дым. Доски дубовой лестницы местами уже обуглились. Каждый шаг для старичков мог стать последним.
На горящей палубе Пончик понял, что единственный способ спастись — это спрыгнуть в воду.
— Пончик, я не умею плавать.
Свернувшись клубком, старая кошка смиренно легла туда, где ещё не было огня.
Палуба разваливалась на глазах. Жар быстро подбирался к котам и их шерсть уже начинала пахнуть палёным.
Вокруг стало дымно, воздух потяжелел, мешая котам дышать.
Пончик приготовился к прыжку, но прежде он толкнул свою подругу в холодные воды озера.
Пончик не умел плавать. Вовремя он вспомнил, как это делал мальчик Коля.
Пончик, ловко схватив подругу за холку, уверенно поплыл, пока позади них с треском разламывался охваченный огнём корабль. Всё могло закончиться хорошо. Знакомый кораблик, пришвартованный неподалёку, приметил Пончика и Жозефину и расправил парус. Кораблик весело устремился навстречу своим непутёвым сбежавшим пассажирам.
Но в небе появился сокол, который был зол. С яростью сокол набросился на Пончика! Вот-вот потопит его.
— Где мой хозяин? — требовал ответа сокол.
Пришлось Пончику сознаться, что произошло в пряничном домике.
— В брюхе у Кого-то! — прокричал Пончик. — Брюхастый проглотил дом вместе с твоим хозяином и съел луну.
Хорошо, что Пончик сказал правду, ничегошеньки не придумав.
Сокол полетел в красный лес, чтобы там найти Кого-то. Сильный сокол, способный увидеть цель за километр, проткнёт острым клювом резиновый живот обжоры и освободит старичка.
Тогда они заживут счастливо, точь-в-точь как в те добрые времена. Вместе будут ждать новых пассажиров и удивительных историй.
Время от времени человек вступает в игру, которую придумал сам.
— Мы здесь! — Пончик помахал кораблику.
— Я тут! — отозвался кораблик.
Борта у кораблика были низкие, и пассажиры смогли легко взобраться на кораблик.
— Мы спаслись, — сказала Жозефина.
— Пора в путь, — подтвердил кораблик.
Кораблик, волнительно трепеща парусом, обгоняя ветер, полетел вперёд. Вернее, назад.
Жозефина и Пончик, оказавшись на судёнышке, медленно принимали прежний облик. К котам вернулось острое зрение, окрепли лапки.
— Мы прибыли в светлый промежуток времени, — сказал кораблик и удачно пришвартовался к причалу.
Жозефина и Пончик сошли на берег.
Жозефина оглянулась. На корпусе судна было написано: «Сложная судьба».
— Кораблик, это твоё имя? — с удивлением спросила Жозефина.
В это время внутрь прошла целая толпа: девочка Эйли, гусь Брамс, тётушка-сова Сквош, мама девочки Эйли, Хранитель.
— Пончик! — обрадовалась мама девочки Эйли. — Мы нашли тебя!
Мама девочки Эйли приветливо помахала Пончику рукой. Её жёлтые волосы, такие же, как у Эйли, не были покрыты косынкой, а развевались на ветру.
Эйли показала Пончику куклу с синими волосами.
— Гномы подарили.
Началась дивная жизнь куклы, ведь теперь она поселилась в хорошем доме с окнами на розы. Мама сразу же сшила ей приданое: одеяло, постельное белье, подушку. Из лоскутков старого бархата она сотворила для куклы такие платье, о которых обычные куклы могли только мечтать. Ведь каждое платье она украсила розами. А Эйли стала брать куклу с собой на прогулки, но прежде бережно переодевала её.
— Гномов нет! — строго заявила тётушка-сова Сквош.
— Скоро бал, — напомнил Хранитель.
— У меня нет нового платья! — спохватилась Жозефина.
— Пончик, тебе нужно полотенце?
Тётушка-сова обладала эмпатией, что позволяло ей не просто давать мудрые советы, но и глубоко чувствовать эмоциональное состояние всех живых существ, проявлять заботу и говорить нужные слова.
