Никто
Современная быль, без положительных героев и привязки к местности.
Лето в самом разгаре. Прекрасная погода. Комфортабельный туристический автобус остановился на автобусной станции небольшого приграничного города Н-ска. Хоть железная дорога и была проложена в город, но граждане пользовались только автобусным сообщением. Ибо железка обслуживала исключительно промзону.
Из автобуса вышли с десяток пассажиров. «Стоянка десять минут» - объявил водитель. Одного из пассажиров, одетого в коричневые шорты и пеструю рубашку с коротким рукавом, объявление не касалось. Он не спеша осмотрелся, размял руки, ноги и направился к рядам частных торговок. Купив кулек черешни, мужчина сел на свободную скамейку возле перрона и с удовольствием стал поглощать местный продукт. За время, когда гражданин ел черешню, остальные пассажиры автобуса, в котором он ехал, вернулись на свои места и автобус продолжил свой маршрут. До пограничного перехода осталось проехать сорок километров.
Кулек из под черешни гражданин надул и по старой подростковой привычке громко хлопнул между ладонями.
Звук привлек внимание наряда полиции. Полицейские подошли ближе.
Одна из торговок стихийного пристанционного рынка тоже подошла к гражданину на скамейке.
- Никуша, ты что ли?
- Привет, баба Галя, и я рад тебя видеть.
- Это сколько ж тебя не было?
- Четыре года и семь месяцев. Теперь все позади, я дома.
- Вот это новость! Пойду, расскажу другим.
Баба Галя взяла свой нехитрый товар и засеменила на соседнюю улицу.
- Ага, пойди, скажи, пусть готовятся, - тихо сам себе произнес гражданин в пестрой рубашке.
Гражданин уж было хотел встать и идти по своим делам, как к нему вплотную подошли младший лейтенант и сержант полиции.
- Гражданин, - младший лейтенант сделал вид, что отдал честь, - предъявите ваши документы.
- А вы, собственно, вы кто? – гражданин с усмешкой смотрел на молоденького полицейского.
- Старший полицейского наряда младший лейтенант Мазур. Предъявите ваши документы!
- Вот, что мамлей. У меня нет и никогда не было документов, - гражданин слегка развел руками, - они мне не нужны. Меня и так все знают.
- Тогда пройдемте с нами в участок, там будете шутить.
Гражданин сделал удивленное лицо и после недолгих колебаний согласился.
- Ладно, пошли. Навещу старых друзей.
Пока младший лейтенант беседовал с неизвестным гражданином, сержант, на всякий случай, расстегнул кобуру пистолета и потянулся за наручниками, но лейтенант жестом приказал «отставить». Что-то смутило офицера в нетипичном и самоуверенном поведении гражданина в пестрой рубашке. Он решил не перегибать палку.
Сержант по рации вызвал дежурную машину. За сценой задержания бывшего пассажира автобуса наблюдал весь стихийный рынок. Некоторые торговки, как и баба Галя, засобирались домой. Задержанный гражданин не проявлял признаков беспокойства. Он вел себя так, будто ждал такси. Это обстоятельство неприятно смутило полицейских. Наконец, подкатил «воронок» и все отправились в центральное отделение полиции.
Дежурным по городу, был старший лейтенант ГОрчица. Он сидел в дежурке и кунял над старым кроссвордом. Увидев входящую в здание троицу, ГОрчица лениво скользнул взглядом по задержанному. А через секунду невидимая пружина подбросила старшего лейтенанта и он выскочил в коридор.
- Привет, Серый! – Первым поздоровался задержанный. – Ты ещё в старлеях?
- Не всем быть начальниками! Какими судьбами, Ник? Мы ж тебя почти похоронили!
- Серый, тот диван, что я поставил в дальней камере, еще есть?
- Конечно, это наша основная достопримечательность.
- Оформи меня туда, хочу отдохнуть с дороги.
Сержант и младший лейтенант удивленно переглянулись. Наконец, ГОрчица обратился к старшему патруля.
- А что он натворил?
- Подозрительный тип тынялся без документов по территории автобусной станции. Задержан до выяснения личности. Товарищ старший лейтенант, мне все равно в каких вы с ним отношениях. Оформляйте задержанного согласно служебной инструкции!
- Серый, не тяни, - присоединился к просьбе патрульного задержанный, - я реально устал и хочу отдохнуть.
- Я мигом. Только, Ник, сейчас в этой камере два хулигана пятнадцатисуточника. Я не смогу их перевести. В другой камере временно расположили склад конфиската.
- Ничего, я проведу воспитательную работу, они не помешают.
После составления протокола о задержании и подписи сторон, Ника отвели в камеру номер два.
Стандартная камера на четверых задержанных, только в углу стоял массивный старый кожаный диван, накрытый толстым морским брезентом. Серый отстегнул тросик, который стягивал нижнюю часть брезентового чехла возле ножек дивана и стянул чехол на пол.
Двое пятнадцатисуточников, с интересом наблюдали, как сам начальник «стелется» перед новым сидельцем. Более того, вся дежурная смена пришла глянуть на задержаного.
