понимаю, - Бестужев тоже привстал из-за стола, - Проводить вас?
Я отрицательно мотнула головой.
- Это лишнее. Мне надо обдумать, как... (действовать дальше, закончила я фразу, но уже мысленно).
Сыщик выглядел совсем невеселым.
- Понимаю, - негромко произнес он, - Надеюсь, вы не станете слишком наказывать “гонца” за дурные вести и как-нибудь на этой неделе или следующей согласитесь со мной поужинать... приватно?
Я невесело усмехнулась. Меньше всего сейчас была настроена на романтические отношения. Но кивнула, чтобы не обескураживать человека, который искренне желал мне добра (по крайней мере, мне хотелось так думать).
- Конечно. Мой номер у вас, звоните в любой день.
* * *
- Ну что опять? - Алиса непринужденно прошла в гостиную и нагло развалилась в кресле, достала из сумочки сигареты с зажигалкой, взглядом поискала пепельницу. “Пепельницу”(вернее, блюдечко от кофейного сервиза) я предусмотрительно поставила на журнальный столик, зная, что Лиска наверняка станет как обычно высаживать сигарету за сигаретой, причем не затягиваясь (такой вид курения мужчины обычно называют “баловством”).
Я окинула взглядом свою подругу. Близкую, как я считала, подругу. А в действительности - ЗАКЛЯТУЮ. Как там сказал частный сыщик - врагов держи близко, а друзей - еще ближе? Черта с два. Теперь я готова была согласиться с другой сомнительной истиной - “избави меня Боже от друзей, а уж от врагов я сама как-нибудь избавлюсь”.
Длинные ноги (вызывающе короткая юбка, такие юбки после тридцати пяти лет могут себе позволить только очень смелые женщины), пышная рыжая грива, вызывающе большой рот (полные сексапильные губы), “сладкие” светло-карие (в настоящий момент они мне показались желтыми) глаза, миловидное узкое лицо (действительно в чем-то “лисье”)... Алиса была бесспорно яркой женщиной. Но вот что касается личной жизни... ей почему-то с этим не везло. Первый муж (от которого она родила дочь), профессиональный военный, офицер, погиб в “горячей точке”, когда дочери было всего пять лет, и как потом Алиса ни старалась устроить свое “женское счастье”, ничего серьезного не подворачивалось (по ее же словам). Впрочем, она не унывала, более того, утверждала, что “кабала” законного брака ее не прельщает, короткие, ни к чему не обязывающие “романы” куда предпочтительнее. И при этом она всегда была в курсе всех моих дел. Да что там? У меня не было братьев и сестер, но Алису я вполне могла бы причислить к сестрам. Да, она мне была как сестра, всегда мчалась на помощь, когда мне становилось худо, всегда поддерживала, оттого еще более диким мне казалось то, что Бестужев о ней выяснил.
В какой-то момент я малодушно подумала - а может, сыщик сам водит меня за нос? И даже более того - что это он сам учинил “розыгрыши” и с похоронным венком, и с диктофоном на кухне, на который был записан детский голос, и даже с репродукцией картины “Ребенок в гробу”? Зачем - уже второй вопрос. Как та же Алиса говорила, дама я небедная, да и связи, которые мы с Сергеем заимели, когда тот занялся серьезным бизнесом, никуда не делись... Может, он захотел таким хитрым образом втереться ко мне в доверие, а после использовать?
Впрочем, Дмитрий Бестужев принадлежал к тем немногим мужчинам, которым вовсе не нужно прибегать к каким-то особым хитростям, чтобы заполучить понравившуюся женщину. К тому же, как он сам мне признался во время одного из наших “целомудренных” свиданий, его брак не был расторгнут, хоть супруга и проживала в другом государстве (вместе с их общими детьми).
- Зачем? - тихо спросила я Алису, присев на соседнее кресло (предварительно повернув его так, чтобы оказаться с подругой (бывшей, увы, УЖЕ бывшей) лицом к лицу, - Просто скажи, зачем тебе это было нужно?
Алиса картинно вздернула вверх свои аккуратно подрисованные брови. И даже чуть приоткрыла свой алый чувственный ротик. Настолько фальшиво выглядело ее наигранное удивление, что меня даже легонько затошнило.
- Что именно нужно? Ирка, ты о чем?
Я на миг прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, постаралась взять себя в руки.
- Ты сама прекрасно знаешь, ЧТО ИМЕННО. Особенно удачно у тебя вышел “фокус” с “Ребенком в гробу”. Я чудом не свалилась с сердечным приступом.
Алиса слегка побледнела, потом сжала губы едва ли не в “ниточку” и неожиданно окатила меня ледяным взглядом своих потемневших до черноты глаз. Когда она заговорила, ее голос вызвал у меня ассоциации с шипением змеи. Самой натуральной гадюки.
