стоит?
— Понятия не имею.
— А до Москвы?
— Они тарифы каждый день меняют! Во всяком случае, до Лос-Анджелеса точно дешевле. Дочка старшая недавно летала. Там шубы вообще нипочем, блин! В Америке, зачем они им?!... Вам все равно куда лететь, что ли? Послушайте, а шуба вам не нужна?
— Нет. Зачем мне шуба? Мне в Петербург, определенно.
— Срочное дело?
— Наверное. Сам не знаю. Чувствую — надо. А зачем?..
— Э, парень, у тебя все в порядке?
Антон задумался и закрыл глаза.
— А… Да, да… В порядке, в порядке…
Он расплатился с таксистом, побежал в здание аэропорта, без очереди бросился в кассу. Очередь недовольно ворчала.
Вскоре он был в секторе отправления.
— А ваши вещи? — удивленно спросил контролер подозрительного человека, у которого вообще ничего не было из вещей.
— Вещи? Мои вещи?.. Стоп... Нет у меня вещей… — растерялся Антон.
— Странный парень, — подумал сотрудник аэропорта, но не стал устраивать личного досмотра. Вообще-то вид у него был безобидным, а пассажиров в очереди было еще много.
Антон занял свое место в узком салоне «Ту-154» и закрыл глаза. Очнулся. Полез в карман. Пересчитал наличность. Оставалось три десятки. Махнул рукой: «что поделаешь, как-нибудь…»
Самолет натужно завибрировал и нехотя пошел на взлет.
В Санкт-Петербурге в большой квартире на улице Рылеева Дмитрий Петрович рассказывал Александру и Яне о таинственной планете Флоя, показывая карту и многочисленные рисунки сделанные собственноручно.
— Дома там красивые и очень удобные, из легких подвижных конструкций. Повсюду музеи, библиотеки, не такие, как у нас, конечно, многочисленные спортивные сооружения. Граждане приветливые, в чистой, добротной одежде. В центре города, как правило, культовое сооружение, мраморные белые башни с окнами-витражами из цветного стекла, золотые статуи. Реки чистые, прозрачные, воздух наполнен ароматами цветов и трав — дышится легко и приятно. На этом материке у них около ста городов. Мне даже известно количество населения с точностью до сотен.
— Зачем это нужно знать? — поинтересовалась Яна.
— Не знаю, но я запомнил почему-то. Их тоже подобная информация от меня интересовала, и они весьма сожалели, что я не знаю, сколько жителей в Луге, Чите, в Аддис-Абебе, например.
— Хм! В Аддис-Абебе? — удивился Александр.
— Флойцы были в полном недоумении, когда поняли, что я затрудняюсь вспомнить название страны. Той, где город Аддис-Абеба находится. Они, по-моему, не поверили, что я дальше Московской области по южной дороге не доезжал за свою жизнь. А вы, Саша?
— Да, мы немного, к сожалению, путешествуем.
— У них, по всей видимости, в путешествиях и познании мира — особый жизненный смысл. Не хочется фраз из утопических учений повторять, но на Флое, как говорится, все принадлежит народу.
— Интересно. Вы знаете, Дмитрий Петрович, не могу избавиться от впечатления, что ваш рассказ, извините, напоминает нечто прочитанное в детстве. Я фантастику с десяти до четырнадцати лет просто обожала. Города с неземным небом, вагончики летающие, магнитариусы, чудеса техники и идеальное устройство неземных обществ…
— Это вопрос?
Девушка кивнула своими длинными ресницами.
— Фантасты ничего, как видно, не придумывают. Нельзя выдумать того, чего не существует. И самые идеалистические мечты где-то находят свое воплощение. Тем более что Флоя для меня — это планета-сон. Вы понимаете, о чем я?
— Наш Кузьмич в свое время на подобный вопрос «А может, вы во сне путешествовали на своем космическом корабле?» ответил: «Может быть!» Знаете, почему я вспомнил сейчас Александра Кузьмича Молоткова?
— И почему вы его вспомнили?
— Можно, я скажу? — перебила мужа жена. — Когда Кузьмич встречался там со своим покойным сыном, что невероятно, то он произнес такую характеристику: «Руки его были теплыми, он, Ваня, был как живой. Живой, определенно настоящий мой сын».
— Значит, вы проснулись однажды, и в руках у вас оказались эти камни лиоры?
— Я боялся об этом вашему милиционеру говорить. Это для него, человека сугубо практического, диагноз. Понимаете какой?
— Не случайно я недопонимала, как вы туда, собственно, попадали, на Флою?
— Попадаю. Регулярно. Мои замечательные путешествия продолжаются. Теперь мне предоставили специальный код выхода.
— Потрясающе! — привстал из кресла Александр. — Теперь я еще больше ничего не понимаю.
— Я тоже. Но жизнь продолжается, не так ли? Если хотите, я принесу вам с Флои еще что-нибудь интересненькое. Как вы смотрите на это, Яна?
— Здорово! Умоляю только, больше ничего не воруйте.
