- Быстрее, сюда. – Сказал матрос.
Он подхватил Николь под руку. Они скрылись в проходе, который вел в столовую. Закрыли стальную дверь, забаррикадировав ее столами.
- Что дальше? – Спросила у матроса Николь. Теперь она разглядела его яснее: вытянутое лицо, рыжие волосы, рыжая щетина, взгляд твердый и решительный.
- Чего линейнику надо?
- Он хочет забрать артефакт, который я нашла в заброшенной зоне.
Она ответила машинально, матрос не понял, но вникать не было времени: импульс мощно ударил в дверь, выгнув сталь, как бумагу. Еще мгновение и дверь вылетит под натиском следующего импульса.
- В сторону! – Крикнул рыжий матрос и прижал Николь к стене. Пол под ними задрожал и по наклонной опустился вниз, они оба покатились по нему, оказавшись на широкой платформе.
- Здесь пешком.
Сказал рыжий матрос и оглянулся. Его товарища не было рядом. Видно при сдвиге он не успел проскочить в образовавшуюся щель и остался наверху. Платформа отличалась от той, что они пользовались прежде – здесь не было никаких путей для поездов, будто их забыли проложить. Просто имелась глубокая выемка под пути и сама платформа.
- Это бетонные дороги соединяющие Узлы Континентов. — Пояснил матрос, не оборачиваясь на Николь, она едва успевала за ним. Было ясно, что он хорошо знает маршрут. Факт, вызвавший подозрение у Николь, она тотчас спросила об этом рыжего матроса, тот не стал скрывать объяснил ей, не снижая скорости и не поворачиваясь:
- Я работаю на «Внутреннюю линию». На «Саблере» еще несколько агентов разных спецслужб, мы все друг о друге знаем, каждый делает свою работу.
- Ты не ГМО?
Матрос остановился на мгновение, он был явно возмущен, но, не глядя на инспектора, ответил:
- Я из чистых. Родился и вырос в одном из Бургов Континентов
- Как твое имя?
- Сосфен.
- Что нужно Штольцу? Артефакт? Но зачем он хотел меня убить?
- Он не хотел тебя убить. – Откликнулся Сосфен – Ему нужен ежедневник Тимея. Заметь, что все импульсы уходили в сторону. Если бы он хотел тебя убить, ты бы давно была мертва.
Она включила ридеры дополнительной защиты. Пока не очень доверяла этому Сосфену. Он, наконец, остановился и сказал:
- Пришли.
В стене была узкая дверь. Сосфен осторожно открыл ее. За ней находилась кабина лифта, они вошли. В нем было так тесно, что им пришлось прижаться друг к другу, соприкасаясь подбородками.
- Это капсула эвакуации.
Успел прошептать матрос и дверь снаружи резко захлопнулась. Капсула заполнилась анабиозной жидкостью и, теряя сознание, Николь только успела подумать: «Какая странная эвакуация».
* * *
Пульсар Штольца сгенерировал только два разряда. Настроен пульсар был так, чтобы не причинить вреда инспектору, лишь создать видимость агрессии. После того, как матрос и Николь скрылись в проходе, начальник включил связь. В эфире был слышен сначала только шум и трескотня, потом хриплый голос сказал:
- Да.
- Все прошло благополучно. Капсула уже в пути.
Штольц отключил связь. «Почему я им помогаю? Это же все бред какой-то» - еще раз сказал он себе. Неделю назад на него вышел представитель Комиссии безопасности городов, а потом к ним еще через два дня присоединилась Охрана «врачей». Ганса тогда удивила такая синхронность. При ближайшем наведении справок, оказалось, что они действуют независимо друг от друга, но просьба у них была одна и таже: перехватить инспектора Николь Илэван. Обычного рядового инспектора. На вопрос его: «Зачем?» они оба озвучили именно вот эту странную версию, что «Умника» посредством гиплотахов хочет взорвать вселенную и что якобы в руки к Илэван попал важный элемент в этой системе, который надо любым путем перехватить. Между службами существовал договор о сотрудничестве и Штольц не отказал в помощи, тем более, что самому ему надо было выяснить все подробности.
Гидрокапсула с агентом Сосфеном и инспектором Николь должна была уже всплыть. Штольц выбрался из убежища через запасную штольню и сразу оказался в северо-западной части острова. Здесь не было никаких построек, и поэтому поверхность не пострадала от действий конуса. Несколько пальм росло на берегу, ветер гулял в их густой листве. К берегу прибило прозрачную анабиозную капсулу, внешне она была похожа на огромную фасолину, внутри которой плавали Николь и Сосфен. Капсула вращалась по оси.
Конус висел над восточной частью острова и вращался также, как капсула только в противоположную сторону. Действия конуса были непонятны: зачем он сжег поселок? Версию о том, что он реагирует на кого-то из них, Штольц не принимал, скорее он сопровождал подводный крейсер и устранял малейшую опасность, которая могла ему угрожать. Такой опасностью он посчитал поселок над Убежищем. Все это было похоже на осуществление вариативной ковенантской теории, которую в далеком прошлом сформулировал Тимей Скачков.
