Тая как-то вечером подходит,
- Не ходи за мной, пожалуйста.
- ?..
- Вырастешь, тогда… а пока забудь. А чтобы тебе, учиться, легче, было… и еще, много чего знал… сядь вот сюда… руки вот так положи, ладошками вверх и глаза закрой… посиди спокойно.
В сарае это было. Сел на лавку, спиной к стене прислонился и глаза закрыл. Тая недолго в бубен постукала совсем легонько, а потом… будто теплым воздухом меня всего… заснул, наверное. Что-то видел во сне… будто по спине муравьишки ползают… и еще… что-то такое…
Глаза открыл, а никого уже в сарае и нет. Пошутила, наверное, Тая, а может… не знаю. Только после этого я все равно стал за ней ходить. Нет, не в тайгу – по двору, как какой цыпленок за курицей. И сам не знаю, почему
Завтра меня повезут в школу. Не хочу. Кто теперь будет «шишковать» помогать? Кто силки на рябчиков будет ставить… я один все их «тропиночки» в кустиках знаю? Кто будет воду носить в кадушку?
Пошел по речке вверх, на свое любимое место… Ручеек сверху падает между скал, прямо в Таголку, и в этом месте скала нависает, и такое местечко удобное под ним. Можно просто сидеть… смотреть, как рыба ходит вокруг журчащего водопадика. Так весь день и просидел. Не хочу никуда уезжать. Мне и здесь здорово.
Только утром, все равно в лодку мешок с одеждой положили… батя целую пачку денег в шубу зашил, показал где). Коля, молча руку пожал и в лоб щелбан легонько. Тая подошла, руками плотно уши прикрыла мне, шепнула чего-то… и все. Сели в лодку, я на нос. Мотор запустил батя, и поплыли. Никогда так далеко я не путешествовал.
В Терентьевке с батей простился, - «Давай, учись, сынок. Может, так и надо». Прижал к бороде, смолой сосновой пахнущей… посадил на катер. А на катере еще ребята и девчонки, помладше и постарше. С утра до обеда плыли до райцентра Карабаново
- Петрович, не прошло и года… Приложение к фотографиям с указанием ФИО, ну и прочего…
Сашок стоит задумчивый, «отлетел» куда-то, может к этой, как-то бишь, - Аленке?.. Аленке... надо будет еще раз его туда… «заслать»…
- Сань, что с тренерами? Что нового?
Да у них там… «перетряска» кадров. Кто сам ушел, кого – «ушли»… «Дырки» показываю… говорят, «классно» и плечами жмут. Про Кононова никто и ничего… Дали мне адресок пенсионера одного… тренером «стендовиков» был. Ждановский…
- Николай Сергеевич?
- Он. Знаете?
- Как же, как же, в свое время, в училище еще… «руку ставил»… Так он давно уж на пенсии. Примерно… с девяностого…
- Алена рассказала, - и слегка порозовел ушами, - он на пенсии подрабатывал, индивидуально с каждым работал, с душой.
- Ну, как он это может, мне рассказывать не надо… давай адресок.
- Может, мне к нему… стопы направить?
- К старику я уж сам – есть о чем поболтать, кроме дела… Ты мне ищи по всем своим «банкам»… Кононова Владимира Борисовича. Раз документ есть, значит и человек должен быть… и еще. Поезжай потом на эту квартиру. Аппаратуру, какую надо возьми. Понимаешь, что-то там проводов всяких многовато… так что это по твоей части. «Прозвони» все проводочки… в общем, покумекай. Алену свою попроси списки всех стрелков за десять лет. Не трудно? А то я еще кого-нибудь пошлю… ну хоть Виктора.
- Петрович, на вас нитки белые… не шей мне… Сам все успею.
- Вот и хорошо. Работай… Лобов, что у тебя? - Виктор черкает что-то, только головой кивнул, мол, скоро «выступлю»… Позвонил Николаю Сергеевичу. Супруга сказала, что на даче засел почти безвылазно, и сама-то она домой забежала ненадолго – внуки одолели, суета житейская. Подробно расспросил, как до дачи добраться. Трубку положил, записал себе на воскресенье в Перхушково съездить… опять шум будет дома… Переживем.
