Берёт разговор в свои руки один из гражданских:
– По поводу так называемого немецкого ставка и существующей якобы на нём дамбе. Ваня, на территории Старобешевского района описанного тобой немецкого ставка с дамбой нет.
Спрашиваю с надеждой в голосе:
– Её разрушили, воду спустили?
Вступает второй в гражданской одежде:
– Ваня, ты служил? Так ведь? Так вот, ты можешь поверить мне, как своему командиру старшему мичману Борисову. Помнишь такого?
– Забудешь его, – усмехаюсь непроизвольно.
Второй в гражданской одеже продолжает:
– Со ставком разобрались, надеюсь. Далее, никогда в помине не существовало владельца фотоателье Клауса Шмидта в Юзовке, таких данных в архиве нет, следовательно, не было и его поместья. Точка!
– Как же так, – говорю удручённо, чувствуя пустоту в душе, – ведь я…
Некоторое время в палате тихо.
– Неделю назад в наше отделение милиции поступил звонок с хутора Войково, что за хуторским кладбищем обнаружен молодой человек с сильным ранениями на плечах и спине, – говорит капитан из Старобешево. – Это ты. Как объяснишь этот факт.
Говорит прокурор:
– Надеюсь, найдётся логическое объяснение, где ты был три месяца?
Снова вскакиваю с кровати:
– Три месяца? Какой сейчас месяц?
Татьяна Давыдовна отвечает:
– Сентябрь, Ваня. Ты пробыл неизвестно где ровно три месяца. Мы хотим узнать, что с тобой случилось за это время. Где ты был, Ваня?
– Могу повторить заново свой рассказ. Нечего добавить.
– Повторять не надо, – встаёт со стула следователь прокуратуры. – Память у нас прекрасное. Одна закавыка всё же есть в твоём повествовании. Оно, допускаю, правдивое, но очень похоже на выдумку.
Меня распирает от негодования.
– Выдумка? Выдумка? Это тоже выдумка?
Выкладываю вынутые из кармана чёрной истрепанной рубашки амулет из волос с вплетённой красной и замшевую книжечку.
– Это, по-вашему, тоже выдумка?
Сую каждому под амулет и книжечку. Все отворачивают, морщась, лица.
– Выдумка? Да?!
Кладу амулет на кровать. Раскрываю книжечку. Беру фото пани Хелены и Яся Кохановского.
– Смотрите, пожалуйста, смотрите на выдумку!
Некоторое время все присутствующие рассматривают фотоснимок в моих руках. Затем замечаю, что их лица меняются. Смотрю на фото и челюсть отвисает: изображение пани Хелены и Яся Кохановского постепенно исчезает. Проявляется новое: лица мои и Марыси и проступает новая надпись на польском внизу снимка: «Над любовью не властно время и смерть. Марыся и Ян Свидельские».
Якутск – Глебовский – Комсомольск, август 2022 – ноябрь 2024 гг.