- Ну, всё, Ник, отдыхай. Да, это, … если посетители придут, что сказать?
- Скажи. Я сегодня никого не принимаю. Запись на прием у Шкета. Принесут пожрать, заноси. Я потом разберусь.
Старший лейтенант Сергей ГОрчица повернулся к сослуживцам.
- Всё! Цирк окончен, по местам!
Когда дверь камеры, сваренная из толстых прутьев арматуры, закрылась, Ник внимательно посмотрел на сокамерников. Один из них долговязый с короткой стрижкой смотрел на Ника прищуренным недоверчивым взглядом, второй был ниже ростом и весь в татуировках.
- Вот, что господа хулиганы, вы меня не знаете. Поэтому во избежание членовредительства предупреждаю – у меня нет никаких моральных принципов. В случае необходимости я легко пристрелю что котенка, что ребенка. Но есть две вещи, которые я терпеть не могу. Это бытовой беспорядок и плохое отношение к старикам. Пока я сплю, вы полностью приводите камеру в порядок, а именно моете полы, вытираете пыль и всем вещам находите аккуратное место. Если я проснусь и не увижу порядка, то выломаю вам все пальцы на правой руке. Я всегда начинаю с того, что хочу договориться по-хорошему. Если вопросов нет, я ложусь отдыхать. У вас двадцать минут.
Уже через минуту Ник мерно посапывал на своем персональном диване.
- Может, шарахнем его по башке чем-то тяжелым? – предложил долговязый.
- Погоди, дай подумать, здесь что-то не так, - ответил татуированный.
Пока друзья размышляли и прикидывали факты к носу, к дверям камеры, в сопровождении ГОрчицы, подошел сам начальник полиции города подполковник Сытюк. В руках старшего лейтенанта была корзина.
- Кажется, уснул. Открывай камеру, - скомандовал подполковник.
Увидев начальника полиции, заключенные встали смирно. Подполковник тихо подошел к спящему и заглянул в его лицо.
- Точно он! – процедил сквозь зубы Сытюк.
- Он не сказал, сколько будет спать? – Спросил сокамерников старший лейтенант.
- Двадцать минут, - ответил долговязый.
- Ладно, выкладывай на стол, что она принесла, - распорядился подполковник. Сытюк до последнего надеялся, что это не Ник.
Старший лейтенант достал из корзины продукты и аккуратно разложил их на стол.
- Дежурный с пульта звонил, там еще две корзины принесли, что делать? – спросил старший лейтенант.
- Поставь здесь рядом. Пусть сам разберется, - подполковник повернулся к заключенным, - не дай вам Бог, хоть один пирожок взять со стола без разрешения, я вас сгною в этой камере!
- Гражданин начальник, разрешите спросить? – отозвался татуированный.
- Чего вам?
- А кто это? - татуированный показал рукой на спящего.
- Это самый большой чиряк на жопе, который я только видел в своей жизни. И вам лучше его не злить. – Подполковник повернулся к выходу, - всё пошли. И позови мне тех идиотов, что привезли Ника в отделение.
- Гражданин начальник, - отозвался долговязый пятнадцатисуточник, - нам бы это … ведро, швабру и пару тряпок. Уж очень надоел беспорядок в камере, хотелось прибраться?
- Хорошо получите, - буркнул, уходя подполковник. Затем обращаясь к начальнику смены заметил, - это точно Ник! Придурков, как подменили.
- Вы же знаете, - продолжил мысль начальника, старший смены, - у Ника врожденный дар убеждения. Я с ним рос в одном дворе.
Начальник полиции города сидел в своем кабинете и занимался воспитательной работой с двумя молодыми полицейскими. Но иногда его речь перебивали телефонные звонки.
- Я понимаю, вы действовали по инструкции и это, единственно, что вас оправдывает. Но нельзя же быть такими дуболомами! Вы же видели, что граждане его узнали, что общественный порядок он не нарушает!
Тут в очередной раз зазвонил телефон.
- Сытюк слушает! … Да, да все правильно. Это он в добром здравии и хорошо выглядит. - Начальник положил трубку. - Хорошо, хоть не догадались наручники надеть! Он бы вам эти наручники на шею нацепил вместо галстука. А пистолет вставил в задницу и крутил, пока мушка не сотрется! … Ладно, идите, не до вас.
В этот момент в дверь постучали.
- Войдите, - устало буркнул Сытюк.
В кабинет вошел старший лейтенант ГОрчица.
- Товарищ подполковник, срочное сообщение, пятнадцать минут назад, возле своего дома, был убит прокурор города и его жена. Когда они выходили из машины, на электросамокате подъехал неизвестный и произвел четыре выстрела.
- Свидетели есть?
[justify] - Очень много, но толку никакого. Убийца был в затемненном мотошлеме и в перчатках. Он бросил пистолет возле убитого,
У Вас даже эпизодические персонажи четко созданы, не говоря уже о главном герое, а в целом – удачное отражение происходящего в нашем обществе. Достойная работа!