Произведение «"Анфиса и Прометей". Книга 2-я. "Школа Громовой Луны". Глава 4-я. "Как становятся революционерами (1965.2)". » (страница 1 из 4)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Роман
Автор:
Читатели: 973 +2
Дата:

"Анфиса и Прометей". Книга 2-я. "Школа Громовой Луны". Глава 4-я. "Как становятся революционерами (1965.2)".


Владимир Веретенников (Савва)

Анфиса и Прометей

Роман в семи книгах

(художественное исследование)

Памяти поколения 70-х


«...Как будет это, когда Я мужа не знаю?» (Лука 1:34)

+ + +

Книга 2-я. «Школа Громовой Луны»

«Трагично то, что никто из строителей социализма не рискует сказать, что без борьбы со смертью нельзя и думать о социализме и что коммунизм не может быть построен без победы над смертью». 
(Сетницкий Н.А. Письмо к А.М. Горькому. 3 мая 1936)


Глава 4:

КАК СТАНОВЯТСЯ РЕВОЛЮЦИОНЕРАМИ (1965.2)

«...Если пребудете в слове Моём, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными».
(Евангелие от Иоанна 8:31, 32)



Эта глава заключает в себе следующие главки:

Как восстают рабы
Как восстают индейцы
Робинзон Крузо и Пятница — борцы за свободу индейцев!
Исповедь у ночного костра
Кунсткамера и Миклухо-Маклай
Ника просит помощи
Планета Мёртвых



Как восстают рабы

Анфису, действительно, всегда интересовал этот вопрос: как обычные люди вдруг становятся революционерами?

Ведь это как: человек спал-спал — и вдруг проснулся! И уже готов за освобождение и счастье человечества — лишиться всякого материального благополучия, отрешиться от всей своей прежней жизни, идти в тюрьму и на каторгу, на баррикады и на смерть! Для этого он должен что-то такое прочесть из самой серьёзной революционной литературы — чтобы это его как-то по-настоящему пробудило из обывательского состояния!

Или же — он должен встретить какого-нибудь необычного, удивительного человека, настоящего революционера, героического борца, под влиянием которого, и в силу его примера, и сам этот обычный человек — становится совершенно другим, гораздо больше и выше себя прежнего, становится подвижником и героем, человеком Великой Идеи и исполненным великих творческих сил и непреклонной решимостью для осуществления этой Идеи.

И почему теперь в СССР, в стране «победившего социализма» (как пишут во всех газетах и как говорят по радио и по телевидению, и со всех «высоких трибун»), так мало  настоящих идейных коммунистов? И всё больше карьеристов, обманщиков, приспособленцев и мелких мещан? И кругом столько любви к деньгам! И ко всякой частной собственности — лишь бы она была своей, хоть законно, хоть незаконно!..

Или это уже действительно — ползучая буржуазная контр-революция?..

И ведь уже почти совершенно нет во всём СССР таких революционеров — кто бы думал об освобождении всего человечества, кто бы думал о настоящей Мировой Революции!

Их с Никой одноклассники в школе — что в Ленинграде, что в Москве — они ведь совершенно об этом не думают! Но тогда ради чего, вообще, жить?..

Иван Ефремов пишет — что мещанина невозможно превратить в коммуниста и революционера. Но ведь это — страшно!..

И особенно страшно — потому что, ведь, получается, что это — безнадёжно!..

Потому что мещан — подавляющее большинство. Анфиса уже и сама в этом убедилась...



Все эти вопросы мучительно вертелись в её голове не случайно — вопросы эти, так или иначе, постоянно обсуждались всеми «солнечными коммунарами» («коммунистами-космистами», «солнечными братьями и сёстрами») — и у них дома на кухне, и на даче, и где-нибудь, летом, с палаткой на Природе, да и при самом разном удобном случае...

В том числе — и обсуждался вопрос, как обычный, простой человек может превратиться в революционера и борца.

