Я хотела вернуться к ней чтоб она исправила все, чтоб она поставила мою настоящую фамилию и вернула мне честное имя, честной девушки, но дверь уже была заперта, никого не было и только одинокие прохожие ходили и кивали головой в мою сторону. Ее фамилия Виновная. И имя ее Вина. Как мне жить с этим? Хочу вернуть свое честное имя. Просыпаться с чувством вины – не приведи Господь… Но запись не удалила. Она висит до сих пор. И это здорово. «Девушка из космоса со своим космическим другом совершает путешествие во времени и пространстве. Пишите свои каменные истории. Конкурс литературного мастерства о том какие камни ты любишь». Потому что благодаря этому произошло одно очень важное событие в моей жизни, и не только в моей, но и у моих родных.
3
Ко мне начали приходить письма рассказы как админу о камнях. В основном, Ах. Ох, а вы знаете. О это чудо. Как обычно пишут девчонки о своих каменных, винтажных, ювелирных украшениях. По-настоящему изящной русской речью с изысками мало кто умеет писать, и если пишут, то под заказ для крупных ювелирных брендов. Зачем мне это? Я хотела понять, я одна такая ненормальная, или еще есть люди во вселенной, которые разговаривают с камнями и видят видения и целые картины, пока с ними общаются, прикасаются руками, целуют их, нюхают, пробуют на вкус, гранят, полируют, сверлят. Я обнаружила, что есть целое сообщество, которое себя так и называет «Поговорим о камне». Но это говорильня о камне.
А мне нужна обратная связь. Я искала сообщество, которое имеет обратную связь, когда камень говорит с человеком. Но поскольку я искала только на двух языках русском и английском, я не нашла индусское сообщество на хинди. Оно существует, но я о нем узнала гораздо позже, а пока я собирала информацию. Узнала я об этом сообществе от одной девушки, студентки Русской Академии Ремесел, которая обучалась на курсах ювелир, и пять раз в году она ездила в Дели за камнями и кабошонами самоцветами. Очень прибыльный бизнес для нее оказался. Прибыль под пятьсот процентов.
А после того как она научилась обрабатывать камни в мастерской Русской Академии Ремесел ее прибыль выросла еще и при этом у нее были минимальные трудозатраты. Так вот она знала об этом сообществе, но на хинди она не разговаривала, и обещала помочь мне с переводчиком. Я честно про нее и забыла, но вдруг она мне напомнила о себе коротким сообщением. Есть контакт. Поболтаем. Я вышла на связь и у меня появился переводчик девушка Эля с хинди на русский. На мой вопрос какая обратная связь у жителей Индии с камнями она ответила «многовековая и очень древняя». Я начала изучать вопрос по доступной литературе и поняла. Что я не одиночка. Люди имеют контакты с камнями, которые с ними разговаривают и делятся тайнами. Так я начала собирать факты контактов и поняла, что я в самом начале пути и надо совершенствовать свои навыки. Но разорваться на мелкие части невозможно.
Надо либо учиться в Академии изящных искусств, либо подлечиться в Кащенко, либо выходить замуж и рожать детей. Хотелось одновременно все, много и сразу. Папа перестал мне говорить «выпукло-вогнутая» еще в прошлом году, так как я обрела правильные формы девушки красавицы с обложки модного журнала. И теперь он меня ласково называл «моя красавица». Я и правда стала довольна своей внешностью, но по-прежнему не очень любила косметику. По причине аллергии. Во мне открылась аллергическая реакция на некоторый косметический крем и тушь. Сначала я отсеивала. Классифицировала, записывала, чтоб понять. Потом нашла для себя самое комфортное применение. Живанши. Которое мама использовала, так как я с детства росла в окружении ароматов Живанши. Мне по-прежнему надо было каждые три месяца появляться у психолога и психоневролога. Я не вижу между ними большой разницы. Но один меня лечит таблетками, а второй лечит разговорами. И таблетки, и разговоры одинаково не действуют на меня.
Вот что мне не нравится в себе это ангедония и чувство вины. Ангедония это неспособность испытывать удовольствие. Занятия, которые когда-то доставляли удовольствие или приносили удовлетворение, могут больше не представлять никакого интереса или привлекательности. Чувство никчемности или чрезмерной вины. Я могу зацикливаться на прошлых неудачах или ошибках и винить себя за то, что находится вне моего контроля. Лекарства литий, вальпроат и ламотриджин я стараюсь не принимать, когда мне хорошо и нет приступов депрессии. Врач говорит, чтоб я записывала свои состояния, дозу лекарств, график сна, вес. Боже, это так скучно записывать давление, пульс, вес, дозы. Лучше я буду записывать свои душевные порывы и приобретения, новые ступени роста. Гипомания и ремиссия — это мое привычное состояние и врач не видит причин для беспокойства. Я же не виновата, что меня привлекает мир камней, метеоритов, стихии огня, воды. А мир людей меня меньше всего привлекает, так как мир людей для меня прочитанная книга и просмотренный фильм.
Не пара.
Нюта не знала что в это время, пока она пишет свой дневник решается ее судьба.
