балета.
Светлана не могла поверить своим глазам. Константин, её муж, казалось, навсегда связанный с компьютерами и цифровым миром, уже час ходил по дому, тихо напевая что-то себе под нос. Удивительно! Впервые за долгое время она увидела в нём не компьютерного раба, а живого человека, того самого Костю, в которого она когда-то влюбилась. Что вызвало эту перемену? Что за этим стоит? И словно отголосок давно ушедших дней...
— Любимая, приготовить тебе стейки? Как ты любишь, медиум? - послышался с террасы его бодрый голос.
— Ты сегодня какой-то другой, Костя! Не знаю, что и подумать. А насчёт стейков… Да! Хорошая идея! Я люблю, когда ты готовишь!
В прошлом, приготовление стейков являлось для него священнодействием. Однако со временем пыл поостыл, и былой кулинарный запал Константина почти угас. Но сегодня, словно по мановению волшебной палочки, он вспыхнул вновь.
Ароматы жарящегося мяса пробуждали дремлющие, почти забытые древние инстинкты. Прочь столовые приборы и условности! Забыть о салфетках и напускной чопорности! Как-же хочется схватить дымящийся, пропитанный соком кусок мяса голыми руками и жадно вгрызться в него…
Но… стейк – это не тот случай! Это вам не шашлык. Стейки, в зависимости от предпочтений, требуют определённый прожарки. Нарезать его нужно ломтиками поперек волокон и наслаждаться каждым кусочком. А вот лаваш, пропитанный мясным соком, напротив, лучше рвать руками – так вкуснее. И, конечно же, бокал сухого красного вина – неотъемлемый атрибут такой трапезы.
И закончить день в объятьях друг-друга...
Молодой виноградник, цепляясь за обрешётку просторной веранды, уже достигал кровли, создавая тенистую зону. Легкий ветерок играл с листвой, наполняя воздух свежим, терпким ароматом.
А вот и модульная зона барбекю для приготовления шашлыков, стейков и других кулинарных изысков на открытом огне. Жар от углей творит с мясом настоящее чудо, превращая его в аппетитное блюдо с хрустящей корочкой и сочной сердцевиной. Запах дыма смешивается с ароматом трав и специй, создавая неповторимую симфонию вкусов.
И вот, наконец, стейки готовы. Сок пропитывает лаваш... На столе - свежие овощи, в бокалах искрится вино… И задушевный разговор вызывает ностальгию. Философские рассуждения о Канте… Кто мы? И почему нам никогда не суждено постичь мир целиком? А затем нахлынут воспоминания…
— Помнишь… то голубое платье? Ты тогда настоял, и я его купила...
— Конечно, помню, милая! Ты была в нём неотразима!
— Ты обещал мне вечную любовь… Помнишь?
— Да. Мы были молоды и счастливы...
Вино в бокалах играет искрами, вкус стейка, смешанный с ароматом специй и трав напоминает о былом, о пикниках на природе, о поцелуях под звездным небом. И пусть мир остается непостижимым, пусть Кант спорит с Гегелем, а время бежит вперед – здесь и сейчас есть только они, двое, связанные нитями любви!
Воспоминания без боли и сожалений — что ещё нужно для счастья?
А прежний Константин… искренний, настоящий – он был так важен для Светланы! Не нынешний отшельник, в которого он обратился, – желчный циник, обитающий в своём виртуальном пространстве. Нет, тот, из былых времен, был для неё куда дороже! Но где он теперь? А она сама? Словно тень из минувших лет, окунаясь в былое и утопая в нём, она чувствовала себя счастливой, лишь глядя на ту себя, что осталась в прошлом.
— О чем задумалась, солнышко? — проговорил Костя с набитым ртом, возвращая Светлану в реальность.
— Да так… Вспомнила наше свадебное путешествие. Ты тогда был совсем другим, Костя. Страстным бунтарем, пленившим мое сердце! Засыпал меня цветами… Помнишь? А как в парке я споткнулась, повредила ногу? А ты нес меня на руках… аккуратно, словно драгоценность… Аж целый квартал! Я тогда была самой счастливой женщиной на свете!
— Ну как не помнить? - Хмыкнул он. - Я тогда переоценил свои силы и едва донёс тебя до дома. Спина потом... аж три дня болела! Разве ж такое забудешь?
— Ну какой же ты, Костя! Правы люди, когда говорят, что супруги с годами черствеют. Вот и ты...
Она не успела договорить, как настойчивый стук в ворота грубо прервал её.
— Ба! Да это ж Семён Ильич Протасов, собственной персоной! А чего такой мрачный? — Костя распахнул калитку, впуская нежданного гостя.
— А чего не позвонил? Договаривались ведь… Что случилось?
— Случилось, Костя! Ещё как случилось!
— Да ты присаживайся… в ногах правды нет. Мясо ещё не остыло… вино перед тобой... У нас - самообслуживание! Выпьем, закусим, а потом потолкуем! А то врываешься… Как Калигула в баню!
— Калигула в баню не врывался...
— Я, пожалуй, пойду, — промолвила Светлана и, бросив на Семёна долгий, полный какой-то щемящей грусти взгляд, покинула их мужской междусобойчик.
Глава шестая. Ситуация выходит из - под контроля.
Водоворот бумажной волокиты, связанной с подготовкой промежуточных отчётов, полностью поглотил Семёна. Кипы платёжек, накладных и счетов-фактур похоронили под собой остатки былого энтузиазма. С некоторых пор работа превратилась для него в повинность, которую он исполнял по инерции с обречённостью приговорённого.