Штольц связался с капитаном «Саблера», он был уверен, что тот не откажет ему в помощи, так как подводные лодки находились в прямом подчинении у "Внутренней линии". Собственно, когда-то именно руководство Линии настояло на том, чтобы свободный подводный флот сохранили и использовали в качестве челноков для перевозки грузов, выполнения различных секретных операций и для охраны Континентов.
Кодра Тура не сразу ответил. Это могло вызвать у Штольца подозрение в его нелояльности, хотя он сразу отбросил эту мысль, потому что экипажи лодок, состоящий из нечистых полностью зависели от Континентов. Наконец ответ последовал:
- Капитан подводного крейсера «Саблер» Кодра Тура слушает.
- Это Штольц. Пришли эвакуатор, у меня тут анабиозная капсула. Ее надо перевезти на крейсер.
Начальник видел, как всплыла лодка на горизонте, и краем глаза наблюдал за конусом: тот не двигался, все также вращаясь. На лодке медлили. По протоколу в случае спасательных операций сразу по всплытие должна было быть спущено эвакуационное судно. С правой стороны крейсера отделился вытянутый цилиндр матового цвета. Он поднялся на несколько метров над поверхностью воды, а потом быстро полетел к берегу, не долетев до капсулы метра два, цилиндр вдруг перевернулся и упал в воду, развернувшись в надувной плот. Манипуляторы погрузили капсулу на плот, Штольц забрался без их помощи. Неспешно поплыли к крейсеру, он видел, как с капитанского мостика Кодра Тура разглядывает его в бинокль.
Уже на борту Штольц изложил тот вариант событий, который нужно было знать капитану «Саблера»: что инспектор Николь Илэван завербована разведкой Городов и украла важный артефакт для того, чтобы передать его руководству Гамбига. Кодра Тура уточнил, куда нужно теперь проложить курс. Штольц немного подумал, прежде чем ответить. Прежний план вернуться в главный Узел Континентов его не устраивал, поэтому он отдал другой приказ:
- Держим курс на порт нижнего уровня Гамбига.
Кодра Тура беспрекословно выполнил приказ: лодка в надводном положении отправилась по новому курсу. Штольц посмотрел на Конус – расстояние до него увеличивалось, махина пока стояла на месте. Начальник Линии подумал про Кодра Тура: «Кто его знает, что в башке у этого асциала». Его системы распознания сигналов мозга на асциалов была не настроена. В порту Гамбига, этого гигантского поселения вытянувшегося внутрь материка на сотни километров, его ждал гиплотах Гермес. У него был какая-то информация для него, по каналам связи он не хотел ее озвучивать.
- Почему мы в надводном положении идем? - Возмутился Штольц.
Капитан равнодушно пожал плечами.
- Погрузиться и выжать из этой посудины все что возможно. Мы должны быть в порту как можно быстрее.
Отдал распоряжение начальник Линии, а затем велел дать ему в качестве сопровождающего матроса, который покажет ему каюту Николь. Там он все перевернул верх дном, но ежедневника не нашел. Заглядывая под кровать, он увидел только пыль. Матрос в дверях каюты стоял как изваяние, лицо его было непроницаемо. У Штольца мелькнула мысль: может ежедневник, инспектор передала капитану. Ганс отправился на капитанский мостик. Там царила тишина, все на своих местах сидели и сосредоточено наблюдали за приборными досками. Кодра Тура завис у перископа, он видел, что в рубку вошел Штольц, но взглянул на него, только когда убрал перископ.
- Какие-то проблемы, начальник? – Холодно спросил он.
- Я не нахожу в каюте Илэван ежедневника, может она тебе отдавала?
- Нет.
Ответил капитан, как будто ждал этого вопроса. Штольц немного смутился, Кодра Тура заметил это и попытался помочь ему.
- Начальник, разбуди инспектора и спроси у нее.
Это вывело из себя Штольца, он резко ответил:
- Что ты, капитан, несешь! Знаешь же, что капсула находиться в автоматическом режиме, а значит, Николь Илэван можно разбудить не раньше, чем через, – он посмотрел на бортовые часы – 45 часов.
Кодра Тура посмотрел в его брови, они были настолько густые, что именно такое ощущение и создавалось, когда хотелось посмотреть в глаза Штольцу - смотришь ему в брови. Понимая, что ничего сейчас не добьется от капитана, Ганс Штольц смирился.
- Пойду спать. Надо отдохнуть. Какую каюту мне занять? – Спросил он.
- Занимай каюту инспектора.
[justify]Кодра Тура повернулся к начальнику «Внутренней линии» спиной, отдавая какие-то распоряжения своему помощнику. Штольц пошел в каюту. Сон одолевал его. Однако, как только он добрался до каюты и лег на кровать спать перехотелось. Лезли мысли в голову, как казалось Штольцу ненужные. Он, как глава «Внутренней линии» вправе принимать решения самостоятельно для обеспечения безопасности Объединенных наций двух Континентов. Не имея понятия о государственной структуре этого образования и никогда не видя руководство Континента, Штольц, как ему казалось, все делал правильно. Получив сигнал от Сосфена о миссии инспектора АРЗ, он тут же принял меры: вылетел на один из островов, чтобы