Герта, как-то, на даче, за чаепитием на веранде, рассказала немногим собравшимся, в том числе, и Анфисе с Никой, какое на неё впечатление когда-то произвели воспоминания рабочего-революционера Ивана Бабушкина, участника тайного рабочего кружка на окраинах Петербурга, которым руководил в 1890-е годы сам Ленин.

Бабушкин вспоминал, что он был самым обычным рабочим парнем того времени, не интересовался ни политикой, ни какими-либо ещё высокими материями. Знал, что есть тайные кружки, где рабочие читают Библию, и за это подвергаются гонениям и со стороны церкви, и со стороны властей. Что-то слышал и про социализм...

Один его знакомый, такой же молодой рабочий парень, один раз пригласил его к себе — и с огромным воодушевлением стал доказывать по тексту Библии, что в ней говорится о социализме. Но на Бабушкина этот случай не произвёл особо большого впечатления.

Но в следующий раз он был приглашён на тайное собрание нескольких рабочих, где они читали какую-то нелегальную народническую (скорее всего, эсеровскую) листовку.

И вот, когда после общего чтения вслух эта листовка досталась ему в руки, и он стал её перечитывать — то, как он говорил, в какой-то момент, его будто как молотом ударило по голове! И он буквально в какое-то мгновение — как озарённый свыше — вдруг понял, что написанное в этой листовке — ПРАВДА!.. И он тогда же — стал убеждённейшим социалистом и революционером!..

И ещё он понял тогда для себя, что никакого Бога церковников нет, и они всё врут. И — как особо отметила Герта в своём рассказе — он пережил в себе это атеистическое открытие как священную истину, как настоящее откровение...

Отец, зашедший в этот момент к ним, на минуту, на веранду — тут заметил, что молодые гегельянцы Маркс и Энгельс, в своё время, тоже восприняли и пережили атеистические сочинения Фейербаха как настоящее религиозное откровение: люди переместили на небо того Бога — который, на самом деле, находится в них самих!..

Герта потом вспомнила и ещё один из самых классических случаев, запечатлённых в Истории — эпизод из «Нового Завета», из «Деяний апостолов»: когда молодой и хорошо образованный, глубоко убеждённый и ревностный иудей Савл — в одно мгновение, на пути в Дамаск, превратился из яростного гонителя христиан — в известного затем, на все века, Павла, «огненного апостола» Иисуса Христа. И тоже — испытав в тот момент нечто — как молнию с неба! Как невообразимый ярчайший свет — от которого он ослеп на несколько дней, и снова прозрел лишь после крещения у христиан в Дамаске...



Стали вспоминать и ещё подобные случаи, всё больше углубляясь в историю. Дошли и до языческих времён — и до первобытных — и до шаманских озарений...

Потом опять вернулись в 19-й и 20-й век — и стали обсуждать исторические эпизоды массовых пробуждений к революционным действиям простых людей, рабочих и крестьян: и во время трёх русских революций начала 20-го века, и во время огромного количества революций в Европе в 19-ом веке (с особой теплотой вспомнили Парижскую Коммуну 1871 года)...

Вспомнили и Великую французскую революцию 1789-1799 годов, и Американскую революцию 1775-1783, и Английскую пуританскую революцию 1642-1645 во главе с Кромвелем...

Перешли опять к России — и стали вспоминать крестьянские восстания: Пугачёва, Разина, Болотникова...

Опять вернулись в Западную Европу — и вспомнили, описанную Энгельсом, Крестьянскую войну 16-го века в Германии, во главе с богословом и проповедником Томасом Мюнцером и «цвиккаусскими пророками» (первыми проповедниками анабаптизма), боровшимися за установление «теократического коммунизма». После поражения восстания крестьян Томас Мюнцер был, раненый, схвачен, его пытали и обезглавили в 1525 году...

Вспомнили, конечно, и Мюнстерскую коммуну анабаптистов 1534 года, тоже потопленную в крови...

А откуда пошёл этот протестантский коммунизм?..

Вспомнили коммунистическое восстание таборитов в Чехии в 15-ом веке, последователей учения Яна Гуса, священника, философа и проповедника, реформатора чешской письменности, который был сожжён на костре в 1415 году за своё учение представителями папской католической власти...