- Вот какое дело, Петрович. Варианта два. – Лобов сотворил из своего лица «Шерлока Холмса», - либо ты прав, либо – не прав… Во втором случае, хакер красиво поработал, картотеку вскрыл… Саня, это возможно?
- Делать нечего. Пентагон вскрывают…
- А в первом случае… те, что еще живые… для отвода глаз, «побегайте, мол, жирок порастрясите»…
- Уже интересно. Как дошел?
- Смотри. На его… «досьях» дополнительные записи всякие… подробности… когда писает и какает даже… на эту славную пятерку, пардон, четверку… на «третьего»… у нас позже появилось. А эти два… чистенькие.
- Понял. Пиши все это и… к Бибик. Не наше это дело. Пущай их думает.
Райцентр на левом берегу Енисея, на лысой сопке, продуваемой всеми ветрами. Сверху Енисей широкой лентой далеко виден и вверх и вниз. По осени все больше снизу идут сухогрузы, буксиры баржи тянут и толкают, – спешат до ледостава поскорее в доки убраться. Последние плоты подтягиваются и заводятся к берегу. Потом бревна будут вытаскивать из воды, грузить на платформы и по «железке» тепловоз потащит их аж до Лесосибирска…
Городишко небольшой, скорее – большое село. В центре две улицы кирпичных домов двух трехэтажных, райсовет на площади с неизменным памятником Ленину. Ленин здесь почему-то с рукой, просящей подаяние. Тут же: универмаг, клуб, столовая-ресторан, почта. Немного поодаль, школа трехэтажная с пристройкой, поликлиника-больница и… кажется, все. Улицы, как почти во всех таких городишках, Советская да Октябрьская, а всякие там Енисейские, Школьные и прочие даже улицами не назовешь – кривенькие, в лучшем случае, щебнем крытые… домишки рубленные с непременными палисадниками и огородами на задворках. Ну и, конечно, своя котельная углем дымящая, подстанция и водокачка. Вот теперь все. Пытались парк разбить, огородили забором большой кусок поля, да только пока там только молоденькие ели, пихты, сосенки и чахлые березки – когда они еще вырастут.
Школа средняя. Старших классов по одному, да и то человек по 10-12. В пристройке на первом этаже спортзал, а на втором спальни для тех учеников, которые здесь живут во время учебы.
«Это что же получается? Как это у зайца может быть избушка, да еще лубяная, кто же ему ее построил… и почему он с лисой разговаривает, как человек? Так не бывает» – думаю я.
Валентина Николаевна книжку закрыла и спрашивает
- Дети, понравилась вам сказка? – тут же руки потянули все, даже не подумав немножко.
- Илюша, тебе сказка понравилась?
- Нет.
- Почему?
- Ну, как… неправда все это… и так не бывает…
- Что?
- Ну, чтобы звери разговаривали… они тявкают, рычат, пищат… Лиса только тявкать может, вот так… «и-и-тяв». – Все засмеялись, и тоже давай тявкать. Еле их Валентина Николаевна успокоила.
- Илюша, это же сказка. А в сказке все может быть… звери и птицы, и даже овощи могут разговаривать. А люди даже под водой могут жить или летать.
Чуть было не удержался, чуть не брякнул про Таю, вовремя нижнюю губу закусил и голову в парту упер.
Три первых дня только как тумане каком ходил, так все необычно, а потом… ничего, можно жить. И кровать мягкая, с простынками, и вода из крана, сколько хочешь, а через месяц и горячая вода будет, и этот… унитаз вместо кустиков. Неплохо даже. Кормят, три раза – учись только.
А в комнате, кроме меня еще Колька, Ванька и Сашка из моего класса. Ребята как ребята, не шкоды. В комнате стол один большой для занятий с настольной лампой. И свет электрический по всей школе – лампочек сто, наверное.
Телевизор. В коридоре стоит, почти все время деревянным ящиком закрытый. Но по вечерам иногда включают и все смотрят. Ну и ничего хорошего. Вот не хочу смотреть и не буду. В окно интереснее. В окно вон как далеко видно.
[justify][i]За окном мелкий снег косо бьет, другой берег реки темной полоской. По воде шуга идет, не
. 