Не прошло и недели с того ужасного момента, когда по доносу Екатерины Павловны в его скромное жилище ворвались люди в форме. Если бы не находчивость Клары, последствия могли быть катастрофическими. Если бы тайна Клары раскрылась, то… только всевышний знает, чем бы всё тогда закончилось!
В тот роковой день, ещё не отойдя от шока после визита полицейских, Семён сумел представить Клару как мимолётное увлечение, случайную знакомую, чьё имя – Жанна, а паспортные данные он у неё не спрашивал. И, набравшись наглости, попросил стражей порядка не пялиться его обнажённую гостью. И это сработало.
А Клара, мастерски притворившись спящей, избежала расспросов. Полицейские, постеснявшись потревожить её мнимый сон, так и не стали её будить. А о какой-то там нарколаборатории Семён и слыхом не слыхивал... Будь полицейские чуточку внимательнее, прояви хоть один из них немного настойчивости, всё рухнуло бы в одночасье. Тайна Клары была бы раскрыта и чем бы всё кончилось одному Богу известно. Но тут вмешалась иррациональная сила – человеческий фактор, ставший для Семёна и Клары неожиданным, почти невероятным спасением.
Семён с головой был поглощён работой, когда раздался телефонный звонок. В трубке звучал взволнованный голос Николая.
— Алло, Семён! Ты не поверишь! Тут такое… Я в магазине… а метрах в десяти от меня - твоя Клара! Как это понимать, Семён?! Ведь улица для неё - табу! Почему она его нарушила? Ты что, её отпустил? Что вообще происходит?
— Да быть не может! Она не должна была уйти! Ты бредишь?
— Ничего я не брежу! Я её из тысячи узнаю! Чёрные джинсы в обтяжку, бежевый пиджак нараспашку, белые шпильки… И волосы… помнишь, как тогда? Семён, клянусь, это она! И как тогда – дьявольски хороша!
— Да… Есть такое… – прошептал Семён, чувствуя, как по спине побежали мурашки. – Где она сейчас?
— Да в магазине же, говорю! Ходит тут, что-то высматривает... Я в пяти метрах от неё. Ага, в отдел игрушек пошла. Что-то разглядывает... Погоди-ка… Ого! Вот это номер! Представляешь, она только что куклу украла! Прикинь? Под пиджак её спрятала и к выходу топает, как ни в чём не бывало. Ну, Клара… Не ожидал от неё такого! Кто её надоумил? Ты от меня что-то скрываешь?
— Конечно-же нет! Это форс- мажор, Коля. Это ЧП! Что за магазин?
— Одноимённый торговый центр на площади Миклухо-Маклая. Всё, она выходит… Иду за ней!
— Хорошо. Только не теряй её из виду! Будь на связи! Я выезжаю...
И Семён, наплевав на все незаконченные дела, сорвался с места и помчался по указанному адресу.
А в это время Константин, потирая руки, строил наполеоновские планы: «Ну, Клара, ну молодец! Справилась! В следующий раз пошлю тебя в банк, касатка моя! Посмотрим, как на твоё появление отреагируют сотрудники и охрана... Только почему ты украла куклу, а не пачку презервативов, как я тебе приказал? И как ты будешь теперь её выносить?»
— Светик, а что там с обедом? – крикнул он вглубь дома. – Я жутко проголодался - шесть часов кряду за компом...
— Да всё готово, остывает… Иди уже! – донеслось в ответ. - Больше разогревать тебе я не стану!
И опять самое интересное прошло мимо Константина.
***
Клара едва успела юркнуть за угол торгового центра, как её настигла жилистая рука охранника.
— Эй, красотка, куда бежим? А что это у нас под пиджачком? Забыла оплатить? С кем не бывает... Пройдёмте-ка со мной, красавица!
Схватив Клару за запястье своей лапищей, он поволок её в комнату охраны, где принялся шмонать с маниакальным усердием сексуально озабоченного человека. Клара не сопротивлялась.
— А на вид и не скажешь, что воровка… И зачем тебе понадобилась куколка, прелестница? – Здоровенный детина лет, эдак, тридцати с гаком, навис над Кларой, наслаждаясь своей властью. Здесь он был царём и богом, а она – его пойманной добычей. И он упивался своим превосходством, не сводя похотливого взгляда с привлекательной клептоманки. – И что же мне с тобой делать, дорогуша? Придётся теперь полицейских вызывать… А они с тобой церемониться не станут! Или… может... по-хорошему договоримся?
— О чём вы? Я ничего не понимаю, – Клара захлопала своими огромными, невинными глазами.— О чём-о чём, – охранник замялся, расплылся в глуповатой улыбке и, понизив голос до хриплого шёпота, прошипел ей прямо в ухо: – Небольшой секс решит все твои проблемы, детка… Не хочешь же ты в тюрьму? Вон там комната отдыха… Я не заставляю, но ведь ты сама туда пойдёшь, да?
***
Закончив с обедом, Костя, с чашкой кофе в руке, вернулся в свое хакерское логово. Настроение у него было приподнятое: по расчетам, Клара должна была вот-вот вернуться домой. Интересно, как на её вояж отреагирует Семён?
Он плюхнулся в кресло и включил компьютер. Но едва монитор вспыхнул, Костя отшатнулся, словно получив удар током!
С экрана на него вперились... два гигантских, похотливых глаза… Ошеломленный, он застыл, не в силах понять, что происходит. Что это? Кто это? Какого чёрта?
Но вот глаза отплыли, открывая взору мерзкую, лоснящуюся от пота физиономию… Константин не сразу осознал, что происходит по ту сторону экрана...
"А ты красивая! – прохрипела харя. – Ты бы хоть застонала для приличия… А то
Я - редактор раздела поэзии.
Прошу подтвердить эту просьбу и обосновать её, так как данное произведение является прозаическим.