Священным символом таборитов — изображённым на их знамени — была Чаша Причастия («communio» на латыни «причастие»), и себя они называли «причастниками» — «коммуникантами».

Тут же была высказана мысль, что их Чаша — это, по сути, тоже был Святой Грааль...

После разгрома восстания таборитов из их остатков в дальнейшем сформировалась община «чешских братьев» (где были не только чехи), вполне себе мирная...

Вспомнили, что Ян Гус был последователем Джона Уиклифа...

Джон Уиклиф был английский богослов и философ, доктор теологии, первый переводчик Библии на английский (среднеанглийский) язык, автор трудов по логике и философии, занимался работами по физике, математике, астрономии. Он учил, что собственность есть плод греха, и священники не должны иметь собственности, по примеру Христа и апостолов.

Массовыми последователями Джона Уиклифа были лолларды — их коммунистические общины распространялись в Англии, Германии и Нидерландах. В Англии они, под предводительством Джона Болла, священника и бродячего проповедника, приняли активное участие в восстании Уота Тайлера в 1371 году.

Джон Болл во время восстания был освобождён восставшими из тюрьмы — и в своей проповеди произнёс знаменитые слова:

«Когда Адам пахал, а Ева пряла — кто был дворянином?»

Эта фраза стала крылатой — и вошла в тексты народных песен по всей Европе.

Он призывал свергнуть рабство (крепостное право) и установить свободу, к которой призывал всех Христос.

После подавления восстания — Джон Болл был четвертован...



Герта помянула, что в Европе очень мало знают о многочисленных и часто грандиозных народных восстаниях в Азии, особенно — в Китае, где эти восстания происходили на протяжении столетий и тысячелетий, в том числе и вполне себе коммунистические, как восстание в 1850-1864 годах христианской секты тайпинов. Точнее, там был синкретизм христианства с традиционными религиями Китая: конфуцианством, буддизмом и даосизмом. Но чаще эти восстания происходили под идейным руководством даосов и буддистов...

Арина тут помянула про огромное восстание сипаев в Индии в 1857-1859 годах, тоже потопленное в крови...

Потом опять переместились мыслью в Европу, как более всем знакомую, помянули и знаменитую французскую Жакерию 1358 года, и катаров, и альбигойцев, и вальденсов, и восстание «Апостольских братьев» в Италии во главе с Дольчино, яркий пример средневекового коммунизма, где и женщины были воинами и проповедницами...

Опять вспомнили, что Дольчино, после долгих и ужасных пыток, был медленно и страшно казнён, буквально сначала почти растерзан на куски, как и его верная спутница Маргарита, а после — сначала сожгли её у него на глазах, а потом — сожгли и его...



Но, конечно, особо все воодушевились, когда вспомнили про восстание Спартака в древнем, ещё республиканском, Риме, в 74-71 годах 1-го века до нашей эры, про едва ли не самое крупное восстание рабов в Мировой Истории.

Арина сказала, что в этом восстании участвовали и женщины.

А Данила сообщил, что по сведениям Плутарха — у Спартака была жена, тоже фракийка, жрица и предсказательница, посвящённая в мистерии Диониса.

Говорили, что в США в 1960 году вышел очень интересный фильм про Спартака, снятый режиссёром Стэнли Кубриком. Но дойдёт ли этот фильм когда-нибудь до нас?

Анфиса и Ника всё допытывались: почему же Спартак с войском восставших рабов так и не попытался вырваться из Италии — не перешёл Альпы, чтобы пробиться в Галлию, а там распустил бы всех своих воинов по родным домам и семьям.

Но даже профессиональные историки не могли удовлетворительно ответить на этот


Поддержка автора:Если Вам нравится творчество Автора, то Вы можете оказать ему материальную поддержку
Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Книга автора
Жизнь и удивительные приключения Арчибальда Керра, английского дипломата 
 Автор: Виктор Владимирович Королев
Реклама