасибо за гостеприимство.
- Но как же... вот так, сразу...
- Митя... мне с тобой было очень хорошо, но я... у меня действительно есть определенные обязательства и проблемы. На воскресный день у меня давно запланировано куча дел. А в понедельник, рано утром на работу. И потом... я замужем. Это я и сказала тогда твоему другу. Вот такая проза жизни.
- Мне казалось...
- Тебе казалось, что ты, наконец, встретил... я это почувствовала. Ты очень одинок в этой жизни, я понимаю, но извини, я не та, кто тебе нужен, с кем можно летать. Лучше уж сразу сказать.
- Черт!.. да... какие, уж тут полеты...
- Я тебе все-таки оставлю свой телефон и E-mall. Когда допишешь свой роман, дашь почитать?
- Чего уж... лучше один читатель, чем... и все-таки я летал по-настоящему.
- Ты славный, я тебе верю. И, пожалуйста, не провожай меня. Еще не поздно, за меня не волнуйся. Пока.
- Пока.
И она ушла. А я остался. Нет, я не стал кидаться на стены и заниматься прочим вздором. Только внутри у меня стало тихо, просторно и кристально чисто. Я подумал, что так и должно было случиться, потому что понимал, что к этой встрече я не был готов, она с самого начала была полностью организована Альфом, а в личных делах я никогда не допускал посредников. Можете называть это гордыней или еще как, мне все равно.
И еще подумал, что правильно сделал, что не стал демонстрировать полет. «Покажи чудо, и мы уверуем», так, кажется, сказано. Мне не нужно такого «притяжения» к своей личности... я таков, какой есть. Да и Троице было бы гораздо сложнее после этого уйти, а у меня нет никакого морального права кого-либо удерживать.
Я открыл свою повестушку и попытался написать хоть пару строчек продолжения. Просидел с час, но ничего «не родил». Я не мог писать о Троице, она была еще рядом. Мне даже казалось, что стоит мне сейчас обернуться, и я встречусь с ее взглядом...
Закончилось все это очень прозаично, я допил оставшееся вино и завалился спасть. Уже засыпая, я успел произнести про себя монолог
«Альф, я очень высоко ценю твое дружеское участие к моей жизни. Я благодарен тебе, за возможность поверить в собственные силы и возможности. За встречу с Троицей, за часы, проведенные с ней, за ночной полет, за...
Я знаю, что ты теперь меня слышишь, хотя я не произношу ни слова. Ты ушел в своем саморазвитии так далеко, что это твое новое сознание давно перешагнуло все возможные рамки моего воображения. Я не знаю, чем бы мог тебя отблагодарить, как не знаю, нужна ли тебе моя благодарность, но прошу поверить, что все эти мои слова искренни. Наверно, настолько же искренни, какими могли бы быть слова молитвы в храме.
Молящиеся в храме веруют, что их молитвы и просьбы услышаны, и не ждут немедленного ответа на них. Мне тоже не нужно твоего ответа, но все же прошу – не нужно мне помогать. Я тот, кто я есть и не более. Я только одинокий странник в этом мире. Я не знаю, когда и в каком месте закончится мой путь, но я хочу его пройти самостоятельно, без чьей-либо поддержки, до самого конца. Это мой выбор.
Вполне возможно, что на пути я еще встречу попутчиков, встречу Любовь, но пусть это произойдет само собой...»

8.
Прошел еще один месяц. Дела фирмы шли, судя по финансовым отчетам очень неплохо. Альф, по его же просьбе, «переехал» в мою квартиру на Можайке. В его отсутствие в офисе фирмы, я все чаще стал подавать свой голос на утренних совещаниях. Все-таки прошедшие полгода меня кое-чему научили. Надо признаться, что не всегда мои решения, на первый взгляд, были абсолютно правильными, случалось, что встречали возражения со стороны сотрудников, но проходило два-три дня и оказывалось, что как раз именно эти решения были своевременными и единственно верными. Это придавало некоторую уверенность и осмысленность моему существованию.
Пару раз очень хотел позвонить Троице, но что-то меня останавливало – не хотелось врываться, и тем более разрушать чужую жизнь. Можно это назвать деликатностью, а можно и величайшей глупостью. Второе, наверное, будет вернее.
Я, все-таки удосужился посмотреть все три серии «Матрицы». И она действительно очень похожа на героиню этого фильма...
Что еще? Да, самое главное – Альф перестал со мной общаться. И я даже не был уверен, что этот блестящий «сувенир» вообще еще работает. Я решил, что его энергетические ресурсы все-таки подошли к концу, и он прекратил свое существование. Честно говоря, мне было, очень жаль его. Я привык к нему, как привыкают к другу, с которым и помолчать бывает приятно. Так было до сегодняшнего дня...