По шерсти Пончика стекала фиолетовая краска.
— Эйли, письмо пропало.
— Я давно прочитала письмо.
Пончик был ошеломлен. Пончик долго носил девчачью шапку. Над ним смеялись даже гуси. А Эйли ничего ему не сказала.
БАЛ
У портного было достаточно золотой пряжи. Удачно сговорившись с директором музея, увлёкшегося ткачеством, господин Нет-нет наладил прямую поставку золотых нитей в своё скромное, но успешное ателье.
Заказов у портного было ещё больше, чем пряжи. Последние несколько дней портной только и делал, что кроил и шил. Не зная отдыха, трудился достопочтимый портной во благо города.
Когда наряды были сшиты, их упаковали в красивые праздничные коробки. Посыльный, резвый Хрюхрюныч, по собственному убеждению, а не по увещеванию, удачно разнёс заказы по домам и норкам, где обитали капризные клиенты.
Портной выдохнул.
Грандиозная ответственность сводила портного с ума. Портной сто раз пожалел о том, что в городе больше нет портных. Население росло. Кошки всё прибывали и прибывали.
Портной втайне мечтал о достойном сопернике – великом мастере игольного дела, способном соткать полотно из лунного света, с которым не страшно было бы разделить риски их опасного ремесла.
Эти мыши! Весьма капризные клиенты. Разгневанный господин Мышь десять раз возвращал злополучные перчатки, которые были с огромными дырами. Портной не смог доказать заказчику, что вины мастера в том нет.
Дверь открылась. В ателье вошли Жозефина и Пончик.
— Портной, у меня нет наряда!
Кошечка была удручена, но искусный портной отыскал в тайных сундуках драгоценную парчу, сотканную из чистого золота. Он бережно окутал волшебной тканью капризную Жозефину и подпоясал её кушаком из кручёных золотых нитей. Сердце кошечки радостно забилось. А добродушному коту Пончику мудрый портной преподнёс поистине королевский наряд – бархатную красную манишку, которая была вручную расшита переливающимися пёрышками редких сказочных птичек-мандаринок.
Пёрышки птичек украсили не только манишку кота, но и сумочку совы Сквош, но коты об этом не знали.
Пончик и Жозефина отправились на бал.
Закрыв мастерскую, сверкая башмаками, господин Нет-нет промчался мимо котов. Свои парадные башмачки с жёлтыми заклепками старый портной обувал только по великим праздникам. В обычные же будние дни он тихонько передвигался по горбатым кривым улочкам волшебного городка в потёртых, стоптанных штиблетах на шнурках.
Портной бежал очень быстро. Несся со всех ног, а ног у него много. Вышло так, что он пришёл на праздник раньше других, а некоторые гости на бал безнадёжно опаздывали.
Если не лететь, а топать, то от озера до лужайки — путь неблизкий. В пути гусь нашёл аппетитные крошки. Отвлёкшись на крошки — вкусно-вкусно, — позабыл обо всём. Господин Брамс очень любил хлебные крошки!
По важной причине позже других гостей на бал явились и мыши. Господин Мышь и госпожа Мышь не могли сосчитать своих непоседливых детишек, потому что крошечных мышат нарядили в абсолютно одинаковые, невзрачные серые кафтанчики. На очной зелёной траве крошечные мышата сливались в один живой серебристый клубок.
На лужайке — её подготовили для бала — стоял гам. Граждане дружно обсуждали белку в платке. Это мама маленькой девочки Эйли подарила белке шёлковый платок, потому что в глухих сумерках перепутала белку с кошкой. Но, узнав белку, не стала отбирать у нее красивый платок.
«Кар-кар! Кто-то лишний», — по лужайке скакала ворона, правда-правда, она вела себя бесцеремонно. Накануне мероприятия тётушка-сова Сквош провела с вороной инструктаж: соседей не задирать, людей не пихать. Инструктаж не помог, развеселившаяся ворона делала, что хотела!
Играла музыка.
Музыканты виртуозно водили смычками. Славный коллектив лесных музыкантов исполнял задорную, весёлую музыку.
