он на ухо. — Я полагаю, никакая это не летающая тарелка. Я «голоса» вчера ночью слушал. Как в прежние времена. Там однозначно трактуют случай, как неудачное испытание русскими новейшего лучевого оружия. Помните, еще в конце восьмидесятых Горбачев намекал американцам на несимметричный ответ на проект Звездных войн?
— Вот это как раз полная ерунда! Новые времена доказали, что наша главная военная тайна — это то, что ее нет. Нет никакой военной тайны! Нет никакого гиперболоида! Последнего нашего «инженера Гарина» — младшего научного сотрудника Феликса Полянского, судя по всему, инопланетяне к себе забрали. Он только им нужен оказался. Впрочем, продолжайте скрывать вашу тайну. Когда-нибудь все станет явным. И кое-кому будет стыдно.
— Не обижайтесь, Яна. И тогда я вам смогу кое-что рассказать. Потом. Хорошо?
— Спасибо. Но версия с НЛО… Прошу вас, пожалуйста, не отметайте ее с ходу. Дело не в экстравагантной версии. Это и вам, и беднягам-летчикам может помочь. Если, конечно, вы в этом заинтересованы.
Доктор кивнул по-доброму, и Яна исчезла за дверью. За ней вприпрыжку устремился худощавый паренек, увидевший ее в длинном коридоре клиники.
— Янка, ты?
— Сева?!
— Я смотрю, ты с главврачом прешься! Сразу все понял. Здесь об этом у нас весь персонал базарит. Секретное оружие мол, НЛО, то, да се! …Жаль, что вы тогда подписали мне заявление об уходе, паразиты! А то бы я кое-что рассказал тебе. Я водилой здесь обретаюсь. Скучнятина, не то что у вас!
— Эх ты! Обижаешься до сих пор? Не честно. По собственному желанию ушел. Сообразил. Что поделать, если Саша и я права получили? Водитель не для экзотики.
— А… Прикалываюсь. Ты, говорят, за шефа моего бывшего замуж выскочила?
— Вышла.
— Дело прошлое. Хочешь, тайну открою? Я из-за тебя тогда ушел.
— Из-за меня? — переспросила Яна с недоумением.
— Из-за любви к тебе, Яночка!
— Вот так номер! Почему я об этом не знала?
— И что бы тогда?..
— Ничего.
— Вот видишь! Ничего. И я ничего. А теперь вот женился. На врачихе! Классная женщина. Как ты!
— Молодец, Севка. Рада за тебя, — она посмотрела на него, не мигая. — Помоги по старой дружбе.
— Родину за тебя, Янка, продам.
— Это лишнее. Как бы мне с пилотами того самолета поговорить? Тихонечко. Друг у нас на том рейсе пропал. Физик Феликс Полянский. Как в воду канул.
— Ха… Пустяки. Поворачивай назад, — деловито сказал Сева. — Пойдем со мной. Я думал, что серьезное.
Они прошли по пышущему жаром от теплотрассы подвалу. Поднялись по лестнице черного хода. В коридоре никого не было. Зашли в ординаторскую. Сева снял с вешалки чужой халат, посмотрел на часы.
— С тебя ресторан! Надевай халат, а я покараулю. Не волнуйся, у тебя целых полчаса. Я здесь порядки знаю.
Яна сначала заволновалась, но, преодолев себя, как перед выходом в эфир, решительно вошла в больничную палату.
В широкой палате с высокими окнами стояло всего две кровати: командира-пилота и бортинженера. Пилот поднял глаза. Кивнул головой.
— Извините, ради Бога, — начала Яна. — Мне просто необходимо… Несколько вопросов? Если можете говорить?
Пилоту речь давалась с большим трудом, но, смекнув, что он попал в нестандартную ситуацию, ему хотелось не пропасть в безвестности, в больнице, в которую не пустили даже близких родственников.
— На некоторое время машина наша зависла в воздухе, словно удерживали ее за хвост. Потом рухнули метров на сто вниз. Я лично понял, что нас луч этот удерживал. Он был каким-то упругим. Странной, очень странной структуры. Мы свет по-другому обычно воспринимаем. Он, в нашем представлении… пустой. О фотонах в школьных учебниках определенно написано: нейтральные элементарные частицы нулевой массы. Однако там, в снопе света, их было слишком много набито, этих частиц. Свет просачивался даже сквозь обшивку. И был избирательным, умным, что ли?
— Наш знакомый, Феликс Полянский, летел в вашем самолете. Вы случайно не слышали о нем?
Бортинженер подал признаки жизни с другой койки.
— Знаю. Не вы первая о нем спрашиваете. Эфэсбэшники интересовались. Секретный физик какой-то? …Нет ли у вас покурить, милая девушка?
— Не курю. Извините… Так что физик?..
Пилот приподнялся на подушке и осмотрелся.
— Его они забрали. Стюардесса Леночка так думает. Но никто конкретно не видел этого момента, поэтому ребята в штатском полагают, что он спрятался и потом, в аэропорту, тайно покинул самолет.
—Это возможно?
— Скорее всего, нет. Простому человеку невозможно. Нужно очень хорошо знать самолет.
— В этом-то и проблема, — не прятался он, его забрали, определенно. Луч, по природе своей, — теперь я только понял, — трудно дыша излагал бортинженер, — мог растворить его в себе. А мы случайно подвернулись. Те, на тарелке, поняли, что ошиблись. И прекратили нашу транспортировку. Гуманно поступили. Дали нам самолет посадить.