Состоялся разговор между двумя Миллерами старшим и младшим.
- Дени. Она не пара тебе. Я видел ее в лесу. У тебя дети будут с наследственными болезнями.
- Папа. Ты не прав. Не всегда наследственные болезни передаются.
- Если можно верни ее обратно откуда взял.
- Поздно папа. Я люблю ее.
- Объясни мне, что такое твоя любовь.
Пауза. Гнетущая тишина. Дени тужится и соображает, что ему сказать.
- Вот. Ты даже не можешь сказать, что такое эта твоя любовь. Я тебе скажу. Она вскружила тебе голову. Она нестандартная. Ты и сам не штатный парень. Сколько тебе? Ага. Восемнадцать. И ты уже все знаешь про любовь. Начитался книжек и насмотрелся фильмов. Может тебе еще фартучек купить, чтоб ты учился готовить? Будешь поварихой. Нет. Будешь влюблённым сопляком и письма писать ей будешь. Из Армии. Я позабочусь, чтоб тебя отправили на самый дальний Север. Там станешь мужчиной.
- Папа ты не сделаешь это. А мама? Мы с ней обсуждали какой институт лучше мне и для семьи подходит. Выбрали два – финансово-экономический и институт управления. Решили подаем документы сразу в два.
- Успеешь. К этому вопросу вернемся после года службы в Армии. Позвоню ка я своему другу на Дальний Восток, он там всех военкомов знает, снабжает их горюче-смазочными материалами. Миллер набирает номер, а Дени наконец разразился откровениями.
- Понимаешь. Это такая девушка. Она не землянка. Она из другой планеты. Все что она видит и чувствует, нам людям совершенно закрыто. Ее мир удивительный. Я такого раньше не встречал и не читал. Если я ее потеряю, я не хочу жить. Она моя жизнь. Она моя вселенная. Я хочу дышать тем же воздухом что и она. Я хочу видеть мир ее глазами. Находится рядом с ней это счастье.
- Ну, и дурак же ты. Она из диспансера душевно больных недавно вышла. У нее справка есть.
- Это давно было в пятнадцать лет.
- А сейчас ей сколько?
- Шестнадцать с половиной. В январе будет семнадцать.
- Ты ее видел в состоянии приступа? А я видел. Возле камня в топи на болотах. Она как Берта Рочестер жена Эдварда Рочестера в лохмотьях, исступленная, с выпученными глазами, не контролирует себя. Подожжет твой и наш дом. И ей ничего за это не будет. Потому что она на учете.
- Папа. Она нормальная. Я буду о ней заботиться.
- Мало ты в жизни понимаешь. - Он в это время набирает номер своего контрагента на Дальнем Востоке. - Алло. Борис. Как там погода у вас летная? – Да вот вопросик есть. Наведи справки в краевом военкомате. Моего оболтуса надо отправить к вам на Дальний Восток. Пусть уму разуму научиться. Кем хочет служить? Дени он тебя спрашивает, кем хочешь быть на службе. Ну. Он конструктор у меня, изобретатель. Что ни будь инженерное. Инженерно-саперные войска? Дени будешь служить инженером-сапером. А. Механик. Механик — это здорово. Когда? Да хоть завтра. А призыв. Октябрь. Сейчас август. Успеешь? Все лады. Сообщи.
- Папа. Как это тебя получается портить жизнь мне? Маме жизнь испортил.
- Расскажи поподробней как я вам с мамой жизнь испортил. Садись и рассказывай.
- У меня не было детства, мы двадцать шесть раз переезжали от буровой к буровой, из страны в страну. У меня не было друзей. У меня и сейчас нет друзей. Только появляются привязанности, как ты вмешиваешься в мою жизнь и выгоняешь из дома. И ты не знаешь сколько ночей мама проплакала, пока ты ездил в свои геологические экспедиции. Ты деспот и инквизитор души в семье. У тебя нет сердца и души. Разве может родной отец отправить сына добровольно в заточение, на службу.
Тишина. Пауза. Миллеры смотрят друг на друга как враги.
- Ты все сказал? – Пауза. Подумай все ли ты сказал о своих родовых травмах.
- Все.
- А теперь я скажу. Насчет потерянного детства. Столько механических игрушек и настольных игр, как у тебя ни у кого не было. Обеспеченная лучшая учеба в лучших колледжах, так как оплачивала фирма, и я не думал куда тебя пристроить. Репетиторы и тренеры самые лучшие. Дом полная чаша, няня и прислуга, личный водитель. Все наряды от лучших брендов доставались маме и тебе. Да. Иногда меня не было дома. Я бизнесмен. Сколачивал капитал. Сколотил. Теперь вот остепенился. Так мне же шестой десяток. Пора. А тебе? Ты только школу закончил и влюбился. Таких влюбленностей у тебя еще будет целая коллекция и тележка. А вот и мама приехала из Конаково.
- Что это у вас такой сердитый вид?, весело спросила Бела.
- Да. Вот Жених. Полюбуйся на него.
- Дени – жених. И кто его
