- А вы?..
- Я-то? Я сам на себя. Да, я таки Борис Исаакович Гутман. Слыхал?
- Признаться, не приходилось. Я от «Остарта» администратором.
- А… ну, и как ваш «Бакс» таки поживает? Лет пять не встречал.
- Андрей Николаевич? Нормально.
Интересно-то как! И у моего шефа «кликуха» имеется. Не знал. Приеду, я ему…
- Моня, сгоняй, посмотри, таки сколько скота сегодня нагнали?
- Беня, я тебе и так скажу. 122 билета продано. На завтра – пятнадцать. А на воскресенье четыре… Снимать будем, или где?
- Моня… - «Шрэк» покачал укоризненно головой.
- Я Беня понял, понял. Вам пошуршать нужно. Так я и так уйду. Пошел кассу снимать.
- Без обид. И дверь прикрой.
Моня… или как там его, ушел, а «Шрэк» аккуратно загасил сигару в бокале, потом допил этот коньяк с пеплом, бросил в пепельницу сигару, тяжело выбрался из директорского кресла и переместился на диван.
- Да, не стой ты, как пацан какой. «Hennessy» будешь?
- Нет.
- Таки падай куда-нибудь. Разговор есть.
Прежде чем выбрать себе место, я прошелся по кабинету, независимо сунув руки в карманы. Директор цирка оказался коллекционером. На нескольких стеллажах, полках, полочках расположились на вскидку более сотни самых разных клоунов. Из них я узнал только Карандаша с «Кляксой», Олега Попова и Никулина, что само по себе уже неплохо.
- Наш уважаемый директор некогда сам таки был коверным. Очень неплохим. «Засрак» и прочие регалии имеет. В городе его уважают. А я таки понял, что вы далеки от мира цирка…
Надо же, на «вы» перешел! Надо ухо держать востро, таким образом, обычно «разводить» начинают.
- … вот о директоре и пойдет таки речь. Вы уже встречались?
- Присутствовал при выносе тела.
- Ну, таки у вас еще все впереди.
Я, наконец, пристроился на стуле в конце стола для переговоров.
- Борис Исаакович, можно задать вам вопрос?
- Готов услышать.
- Как прошла ваша программа в этом городе, и что мне грозит?
- Как обычно в конце июня. Дальше таки отобью. Вот у тебя будет еще хуже. «Спалишь» программу, «Бакс» получит кучу долгов, только и всего. Это все, как говорится, очевидно. Пал Палыч таки давить будет. Требовать «откат» будет. Прокатчики ему костью в горле, от кормушки отодвигают. Таки мой совет – «слей» ему программу, пусть сам крутит. Все равно таки прогоришь. А он чики-пуки устроит, чистеньким отсюда уедешь.
- А если я не соглашусь?
- Сурово тебе будет, Вовчик… сурово…
- Забыли.
- Что?
- Забыли добавить «таки».
«Шрэк» снова принялся подхрюкивать.
- А тебе таки палец в рот не стоит…
- Оттяпаю по локоть! – я тоже с каким-то даже облегчением рассмеялся.
- А по внешнему виду и не скажешь.
- А то! Минутку. То ли еще… - я посмотрел на часы, встал и включил телевизор, - какой канал здесь местный?
- Третий.
Я переключил на тройку. Заканчивались местные новости.
- Информашку по городу подгребаешь?
- Нет… вот сейчас…
Экран неожиданно погас, в темноте послышалось какое-то сопение. Потом шепот – «Фру-жжжжа, Фру-жжа, Фружа» и легкий смешок ребенка. Экран снова засветился, и пошла обычная реклама. Ровно пять секунд шло все «действо». И будет так до полудня понедельника в каждом рекламном блоке…
- Любопытно таки… а ничего… может прокатить… - «Шрэк» выпятил нижнюю губу и почесал мизинцем щеку, - но раньше понедельника чтобы я афиш в городе не видел.
- И не будет… до среды.
Ну, вот, кажется, отыгралсяся, немного кураж сбил «Шрэку». Будем закреплять.
- Борис Исаакович, а еще один… или два вопроса можно?
- Да, хоть три.
- У вас действительно цирковая труппа из «Дю Солей»?
- А тебе таки зачем знать?
- Любопытно… и потом, так сказать, для опыта…
- Если так… пара «воздух на ремнях», когда-то сезон работала. Давай второй вопрос.
- Почему моего шефа «погоняют» «Баксом»?
- Я думал таки, что тебе известно?
- Нет, первый раз от вас и слышу.
- Мы с ним таки старые знакомые. В юности вместе работали в ансамбле песни и пляски. Я тогда на тромбоне упражнялся, а он таки плясал … «казачка». По загранкам мотались. Ну, а в свободное таки время… да чего там, тогда все мы… но он таки больше и удачливее, подфарцовывал. Отсюда таки и… вот и прилипло…
***
Расстались мы примерно через час, заверяя друг друга в самой, что ни на есть бесконечной дружбе. Надеюсь, никому не надо объяснять, что я точно знал, как «Шрэк» после моего ухода смачно сплевывает… или выражает в мой адрес похожее «действо». Я тоже не тешил себя иллюзиями относительно «дружбы». Одним словом, проехали и закопали задними лапами.
Правило Администратора – «среди коллег друзей быть не может».
Как я и ожидал, Алевтина Петровна ушла минут десять назад. Обстоятельству этому я ничуть не огорчился, а отправился искать художника. На арене громыхала музыка, слышались чьи-то вопли, жиденькие аплодисменты, но у меня ни на секунду не возникло желания заглянуть в зал.
Понятно было, что вечером в пятницу в цирке застать художника почти не реально. Но на первый же мой вопрос, обращенный к кому-то из пробегавших мимо служащих, был получен положительный ответ и направление куда-то на самый верх, следуя которому я без труда нашел мастерскую художника и его самого собственной и абсолютно трезвой персоной. Я давно привык, что художники, имеющие контакт с шоу бизнесом, пьют как сапожники. Да, простят меня не пьющие производители обуви.
«Художник смешивал на палитре своей души, краски тихого, крадущегося за окном вечера, все больше и больше наполняющего полутонами теней уходящий, пройденный, прожитый, но так до конца и не понятый день…». Вот так я, наверное, изобразил бы, глядя со стороны, состояние этого бородатого, кудлатого (простите за литературный штамп, но так он и выглядел на самом деле) не высокого и щуплого, примерно моего возраста человека, стоящего у окна. Он и мое-то присутствие не сразу заметил, «улетев», вероятно, мыслями… или любуясь, только одному ему понятной композицией формы, цвета и света за окном…
- Простите, вы ко мне?
- Если вас зовут Олег Иванович?
- Просто Олег.
- Отлично. А я…
- Владимир, так я понимаю. Весь цирк уже знает. Сказать почему?
- Ну, и почему же?
- Раньше на три дня приехали…
- Не вижу логики…
- А ее и нет. Приехали бы к вечеру в понедельник, на вас бы и внимания никто не обратил. Просто цирковые, как малые дети, очень любопытные, любят все необычное. Водку пьете?
[justify]-