- А ты что хотела, Иришечка? Всегда оставаться той самой принцессой в хрустальном замке, вокруг которой все выплясывают и предугадывают каждое желание? Ах, Ирочка такая красавица, вылитая Катрин Денёв, натуральная блондинка, но никогда не зазнаётся! Ах, Ирочка у нас умница, отличница! Ах, Ирочка отхватила лучшего парня на курсе, ничего удивительного, так и должно быть, ах, какая идеальная пара! - Алиса, похоже, бессознательно повысила голос едва ли не до визга, - И ребенок-то у Ирочки - настоящий вундеркинд, вот что значит ПОРОДА! (меня бросило в жар)
Алиса подалась вперед, сощурив свои наглые глаза.
- Знаешь, каким был лучший день в моей жизни? Когда ты загремела в аварию, а твой пащенок погиб! - “ведьма” (а она и была самой настоящей ведьмой, моя дорогая “заклятая” подружка, в настоящий момент я это осознала со всей ясностью) откинулась на спинку кресла и торжествующе (именно торжествующе) рассмеялась, - Наконец-то наша “принцесса” столкнулась с жестокой реальностью! С тем, что жизнь может быть и такой - совсем не сладкой, ох, совсем! Но тут, как обычно, “принцессе” примчался на помощь верный рыцарь Сереженька, окружил теплом, заботой, любовью... с-скотина, - неожиданно будто выплюнула Алиса ругательство, - Во мне видел только завистливую бабенку, зато в своей Иринушке - королеву...
Мне на секунду просто стало нечем дышать.
- Ты ненормальная, - не сказала, а скорее прошептала я, - Сумасшедшая. Психопатка. Тебе лечиться нужно.
- Может быть, - невозмутимо согласилась Алиса, туша сигарету в блюдце и тут же закуривая следующую, - А кто нормальный? Ты, что ли? - снова хриплый смешок, - Вся такая воздушная, к поцелуям зовущая... идеальная верная женушка, хозяюшка, мать... Сергей надышаться на тебя не мог! А тут взял - и увлекся какой-то зассыхой... О, - Алиса даже прикрыла глаза (я невольно отметила, что, пожалуй, красится она чрезмерно, есть в ней что-то от шлюхи (причем, дешевой шлюхи), определенно есть), - Вот когда я получила удовлетворение... практически испытала оргазм!
Она сидела передо мной, ничуть не смущаясь, с наглым, даже вызывающим видом. Она прекрасно знала, что я ничего не сделаю, просто не смогу. Не вцеплюсь ей в волосы, как базарная торговка, не обматерю... молча “проглочу” все ее откровения, разве что после ее ухода уйду в ванную и там поплачу над очередным проявлением людской подлости и низости... вот и все.
И осознание своей слабости неожиданно придало мне сил. Я вскинула на Алису глаза и ощутила абсурдное спокойствие.
- Бедная девочка, - сказала я негромко, - Бедная недолюбленная девочка, вынужденная вечно оставаться на вторых ролях... (Алиса перестала улыбаться и начала бледнеть). Ты же была влюблена в Сергея, МОЕГО Сергея едва ли не с первого курса, так? - тут меня осенило, я вспомнила давний и почти забытый разговор с Сергеем, когда он с досадой мне признался, что его буквально “преследует” некая девица, возомнившая, что он - ее “судьба”... Неужто этой девицей была Алиса? Однако, сюрприз...
По тому, как застыло лицо Алисы, как потемнели и сузились ее глаза, я поняла, что угодила “в десятку”.
- Мало ли было у меня таких Сергеев, - сдавленно сказала Лиса, - Хоть штабелями укладывай.
Но в глаза мне при этом не смотрела.
Я внезапно ощутила страшную усталость. И все уничижительные слова, все упреки, все обвинения, которые я мысленно уже приготовила для Алисы, вдруг перестали иметь для меня всякое значение.
Я встала и, пройдя в прихожую, открыла замки на входной двери. А потом эту же дверь распахнула, по-прежнему молча.
Алиса тоже неуверенно поднялась с кресла, дошла до дверного проема, ведущего в гостиную, остановилась, опершись о дверной косяк.
- Что... на этом конец? - спросила Алиса негромко и неуверенно (вся наглость с нее слетела моментально), - Вот так и расстанутся лучшие подруги?
- У меня нет подруги, - голос мой звучал глухо, - И не было никогда, как выяснилось.
И распахнула дверь шире, встав так, чтобы Алиса, проходя мимо, не дай Бог меня не коснулась.
После того, как бывшая “заклятая” подруга ушла, я набрала номер частного детектива Дмитрия Александровича Бестужева и спросила, остается ли в силе его приглашение на “приватный” ужин.
Приглашение, разумеется, осталось в силе.
* * *
КОНЕЦ