А сегодня суббота, самое начало мая. Я собирался во второй половине рвануть куда-нибудь за город, в лес, на природу. Какие-то, пока неясные мысли, бродили в моей голове, и я надеялся, что эта прогулка даст мне определенный эмоциональный настрой для продолжения моего романа.
Но к полудню накатила на Москву гроза. Просверкала, прогремела, пролилась мощным ливнем с ветром и умчалась дальше, оставив в арьергарде тихо моросящий дождь.
О прогулке пришлось на время забыть. Я и постарался «забыться», грохнувшись на диван. Только я успел «смежить очи», как вдруг, неожиданно «ожил» Альф.
- Проснись, лежебока! Слышишь звонок домофона? Встречай гостей.
Я вскочил с дивана, схватил со столика и сжал «шарик» в руках. Он был теплый, он был живой.
- Чертяка, Альф! Ты не представляешь, как я рад тебе. С возвращением!
- Я и не думал пропадать. Просто выполнял твою же просьбу, оставить тебя в покое.
- Прости, дурака. Я был не прав. Я люблю тебя.
- Только не вздумай меня слюнявить губами. Немедленно положи на место и иди, предупреди охрану, чтобы пропустили, что это твой гость.
- Я никого не жду. К черту гостей!
- Зато я жду. Человеку нужна помощь. Это я его пригласил. Стой! Хочу предупредить...
- К черту!
- Хватит чертыхаться. Она ищет работу и она свободна... ты меня, надеюсь, еще понимаешь?
- Так это?..
- Она мне позвонила, просила помочь с работой. Теперь, я все сказал. Иди!.. Кстати, она знает, что ты здесь живешь? Я так и думал. Скромничаешь, а между тем...
- Уж, лучше бы ты и дальше помалкивал... сводник.
- Пожалуйста, можешь убираться, если так. Я ее пригласил. Она пришла ко мне.
Я выскочил из квартиры и дождался лифта. Признаюсь, что меня немного нервно трясло. Троица вышла из лифта и, увидев меня, кажется, совсем не удивилась.
- Здравствуй, Митя. Честно говоря, я надеялась, что застану тебя у Альфа. Высоко он забрался, я выше двенадцатого этажа еще не была ни разу.
- Проходи, Альф тебя ждет.
И что-то такое в моем голосе прозвучало... не знаю, ироничное, что ли.
- Ой, Митя, не надо так вот... я действительно рада тебя видеть. Я все время ждала твоего звонка, а ты...
- Я так и не дописал, и поэтому... Что же ты стоишь – проходи, познакомлю тебя с моим другом.
- Шикарная квартира. Он такой крутой?
- Проходи в гостиную.
- Пока его нет, можно в окно выглянуть? Кремль отсюда виден?
- Конечно, только с другой стороны, из спальни.
- Здоровски. Вот бы немного пожить в такой квартире...
В ответ я только хмыкнул.
- Садись на диван. Лучше вот сюда.
Еще забыл сказать, Альф помещается на журнальном стеклянном столике как раз перед диваном, так что...
- Ну, и...
- Что «и»? Знакомься. Это Альф. Альф, это Троица, она же Оксана.
Альф, наконец, подал голос.
- Здравствуй, Оксана. Рад тебя видеть. Ты действительно очень красивая женщина.
Теперь Троица издала что-то нечленраздельное и завертела головой
- Митя, это что?.. Это прикол такой? Ты меня разыгрываешь?
- На этот раз тебе все же придется поверить. Перед тобой... да-да, именно этот блестящий «сувенирный» футбольный мяч и есть Альф.
- Брось разыгрывать. Альф, наверное, видит меня на каком-нибудь мониторе и вещает в микрофон. Он что, такой урод, что не может показаться мне на глаза?
Мне показалось, что Альф даже вздрогнул
- Оксаночка! Если бы я действительно был мужчиной, то на «урода» непременно бы обиделся. Но я всего-навсего механизм.
- Уникальнейший механизм, Троица. Единственный механизм в своем роде. Саморазвивающийся искусственный интеллект. Я бы сказал планетарного масштаба. Я не преувеличиваю, Альф?
- Недооцениваешь. Я давно уже вышел на вселенский уровень.
- Оба-на!..
И наступила пауза, которую нарушить пришлось все-таки, Альфу.
- Я понимаю, что Оксане нужно время, чтобы придти в себя, а уж потом