Кукла для олигарха. Роман

когда часы уже показывали полпятого утра. Ирония, злая насмешница, сыграла с ним злую шутку: весь тот адский спектакль, что разыгрался в квартире Семёна, прошел мимо его сомнамбулического сознания. 
  Проспать такое представление? Эх, если бы он только знал! Штурм полиции... пикантные позы Клары, её хладнокровное, почти гениальное решение, как обернуть катастрофу в триумф... без тени эмоций и лишней суеты – на это был способен лишь самообучающийся искусственный интеллект! Вот как это представление осталось за пределами его сонного кокона?

  Проснувшись около одиннадцати, Костя великодушно разрешил себе дожить день в неге и блаженной лени. Отбросив все дела до самой ночи, он решил раствориться в тишине и покое, а уж потом… Потом он засучит рукава, и начнётся вторая часть его марлезонского балета.
  
  Светлана не могла поверить своим глазам. Константин, её муж, казалось, навсегда связанный с компьютерами и цифровым миром, уже час ходил по дому, тихо напевая что-то себе под нос. Удивительно! Впервые за долгое время она увидела в нём не компьютерного раба, а живого человека, того самого Костю, в которого она когда-то влюбилась. Что вызвало эту перемену? Что за этим стоит? И словно отголосок давно ушедших дней...
— Любимая, приготовить тебе стейки? Как ты любишь, медиум? - послышался с террасы его бодрый голос.
— Ты сегодня какой-то другой, Костя! Не знаю, что и подумать. А насчёт стейков… Да! Хорошая идея! Я люблю, когда ты готовишь!

  В прошлом, приготовление стейков являлось для него священнодействием. Однако со временем пыл поостыл, и былой кулинарный запал Константина почти угас. Но сегодня, словно по мановению волшебной палочки, он вспыхнул вновь. 

  Ароматы жарящегося мяса пробуждали дремлющие, почти забытые древние инстинкты. Прочь столовые приборы и условности! Забыть о салфетках и напускной чопорности! Как-же хочется схватить дымящийся, пропитанный соком кусок мяса голыми руками и жадно вгрызться в него…
  
  Но… стейк – это не тот случай! Это вам не шашлык. Стейки, в зависимости от предпочтений, требуют определённый прожарки. Нарезать его нужно ломтиками поперек волокон и наслаждаться каждым кусочком. А вот лаваш, пропитанный мясным соком, напротив, лучше рвать руками – так вкуснее. И, конечно же, бокал сухого красного вина – неотъемлемый атрибут такой трапезы.
  И закончить день в объятьях друг-друга...

  Молодой виноградник, цепляясь за обрешётку просторной веранды, уже достигал кровли, создавая тенистую зону. Легкий ветерок играл с листвой, наполняя воздух свежим, терпким ароматом. 
  А вот и модульная зона барбекю для приготовления шашлыков, стейков и других кулинарных изысков на открытом огне. Жар от углей творит с мясом настоящее чудо, превращая его в аппетитное блюдо с хрустящей корочкой и сочной сердцевиной. Запах дыма смешивается с ароматом трав и специй, создавая неповторимую симфонию вкусов.
  
  И вот, наконец, стейки готовы. Сок пропитывает лаваш... На столе - свежие овощи, в бокалах искрится вино… И задушевный разговор вызывает ностальгию. Философские рассуждения о Канте… Кто мы? И почему нам никогда не суждено постичь мир целиком? А затем нахлынут воспоминания…
— Помнишь… то голубое платье? Ты тогда настоял, и я его купила...
— Конечно, помню, милая! Ты была в нём неотразима!
— Ты обещал мне вечную любовь… Помнишь?
— Да. Мы были молоды и счастливы... 
  
  Вино в бокалах играет искрами, вкус стейка, смешанный с ароматом специй и трав напоминает о былом, о пикниках на природе, о поцелуях под звездным небом. И пусть мир остается непостижимым, пусть Кант спорит с Гегелем, а время бежит вперед – здесь и сейчас есть только они, двое, связанные нитями любви!
  
  Воспоминания без боли и сожалений — что ещё нужно для счастья?
  
  А прежний Константин… искренний, настоящий – он был так важен для Светланы! Не нынешний отшельник, в которого он обратился, – желчный циник, обитающий в своём виртуальном пространстве. Нет, тот, из былых времен, был для неё куда дороже! Но где он теперь? А она сама? Словно тень из минувших лет, окунаясь в былое и утопая в нём, она чувствовала себя счастливой, лишь глядя на ту себя, что осталась в прошлом. 
— О чем задумалась, солнышко? — проговорил Костя с набитым ртом, возвращая Светлану в реальность.
— Да так… Вспомнила наше свадебное путешествие. Ты тогда был совсем другим, Костя. Страстным бунтарем, пленившим мое сердце! Засыпал меня цветами… Помнишь? А как в парке я споткнулась, повредила ногу? А ты нес меня на руках… аккуратно, словно драгоценность… Аж целый квартал! Я тогда была самой счастливой женщиной на свете!
— Ну как не помнить? - Хмыкнул он. - Я тогда переоценил свои силы и едва донёс тебя до дома. Спина потом... аж три дня болела! Разве ж такое забудешь?
— Ну какой же ты, Костя! Правы люди, когда говорят, что супруги с годами черствеют. Вот и ты...
  
  Она не успела договорить, как настойчивый стук в ворота грубо прервал её.

— Ба! Да это ж Семён Ильич Протасов, собственной персоной! А чего такой мрачный? — Костя распахнул калитку, впуская нежданного гостя.
— А чего не позвонил? Договаривались ведь… Что случилось?
— Случилось, Костя! Ещё как случилось!
— Да ты присаживайся… в ногах правды нет. Мясо ещё не остыло… вино перед тобой... У нас - самообслуживание! Выпьем, закусим, а потом потолкуем! А то врываешься… Как Калигула в баню!
— Калигула в баню не врывался...
— Я, пожалуй, пойду, — промолвила Светлана и, бросив на Семёна долгий, полный какой-то щемящей грусти взгляд, покинула их мужской междусобойчик.