Башмачник Хоми и господин Нет-нет пустились в пляс. К слову, ни один из них не умел танцевать.
Сова взобралась на дерево и ревностно стала следить за башмачником. Первый танец с башмачником должен был достаться ей. Всю дорогу сова репетировала.
Под деревом стояли мама девочки Эйли и Хранитель. О чём они говорили?! Сова не разобрала.
На этом блистательном балу величавому господину Павлину доверили встречать гостей. С важными гостями Павлин обменивался «рукопожатием» и лично угощал арбузной мякотью.
Простых и неприметных гостей он пышным угощением не баловал. Впрочем, шустрые безвестные персонажи сами подбегали к столу и жадно уплетали печёную картошку, хрустящую капусту, сладкую морковку и наливные яблоки.
Ещё издали господин Павлин приметил великолепного кота Пончика и по достоинству оценил его бархатную красную манишку.
Пончик вежливо раскланялся со старым знакомым и вступил с ним в долгий разговор.
— Рад вас видеть, господин Павлин.
Павлин распушил хвост.
— Пончик, вы умеете беречь секреты и легко забываете обиды. Как у вас получается?
— Вижу счастье во всём.
Пончик долго шептался с господином Павлином о том, что пришло время вызвать зайца Игогошу, чтобы Эйли могла познакомиться с королём секретов.
Наконец пришли мыши. Гусь Брамс сразу обратил внимание на большое мышиное семейство.
«Поверните направо. Поверните налево», — господин Брамс взялся командовать мышами. Мыши его совершенно не слушались, ведь для них статный гусь оставался всего лишь скучным серым клерком.
На блистательном балу приёмщица защитных костюмов тихонько грустила в сторонке, но вдруг на бал явился улыбчивый продавец изысканных сладостей. Нарядный продавец окутал её ароматом ванили и заботой.
— Господин Мышь, что я вам говорила? — выкрикнула приёмщица костюмов.
— Что она тебе говорила? — строго спросила госпожа Мышь.
— Что-то.
Чем бы закончился разговор меж супругами, непонятно — жена насупилась. В самый разгар веселья на сияющий бал пожаловали подземные гномы, которые поднялись наверх сквозь свой потайной колдовской лаз.
Гномы задорно застучали своими серебряными каблучками. Пустившись в пляс, они подхватили изумлённую сову и растерянную ворону, закружив их в таком стремительном вихре, что сова мгновенно позабыла свои прежние суждения — будто гномов вовсе не существует на свете.
Пончик стал искать Лауру. Нескоро они встретятся. Часто Пончик будет приходить в старый дом. Сметая пыль, грустить.
Всё вознаграждается! Особенно терпение.
Перед Жозефиной возник господин Дзинь. Растопырив крылья, преградил ей путь.
У господина Дзинь в городе была такая важная должность, что и словами не передать, именно потому гусь не пустился в пляс, как другие жители волшебного мира, а предпочёл вести беседы о смысле жизни.
— Га-га-га. Что будет завтра, никто из вас не знает. Все думают, что мир непредсказуем, — господин Дзинь посмотрел на собеседницу снисходительно. Впрочем, господин Дзинь на всех смотрел свысока. — Горожане не чувствуют завтрашний день. А ведь он прописан. Каждая хлебная крошка на своём месте. Га-га-га. Мы лишь винтики в машине мироздания.
— Кто крутит механизм, господин Дзинь?
— Га-га-га. Кто-то. Жозефина, вам всех премудростей не понять. Вы всего лишь кошка. Вы не гусыня. Га-га-га.
Гном Арт разглядел в толпе Эйли. Та тоже приметила старика.
Оба были рады встрече.
— Как поживают ваши король и королева, дедушка гном? — Эйли сердечно обняла гнома.
— Мы их отключили, — признался гном Арт.
— Почему, дедушка гном?
Король и королева были хороши собой и идеально правили: капризничали, лукавили, отдавали приказы, при этом шумно стучали каблучками, как живые гномы.
Чем же король и королева не угодили?
— Куклы много