— Ошиблись. Мать их! Ошиблись! Гуманоиды! Что с нами теперь будет?! Помирать ох как не хочется, по ошибке. Видно, нет совершенства и во Вселенной! Так и напишите!
Не только ради красного словца заикнулся Сева о ресторане. Вечером следующего дня, после дополнительного напоминания бывшему шефу и его жене им пришлось его посетить. Хотя, в принципе, Яна и Александр всегда были верны своему слову.
Сева совсем не изменился и по-прежнему болтал без удержу, часто наливал себе водки и мало закусывал.
— Я ей говорю: «Чего ты, не бойся! Нормальные ребята. Работал я с ними раньше. Посидим, как белые люди».
— А жена? — участливо поинтересовалась Яна.
— …«Сейчас нормальные люди по ресторанам не шастают. Одни бандиты», — говорит. …Глючит бабу! Не все же, в самом деле! Мы, например. …Честно говоря, она у меня золото. Достойная женщина, словом.
Сева придирчиво посмотрел сквозь бокал с водкой на красивую Яну.
— Нет, ты подумай, как этих летчиков жалко!
— Спасибо тебе, Сева, — угощал его испанским салатом из морепродуктов Александр. — Ты, Севка, кушай не стесняйся. Без твоей помощи мы ничего бы не узнали. Я по простоте душевной запутался во временах. Забыл, что все дела у нас на связях, на таких людях, как ты, держатся.
— Стараемся! Жива Россия! И вам спасибо. Салат, кстати не очень. Все время вспоминаю, как мы с вами снежного человека ловили. Кому ни рассказываю — все валяются со смеху. Я через вас, душой компании заделался. Можно мне еще выпить? Ты, Саша, чё-то не частишь. А то мне скучно сделается, — поморщился Сева выпил залпом. — Во! Я потанцую пойду.
Раздухарившийся Сева манерно подошел к столику напротив, за которым сидели две томные белозубые девушки. Затеял какой-то пустяшный разговор и вскоре не попрощавшись исчез с одной из красоток.
Звучала живая музыка. Некоторые посетители ресторана танцевали без остановки. Яна встала и протянула руку мужу.
— Пойдем и мы потанцуем, дорогой.
Но к ним стремительно подошел человек, лет под сорок, с бутылкой шампанского и бесцеремонно уселся на место Севы. Это был Иван.
— Извините, ради Бога! Я вас по телевизору видел. Интересная у вас программа, черт побери! А я Ваня...
— Спасибо. Очень приятно, — ответила Яна. — Мы, вообще-то потанцевать собрались.
— А… это, пожалуйста. Только не подумайте ничего. От чистого сердца. Шампанское! От нашего столика — вашему, как говорится! Мне поговорить надо. Чем, кстати, журнальная эпопея с инопланетянами завершилась?
— Какая эпопея? — вновь присел за стол Александр.
— Ну, с этими. Нашли вы человека, который вам бы бесспорные доказательства инопланетного контакта принес? Ведь публиковали такую объяву! Премия, поди, осталась невостребованной?
— Вот вы о чем? Вспомнили? Нет. Никто пока таких доказательств нам не предоставил.
— Премия, значит, в силе остается?
— Какой вы меркантильный!
— Нет! Не правда! — обиделся Ваня и наклонился к ним. — Просто есть чего представить, — важно сказал он. — В смысле — кого!
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался Александр у подвыпившего мужчины.
— Неплохо. Как, по-вашему, инопланетяне существуют?
Александр решил притвориться пьяным.
— На все сто!
— Соображаешь! — крепко пожал его руку Ваня. — Что вы скажете, интересно, если я приведу к вам мальчонку оттуда?!
— Откуда?
— Оттуда, — показал пальцем в потолок их новый знакомый.
Яна засмеялась.
— А вы молодец. Хорошо с чувством юмора у вас.
— Юмора! Хм! Вот завтра и посмеетесь. Короче, готовьте вашу тыщу!
Ваня еще долго уточнял адрес и удалился пятясь и низко кланяясь. Яна улыбалась ему по-японски.
— Это называется работой с читателями, дорогой. Ресторан в смысле. Я, глупая, Севе пообещала, забыла какой он заводной. Не раньше, чем через пару дней остановиться. Теперь женушка его будет названивать, — куда мужика ее дели. Хотя… Нет, все нормально. Напрасно ты сердишься.
— Не бери в голову. Давно с пьяными не общался.
— Да они неплохие ребята.
— Как думаешь, если этот самый Ваня приведет завтра своего инопланетянина в редакцию?
— О… Саша, ты тоже у нас пьяненький? У людей такая манера знакомиться. Или тебе денег жалко?
— Инфляция была ведь! — сказал серьезно Александр. — Сколько это теперь будет, — тысяча?! Бухгал-тера вызывать или нет?
— Сейчас домой придем. Поспим. Утро вечера мудренее. …Шампанское сильно в голову ударило.
— Представляешь, а каково мне после водки?! Ваня этот — тоже заводной парень. И Сева хорош! Слушай, как он эту телку быстро склеил? Тренироваться надо! Тренироваться!
— Чего-о-о?!
На столе главного редактора лежала публикация пятилетней давности. «Мы заплатим тысячу рублей тому, кто предоставит реальные доказательства контакта.