                                                                    
                                      Глава шестая. Ситуация выходит из - под контроля.
                                                             

  Водоворот бумажной волокиты, связанной с подготовкой промежуточных отчётов, полностью поглотил Семёна. Кипы платёжек, накладных и счетов-фактур похоронили под собой остатки былого энтузиазма. С некоторых пор работа превратилась для него в повинность, которую он исполнял по инерции с обречённостью приговорённого.

  Не прошло и недели с того ужасного момента, когда по доносу Екатерины Павловны в его скромное жилище ворвались люди в форме. Если бы не находчивость Клары, последствия могли быть катастрофическими. Если бы тайна Клары раскрылась, то… только всевышний знает, чем бы всё тогда закончилось!
  
  В тот роковой день, ещё не отойдя от шока после визита полицейских, Семён сумел представить Клару как мимолётное увлечение, случайную знакомую, чьё имя – Жанна, а паспортные данные он у неё не спрашивал. И, набравшись наглости, попросил стражей порядка не пялиться его обнажённую гостью. И это сработало. 
  А Клара, мастерски притворившись спящей, избежала расспросов. Полицейские, постеснявшись потревожить её мнимый сон, так и не стали её будить. А о какой-то там нарколаборатории Семён и слыхом не слыхивал... Будь полицейские чуточку внимательнее, прояви хоть один из них немного настойчивости, всё рухнуло бы в одночасье. Тайна Клары была бы раскрыта и чем бы всё кончилось одному Богу известно. Но тут вмешалась иррациональная сила – человеческий фактор, ставший для Семёна и Клары неожиданным, почти невероятным спасением.

  Семён с головой был поглощён работой, когда раздался телефонный звонок. В трубке звучал взволнованный голос Николая.
— Алло, Семён! Ты не поверишь! Тут такое… Я в магазине… а метрах в десяти от меня - твоя Клара! Как это понимать, Семён?! Ведь улица для неё - табу! Почему она его нарушила? Ты что, её отпустил? Что вообще происходит?
— Да быть не может! Она не должна была уйти! Ты бредишь?
— Ничего я не брежу! Я её из тысячи узнаю! Чёрные джинсы в обтяжку, бежевый пиджак нараспашку, белые шпильки… И волосы… помнишь, как тогда? Семён, клянусь, это она! И как тогда – дьявольски хороша!

— Да… Есть такое… – прошептал Семён, чувствуя, как по спине побежали мурашки. – Где она сейчас?
— Да в магазине же, говорю! Ходит тут, что-то высматривает... Я в пяти метрах от неё. Ага, в отдел игрушек пошла. Что-то разглядывает... Погоди-ка… Ого! Вот это номер! Представляешь, она только что куклу украла! Прикинь? Под пиджак её спрятала и к выходу топает, как ни в чём не бывало. Ну, Клара… Не ожидал от неё такого! Кто её надоумил? Ты от меня что-то скрываешь?
— Конечно-же нет! Это форс- мажор, Коля. Это ЧП! Что за магазин?
— Одноимённый торговый центр на площади Миклухо-Маклая. Всё, она выходит… Иду за ней!
— Хорошо. Только не теряй её из виду! Будь на связи! Я выезжаю...
  И Семён, наплевав на все незаконченные дела, сорвался с места и помчался по указанному адресу.

  А в это время Константин, потирая руки, строил наполеоновские планы: «Ну, Клара, ну молодец! Справилась! В следующий раз пошлю тебя в банк, касатка моя! Посмотрим, как на твоё появление отреагируют сотрудники и охрана... Только почему ты украла куклу, а не пачку презервативов, как я тебе приказал? И как ты будешь теперь её выносить?»
— Светик, а что там с обедом? – крикнул он вглубь дома. – Я жутко проголодался - шесть часов кряду за компом...
— Да всё готово, остывает… Иди уже! – донеслось в ответ. - Больше разогревать тебе я не стану!
  
  И опять самое интересное прошло мимо Константина.

***

  Клара едва успела юркнуть за угол торгового центра, как её настигла жилистая рука охранника.
— Эй, красотка, куда бежим? А что это у нас под пиджачком? Забыла оплатить? С кем не бывает... Пройдёмте-ка со мной, красавица!
  Схватив Клару за запястье своей лапищей, он поволок её в комнату охраны, где принялся шмонать с маниакальным усердием сексуально озабоченного человека. Клара не сопротивлялась.

— А на вид и не скажешь, что воровка… И зачем тебе понадобилась куколка, прелестница? – Здоровенный детина лет, эдак, тридцати с гаком, навис над Кларой, наслаждаясь своей властью. Здесь он был царём и богом, а она – его пойманной добычей. И он упивался своим превосходством, не сводя похотливого взгляда с привлекательной клептоманки. – И что же мне с тобой делать, дорогуша? Придётся теперь полицейских вызывать… А они с тобой церемониться не станут! Или… может... по-хорошему договоримся?

— О чём вы? Я ничего не понимаю, – Клара захлопала своими огромными, невинными глазами.— О чём-о чём, – охранник замялся, расплылся в глуповатой улыбке и, понизив голос до хриплого шёпота, прошипел ей прямо в ухо: – Небольшой секс решит все твои проблемы, детка… Не хочешь же ты в тюрьму? Вон там комната отдыха… Я не заставляю, но ведь ты сама туда пойдёшь, да?

***

  Закончив с обедом, Костя, с чашкой