— Дмитрий Петрович, сейчас в больнице медленно умирают пилоты того злополучного рейса. Я вам рассказывал. То, чем их пытаются вылечить, — просто смешно, имея в виду истинный смысл происшествия. Узнать бы, как генерируется световые лучи от таких объектов? Какова их физическая природа? Есть ли способ вылечить летчиков?
— Яна, они вам сказали, что луч был как бы твердым?
— Представляете?
— Луч. Угу… Я не могу, к сожалению, припомнить. Дело еще в том, что на Флое собственная космическая частота. Отличная от нашей система измерений и, соответственно, другая квантовая теория. Но, честное слово, я не интересовался. Не могу вам сейчас помочь. Но, слово даю, — постараюсь!
В квартире раздался звонок домофона.
Дмитрий пошел открывать.
— Кто это может быть? Ваша ясновидящая, Раиса Федоровна, кажется, назойливая особа, знаете ли. Он меня достала. Каждый день по телефону названивает. Просится в гости. Что ей так приспичило? Уж не она ли, часом?
На пороге стоял Антон Поляков. У Антона было такое выражение лица, словно он видел Дмитрия где-то и никак не может вспомнить.
— Вы меня не узнаете? Я Антон. Антон Поляков. Приехал вот! Прилетел! Я вообще-то издалека. Из Хабаровска. Только что. Прямо к вам. Не удивляйтесь. Сам пока не знаю зачем. Впрочем, о чем я? Мы конечно, никогда не виделись.
Дмитрий с удивлением смотрел на Антона и… закрыл перед ним дверь.
Постоял с минуту в прихожей, мучительно вспоминал. Но… Потом решительно распахнул дверь.
— По-вашему, квантовые частицы с массой от одной единицы способны транспортировать материальные структуры?..
— Конечно!
— И в земных условиях?!..
— Трудно, но попробовать можно.
— Нужно!
Александр и Яна раскрыв рты смотрели потрясенные, на встречу двух странных совершенно незнакомых прежде людей.
В клинике военно-медицинской академии Яна и Александр терпеливо ждали аудиенции в коридоре у кабинета главврача.
— Хотела Раису Федоровну спросить о том, что будет с экипажем «ТУ-154». Но потом засомневалась. Подумала: мы сами, например, хотим ли знать свое будущее?
— Я, — нет.
— Аналогично. Почему же мы, однако, с такой легкостью желаем иногда владеть информацией о других людях? Ведь судьба — такая же собственность личности, как и мысли. Мне кажется, со временем человечеству понадобится принимать новые этические законы.
— Дай Бог этому самому человечеству не сожрать самое себя. — сказал Александр.— А ты о каких-то этических законах!
— Мне что-то не нравится наше долгостояние здесь. Сказали бы прямо. А то вокруг да около.
— Он обещал тебе этот разговор. Ой, Янка, кстати, Коля с Олей приезжают сегодня.
Вышла на цыпочках секретарь главного врача.
— Заходите. Он ждет вас.
Наши герои вошли в кабинет.
— Здравствуйте. Как они себя чувствуют? Есть положительные изменения? — с порога спросила Яна.
Доктор успокоил ее жестом и представил человека в штатском, сидящего в кабинете.
— Знакомьтесь, Владимир Петрович, полковник федеральной службы безопасности.
— Очень приятно, — поздоровался главный редактор популярного журнала. — Разговор теперь точно пойдет об истории болезни.
Офицер был настроен благожелательно.
— Очень приятно. Давно мечтал познакомиться. Интересным делом вы, ребята, занимаетесь. Наверное, полезным и нужным.
— Разве можно сомневаться в этом? — пикировалась Яна.
— Никто и не сомневается, друзья. Искать истину и трудно, и сладко. Я по-настоящему завидую вам и вашим читателям. Но… Как всегда в любом деле, остаются неясными некоторые вопросы.
— Они и перед нами стоят, — согласился редактор.
— Давайте, вы первые, хорошо?
— Ток-шоу? — намекнула на форму общения телеведущая по совместительству.
— Отличная форма! Почему бы нет? Начнем?
— Хорошо. Вопрос к главному врачу: «Как они себя чувствуют?»
Известный на всю страну доктор казался свободным, но на всякий случай посмотрел на полковника.
— К сожалению, вот как раз на этот вопрос я не могу ответить.
— То есть? — напряглась Яна. — Прямо до такой степени не можете? Владимир Петрович, разрешите ему ответить. Пожалуйста.
— Ребята! Все дело в том, что здесь никакого подвоха нет. Я понял, вы действительно знаете больше, чем мы.
Александр не верил своим ушам.
— Это такая новая современная форма работы с трудящимися?
— Пилоты исчезли, ребята! Вот какая у нас с вами форма работы.
— Вы серьезно? Вот так, прямо, взяли и исчезли?
— Я глазам своим не поверил! Прихожу сегодня утром в палату…
— И вы, конечно, у нас решили узнать, куда они делись? — с издевкой спросил редактор.
— Да. Больше не у кого, — ответил полковник.
— Хм! Интересно девки пляшут!
— Господи, при чем здесь девки? — смутился главврач.
— У нашего сотрудника Скоропада присказка такая, — подмигнула
