Бог знает лучше.

потом по лагерю пройдись.

Ольга погладила Пса.

– Уговорил. Пойдем, погуляем.

... Я еще посидел, потом разложил все по отделениям, сумку с остатками патронов сунул под кровать. Прислушался. Тихо и спокойно, только комары. Прихватив автомат, вышел на крыльцо, сел, привалившись к столбику.

– Сидишь? – на крыльцо вышла Алиса, села рядом.

– Извини, разбудил.

– Нет. – она положила голову мне на плечо. – Просто не спится. Оля заходила? Она тебе все сказала ведь... – вздохнула. – А я всегда искала тебя. Находила, теряла и снова искала... Я знаю, это Плата. И я все время тебя ждала... Ждала когда ты висел, проткнув себя копьем, на Мировом Древе, когда тебя распинали... Вечность, да? Скажи... Почему ты не убил Его тогда? Может быть бы этого не было? Ну вот...

– Не мог. Он ведь Брат мой. И потом Он не был еще Зверем.

– А сейчас? Что ты сделаешь?

– Убью.

– А вы чего тут не спите? – послышался знакомый голос. – Двигайтесь, тогда.

– Уля...

– Чего? Я проснулась, а вас нет. Испугалась немножко. А Кусь где?

– Олю провожать пошел. – я обнял Алису.

– А меня?

– Подожди. Сдвинтесь чутка. – повесил автомат на гвоздик.

Ульянка залезла ко мне колени, прижалась.

– Хорошо как...

– Смотрите. – Алиса показала наверх. – Звезда упала. Рано ведь еще.

– Кстати, завтра же нам вставать рано. Может спать пойдем?

Ульянка с сожалением вздохнула.

– Ладно, уговорил...


                         ГЛАВА ПЯТАЯ.

                      ПОРЯДОК В ДОМЕ.


Утром меня бесцеремонно растолкала Ульянка.

– Вставай наконец. Заспался он тут.

Пришлось проснуться, встать и одеться. Алиса все это время, сидя на стуле, с интересом смотрела на меня.

– Что?

– Да вот думаю, ты завтракать собираешься? Тогда поторопись.

Вышли на улицу. Я закрыл дверь, огляделся. Лагерь был пуст.

– Не понял...

Алиса толкнула меня в спину.

– Просыпайся, бля... Эвакуация же, все на берегу.

Подошла Ольга.

– Ну что, мы уходим. Барьер Мику с Леной поставят. Ничего справимся. Короче, держи ключ от столовой, термос с бутербродами не забудьте взять. На весь день ведь уходите... – в ее глазах блеснули слезы. – Прощай и спасибо тебе. За все. Ладно, пойду я. Удачи, боец.

Ушла...

– А Пес где?

– На берегу, наверное. Потом с девчонками вернется. Пошли, ополоснемся и поедим. С утра, говорят, полезно.

Войдя в пустую столовую Ульянка только вздохнула.

– Плохо. А покушать-то хоть есть чего?

– Сейчас гляну, что нам оставили.

Позавтракали чем-то и прихватив термос с пакетом вышли на улицу.

... В пустом лагере нам делать было нечего. Ну что, тогда доча, пойдем домой. Зайдя в Святилище, Ульянка вздохнула у Алтаря, провела рукой сквозь пламя и показала пальчиком.

– Вон она, Дверь.

– Открывай.

– А что, можно?

– Теперь да.

Поволновавшись еще немного, Ульянка начала осторожно открывать Дверь.

– Входи, только сильно не пугайся.

Войдя, Уля села в черную траву.

– ЭТО ЧТО? Это же не мой Мир! Лиска, папа где я? НЕ ХОЧУ! – она заревела.

Алиса присела перед ней.

– Улечка, не плачь.

– БУДУ! А чего еще делать?

– Уля, ты помнишь каким был твой Дом раньше?

Она задумчиво приставила пальчик ко лбу, улыбнулась сквозь слезы.

– Помню, я же его в снах видела...

– Тогда заканчивай реветь, вставай, будем, типа, ремонт делать.

Алиса положила сумку в траву и засучила рукава рубашки. Ульянка, подумав, встала, вытерла слезы и изобразила злость.

– Это мой Дом! Кто посмел, вот я тут сейчас его. Лиска, за мной.

Она посмотрела на меня.

– А ты сиди и не мешай мне... Нам.

Вдвоем они взлетели вверх и исчезли в сторону чего-то похожего на лес.

