- Так чем могу?..
- Да очень многим… Ирина. Для начала информацией по городу, области… Ну, а там, посмотрим. Все равно, нам вместе работать, одну программу вытягивать.
- Если хотите, курите.
- Да, вот, знаете, месяц назад бросил. Пока держусь.
- А я все же закурю, если…
- Не возражаю.
Только Ирина закурила, а я деловито открыл свой ноутбук… так, пока больше для создания впечатления, как зазвонил телефон. Ирина, мельком взглянув на определитель, кажется, тут же напрочь забыла о моем присутствии. Вдруг, на пару секунд молитвенно сложила ладони, крепко-крепко так сжала их, словно от этого зависело что-то необычайно важное. На четвертый гудок только подняла трубку.
- Демушкина…
И зависла длинная пауза, в которой кто-то что-то ей сказал и уже положил трубку, даже я со своего места слышал короткие гудки. Медленно положила, наконец, трубку…
- Что-нибудь случилось? – спросил я осторожно.
- «Кинг» умер…
- Это?..
- Льва «Кинга» усыпили…
И столько неподдельного трагизма прозвучало в ее голосе, что я понял, меня сейчас здесь не должно быть.
- Так… понятно, я зайду… позднее.
- Подождите. Вот. Я отпечатала для вас… Здесь все адреса и телефоны, которые вас могут заинтересовать.
Сказала тихо, пытаясь сдержать слезы. Достала из папки несколько листочков и положила на край стола.
Я поднялся со своего места, мельком оценил их содержание. И только теперь до меня вдруг дошло, что тот ночной рык и был последним рыком уже умирающего льва. Уже взявшись за дверную ручку, я неожиданно для самого себя вспомнил утренние строчки. Вспомнил и окончание. Не оборачиваясь, тихо произнес их.
«Архангел каждый львиный рык
Пером записывает в книге.
Трудам пустынным меры есть,
И если лев исполнил меры —
Приходит Ангел льва увесть
В благословенные пещеры».
Тихо вышел и уже пробираясь к выходу из цирка, вспомнил и автора. Второй муж Анны Ахматовой, Владимир Шилейко. И сама Ирина чем-то неуловимо напоминает Ахматову. Надо же, какой длинный ассоциативный ряд… еще на что-то гожусь.
На лестнице меня ждала Фаина. Что-то пыталась мне «натараторить» про распространителей билетов, но я только махнул ей рукой – «потом, мол» и вышел.
Мой первый рабочий день только начинался.
2. Простая арифметика
Я зашел в гостиницу переодеться. Официальную часть представления отчасти закончилась, а бегать по городу в тридцатиградусную жару в костюме, выше моих сил. Попутно поболтал с дежурной гостиницы и вытянул у нее немало весьма полезной информации. Потом прошел в свой номер, нырнул под душ и только после этого принялся изучать «досье» на этот город. Просмотрел и откровенно приуныл. Выходило по моим подсчетам, что себестоимость моей программы и прочие расходы возможны к исполнению при условии 50% сбора. Несложная арифметика:
Одно представление:
при 100% «загрузке» 1400 мест зала – 350 т руб.
22 представления – 8 млн. руб.
Затраты:
Аренда - 0,8 млн. руб.
Программа (зарплата, корма и проч.) – 2,5 млн. руб.
Реклама - 0,3 млн. руб.
Распрост. билетов 3-5% – 0,2-0,4 млн. руб.
Итого: - 4 млн. руб.
Это как раз и называется «пройти по нулям». За двадцать два представления собрать 50% в условиях июля месяца, почти нереально. Город пуст – дачи, лагеря, отпуска и… одним словом, совсем невеселая картинка. А еще нужно полтора лимона отбить для фирмы. Наверняка выплывут еще какие-нибудь непредвиденные расходы. 75% нужно! Совсем нереально. Надо каким-то ужом выворачиваться. Думать надо.
Я ничего не смыслю в цирке, но даже из той информации, которая у меня имеется, выходит, что программа моя совсем не «ах». Какая-то «сборная солянка». Половина номеров уже «каталась» здесь в прошлом году. Коверный, как мне успели доложить, откровенно слабый. А основной, «ударный» аттракцион никому не известен. Присылают дрессированного бегемота под кличкой «Фружа». Ну и что? Что я спрашиваю, может такого выдать бегемот, чтобы на него повалил зритель? Не представляю. Признаюсь, что встречал афиши с бегемотом «Жужа», но это было давно, и, кажется, она… то есть, бегемотиха эта, сдохла. Ну, точно! Я тогда в Брянске был с… вот же память, совсем никуда стала. Тогда в Брянске из этого «падежа» такую рекламную трагедию раздули. Да, и школьные каникулы тогда были…
Это что же, другая туша?
Вот с такими невеселыми мыслями я отправился в местные СМИ, чтобы начать рекламную компанию.
***
Часа за три управился с местным телевидением и радио. Афишами и расклейками заниматься рано – пока предыдущая программа работает, не моги. К тому же, мой шеф обещал окончательно утрясти программу и только в начале следующей недели с проводниками передать афиши, отпечатанные в Москве.
Припекало здорово. Пятница короткий рабочий день и на улицах уже после обеда начало заметно редеть – за город народ потек.
Есть не хотелось. Я зашел в открытое кафе и выпил пару бокалов вполне сносного пива. Уже выходя, на улице, прямо на асфальте увидел разноцветные следы босых ног. Следы вели в кафе, из которого я только что вышел.
А ведь это идея! Нужен креатив!
Я снова пошел «на поклон» к рекламщикам. Кое-что подкорректировал. И только теперь почувствовал, что настроение мое заметно улучшается. Еще раз взглянул на листок, что выдала мне Ирина. Вот это явное упущение – «позывных» художника цирка, в нем нет. А он мне теперь крайне необходим. Придется возвращаться в цирк, хотя до понедельника я не хотел встречаться с главбухом, поскольку эта встреча не сулила мне ничего хорошего.
Ладно, делать нечего. Заодно посмотрим, как крутится коллега этого лазерного шоу.
До представления оставалось примерно полчаса, а, подходя к цирку, я ажиотажа не увидел.
К бухгалтеру я не успел зайти. Кабинет Алевтины Петровны был дальше по коридору, за кабинетом директора цирка. Дверь же его кабинета была распахнута настежь. У меня создалось впечатление, что меня здесь ждали…
- Э… как вас там… не проходите мимо. Таки невежливо это. Заходите-заходите, знакомиться будем. Когда придется еще… кхм… если таки придется…
Ну, меня таким «приемом» не возьмешь, бывало и хуже. Меня просто подмывало ответить в таком же тоне. «Э… как вас там… мне теперь не до сук. У меня прием в другое время» - или как-нибудь в таком же роде. Еле сдержался. Третье правило администратора - «Хочешь знать больше, утрись и больше слушай».
Я остановился. Несколько секунд помедлил и зашел в кабинет.
За директорским столом, откинувшись в кресле, с дымящейся сигарой в одной руке и бокалом коньяка в другой, сидел крупный, плотный, абсолютно лысый… ну, вылитый «Шрэк». Только что не зеленый, как мультике. Я про себя ухмыльнулся.
- Моня, погляди, как вышколили псинку, не обижается. Хвостом почти виляет. – «Шрэк» от собственной реплики весь затрясся от смеха с каким-то взвизгиваниями и прихрюкиванием. А я только теперь заметил на диване в углу кабинета маленького, сухонького старичка, с бегающими хитрыми глазками.
[justify]- Извини,