Я сел, сняв автомат, положил его в траву. И что они делать будут в мертвом мире в котором такое ощущение, что даже воздуха нет. Что это еще? Мимо меня кто-то пронесся. Туда, обратно, опять туда...

– Уля...

– Отстань! – донеслось до меня.

Стоп или мне показалось? Теплый ветерок начал ерошить мои волосы. Трава на глазах зеленела, небо голубело и на нем появлялись облака. Пепельный снег сменился дождиком который вскоре прекратился. На небе появилось солнце. Я услышал журчание ручья, жужжание пчел,  ощутил запах цветов, в траве закраснела земляника. Вдали зеленый лес. Ремонт, да? Внезапно откуда-то раздался истошный ульянкин вопль. – АААААААА! Лиска, это еще чего тут?

– Отойди, я ему сейчас от души въебу. КУДА! ... СТОЙ!

– Стоять! Бояться!

Что случилось, с кем они там воюют? Я потянулся к автомату, привстал и тут же услышал ульянкин крик.

– СИДЕТЬ!

Показалось или действительно внезапно вдалеке сверкнула молния. Запахло озоном.

Похоже она действительно разозлилась. Лучше уж ей не лезть под горячую руку, а то...

Перед мной прямо из воздуха возникли Уля с Лиской. Ульянка плюхнулась около меня.

– Уф... Уставшая я вся.

Алиса села рядом, вытерла руки о траву.

– Навели чистоту, называется. Улька, где у тебя умыться можно?

Та показала пальчиком.

– Там у меня озеро. Я в нем купаюсь.

– Пошли. А ты посиди еще.

Они исчезли, через какое-то время появились снова. С мокрыми волосами. Купались...

– С кем вы там...

Алиса махнула рукой.

– В заброшенных домах, знаешь ли, гадость всякая заводится. А мы их веником.

Веником значит...

Ульянка тем временем опрокинулась в траву, раскинув руки.

– А кушать есть чего? И чаю хотю. Кормите меня, а то я вся усталая, нафиг.

Мы с Алисой переглянулись. Ничего ведь не меняется...

... На берегу было тесно и шумно. Младшие уже начинали плакать.

– Спокойно. Взрослые ведите детей на плоты, усаживайте, старшие помогайте. Мокро? Высушимся потом. Организованно, не спешим. Все успеют.

Мальчик на руках у вожатого всхлипнул.

– Дядя Сережа, мне страшно.

Тот погладил его по голове, перехватил за руку еще одного.

– Не бойтесь, мы же в поход идем.

– Ага, а сами плачете.

– В глаз что-то попало.

Устроились. Расселись на мокрых бревнах.

– Толкайте.

– Савелий...

Тот перекрестился, навалился на рулевое весло.

– Пошли с Богом...

– Странно, тут же течение к берегу должно быть. А нас прямо к острову сносит. Видать Батюшка-Водяной нам помогает. Эй, на берегу, принимайте.

Перевезенных детей строили по отрядам  и вели через лес по неизвестно откуда только взявшимся широким удобным для ходьбы тропинкам. Выводили на холм на котором уже стояли палатки, дымились две полевые кухни.  От родников несли воду.

– Кто тут проголодался у нас?...

– Переодеваемся в сухое.

– Распределяем детей по палаткам. В лес? Недалеко можно, к реке нельзя. Вожатые... Следить строго, не отвлекаться. Пса бояться не надо, не укусит.

... Покормив Ульянку, мы еще посидели. Пора возвращаться. Алиса остановила меня.

– Давай еще побудем, Уля... – та уже похрапывала лежа на траве. – Ложись. Все равно ее сейчас будить бесполезно. На острове Ольга, а в лагере  девчонки справятся.

Я лег, Алиса обняла меня.

– Может в последний раз.

Ульянка, повернувшись, не просыпаясь, добралась до меня. Уткнулась в бок.

Отдохнем немного, когда еще получится...

– ВСТАВАТЬ!

Что еще?  Кто... Ульянка сидела у меня на груди и теребила меня за нос. Алиса стояла рядом.

– Давай, валим обратно. Что-то тревожно.

Подъем, боец. Я проснулся, аккуратно поставил Ульянку на траву, подхватил автомат... У Двери обернулся. Вряд ли я сюда еще раз попаду. Хоть запомнить. Выйдя в Святилище, поднял голову. Небо потемнело, набухали тучи, тянуло холодом. Торопись, времени мало.

В лагере мы наткнулись на Мику в черном, держащую какой-то сверток, с Леной, переговаривающих сидя на лавочке. Увидев нас, они замолчали, подошли. 

– Как у вас?

– Нормально. Барьер мы поставили. Укрепить бы его.

Я вздохнул. Будет очень больно... Меня подняли с дорожки, посадили на скамейку. Я встряхнулся, приходя в себя.

– Теперь все. Пойдемте домой. Лешачка...

Та смущенно улыбнулась.

– Я в деревне буду. Помочь же надо. До свидания.

Она по очереди обняла нас и исчезла. В домике мы устроили небольшое совещание в Филях.

– Короче... Как начинается, прорываемся в Святилище. Волчица... Не вмешивайся. Уля на тебе. Можете хоть веревкой привязатся. Мику...

Она пожала плечами, мол поняла, развязала кожаные шнурки на свертке, сверкнула сталь.

– Это я в вещах нашла. Откуда только...

– А что это?

– Катана. Фамильная. Ей владел дед. Значит теперь я должна... Понятно. Я не подведу.

По лезвию пробежали язычки пламени. Мику аккуратно отрезала один из шнурков и привязала рукоять к запястью. Затянула зубами узел.

– Не потеряется.

– Чтобы тебе дед сказал сейчас?

– Иди Микуся, покажи как хорошо я научил тебя. И пусть твоим врагам будет страшно.

Я повернулся.

– Лиска, парадку достань из шкафа. И награды.

–  А должна быть? Подожди, вот же она?

– Да, спасибо.

Я переоделся, надел разгрузку, затянулся.

«Боже крепкий, в руце Своей содержай судьбы человеков! Не помяни грехов моих, и укрепи мя свыше силою Твоею на супротивныя нам. Даруй ми бодр ум и сердце безтрепетно, да страха их не убоюся ниже смущуся, но в сени священных хоругвей воинства нашего пребуду верен воинской клятве моей до конца. Во имя Твое, Господи, гряду, и да будет воля Твоя.
Пресвятая Богородице, спаси нас!
Святый Архистратиже Михаиле, споборствуй нам!
Святый Ангеле хранителю, не отступи от мене!
Вси святии, молите Бога о нас!»...

Уля, подойдя, обняла меня.

– Папа...

– Не плачь, доня, все хорошо. Лиска, Самурайка... Сберегите себя.

Мику хотела было что-то сказать.

– Это не просьба тебе, это приказ. Поняла? ЭТО ПРИКАЗ. НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ.

Она только кивнула. А теперь подождем... Недолго осталось.


                          КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ ЧАСТИ.



                                   ЧАСТЬ ПЯТАЯ.

                                    ВОЗНЕСЕНИЕ.

                                ДЕНЬ ПОСЛЕДНИЙ.



» На рассвете, у хутора пал с коня,

Видно Смерти долги отдавать пора.

Ты прости нас, мать, что ушли в последний бой,

Порубили нас шашками, сыра земля...»

                                         
                                          ЛАГЕРЬ.


Домик внезапно содрогнулся, посыпались стекла. Началось. Алиса схватила Ульянку за руку.

– УЛЯ!

Та лишь вцепилась крепче. Я прицепил штык. Поехали...

– НАЙДИТЕ ЕЕ! – гремел над горящим лагерем нечеловеческий голос. – ПРИВЕДИТЕ ЕЕ!

Земля тряслась, с черного неба летели горящие камни.

Среди огня и разрушений только один домик остался целым.

– Она там. – около него начала сгущаться Тьма. – Владыка, мы нашли Ее...

Внезапно входная дверь слетела с петель. Навстречу Тьме выметнулось белое пламя. Зверинный рев смешался с криком «Банзай!». Разорвались две гранаты.

Тьма разлетелась в клочья. Я, не останавливаясь, оглянулся. После нашей Микусеньки то есть Машеньки оставались только дохлые. Даже раненых не было. А вот нехрен было девочку злить.

– КТО ЭТО!

Еще не понял... Штык, приклад, короткая очередь... Повторим. Рядом Самурайка, вся забрызганная черным.

Проломились через забор. Алиса подхватила Улю на руки. Давай, давай... А сколько же их тут, патронов ведь не хватит. Неважно. Бей. За дочку...

В горячке боя я сначала ничего не почувствовал, но внезапно правый бок обожгло болью. Пропустил... Когти впились в ногу. Чтоб вас. Я опустился на колено, чувствуя, что поплыл. Меня кто-то подхватил. Лиска... Рядом Мику.

– Волчица, доведи их в Святилище!

– А ты как же?

– Я их отвлеку. Уведу подальше. Ко