Глава седьмая. Абсурд существования
Что есть? Одно. Без другого? Нет, с другим. Другим оно становится со временем, в котором находит место для себя. Но если места нет? Значит, ты появился не вовремя, не в свое время, - тебя никто не ждал. Не ждал, не гадал, а ты вдруг взял да появился. Случайно. Случайно, что не связано с тем, что было, что рвет связь, нить времени, нарушает порядок следования в том, а не в другом направлении. Во времени есть своя необходимость. Это необходимость раз-деления или раз(у)множения. Что же передает время от прошлого к будущему? Момент движения, своего течения. Убери время и обнаружится, откроется вечность, которая стоит за временем, скрывается, ускользает от него. Время есть посредник, среда, разделенная вечность на моменты. Разделение вечности на моменты и есть время. Из этого деления одного появляется жизнь, в которой одно вытесняет другое, занимая его место.
Что не имеет своего места во времени? То, что не становится старым. Это новое. Оно не успевает оставить свой след во времени. То новое, которое не вышло в тираж, не стало, но только становится стать, несвоевременно. Оно есть в потенции, как нечто еще неопределенное. Вот где оно определяется? Если только в мысли, то действительно ему нет место в реальности, как в материальной действительности. В этом качестве оно неуместно там. Но оно уже есть объективно в мысли, как нечто идеально существующее. Вот это идеальное, в моем случае Я, идеальное Я абсурдно в существовании, как бытии-в-мире, но имеет смысл бытия в мысли. Его бытие есть бытие-в, точнее, в модусе бытия-в-мысли.
Где скрывается мысль? Мысль выходит из сознания мыслителя (из сознания мыслящего выходит дума) и облекается, оборачивается словом. Теперь она находится в слове из текста. Но как так получается? Идеальная мысль пребывает в материальном слове. Как это может быть? Также может быть, как душа (или сознание), будучи идеальной живет в материальном теле, живет телом в мире.
Но чем именно является мысль в своем теле - в слове - среди других тел (слов) текста? Смыслом. Если говорить точнее, то мысль пребывает в слове в качестве смысла. Смысл слова от ума, как его значение от чувства в виде мнения, того, что мнится, видится, представляется, думается.
Значит, мысль есть явление идеи в сознании, когда оно находится в таком состоянии, которое имеет смысл назвать задумчивостью, думой. Дума есть чувство не языка, а ума. Дума есть умное чувство. Человек переживает мысль, как думу. В думе человек чувствует мысль, ее присутствие, но еще не знает, не понимает. Он знает, что она есть в нем, когда задумается. Поэтому дума есть вдох человеческой души, его вдохновение, ведь идея и есть дух в сознании человека. Он сознает, но что есть, какое оно по содержанию не знает.
Понимание приходит с мыслью. Дума становится мыслью в качестве откровения идеи, ее явления. Поэтому мысль есть выдох души, отвлечение от материи тела, извлечение из него, акт, действие трансценденции. В мысли человек трансцендирует, преодолевает тяготение материи, парит над ней. Мыслью он снова входит в материю, находя подходящее слово. Теперь он, как мысль, живет в слове в качестве смысла. Человек в образе автора живет в тексте.
Жизнь автора коротка в теле, но вечно в слове, как в его творении. Во всяком случае она имеет смысл и в этом качестве переживет его. Она будет жить в душе, на уме читателя. Там смысл вновь обратится мыслью, если читатель додумается до понимания автора. Сначала задумается, почувствует его присутствие, что значит, какое значение оно имеет для него. И какое? Важное. И только тогда начнет понимать автора, то, что тот вложил в слова, какой смысл.
Чувствует мысль, кто думает, способен задуматься. Мыслит тот, кому открывается дух, является идея.
Идея - это образ не того, на что мы смотрим, но как мы смотрим, видим. Это видение есть ведание, знание, как укладывать в сознании содержание опыта чувств, чтобы уложение было толковым, таким, каким содержание можно сложить в форму мысли или замысел.
Глава восьмая. Любовь к мысли
Любовь к мысли – это вещь, вернее, ценность. Любить мысль - как минимум, а вот любовь к идее - это максимум в мышлении или разумении, уже как чувстве. Только разум есть не конечное чувство, которое нам привычно, как людям, существам душевным, а бесконечное. Не у нас в природе располагать бесконечными чувствами, что свойственно духовным существам, ангелам.
У нас природа не духовная, а материальная, ограниченная миром тел, физической, натуральной реальностью, которую мы дополняем в работе реальностью искусственной, культурной и технической. Поэтому духовная реальность является для нас сверхъестественной, чудесной. Тогда как мы живем в мире необходимости, где действуют законы природы. Отклонение от них возможны случайно, да и то потому, что законов много и они не все согласны друг с другом. Поэтому у на есть некоторая доля свободы, возможность без чего-то обойтись. В результате мы может что-то сделать сами, например, подумать и помыслить.
Возможность мыслить - это чудо, дар, которым нас одаряет бог в качестве духа являясь нам в качестве идеи. Таким образом мы можем, вольны подумать и даже помыслить о нем.
Любовь есть дар. Таким даром является любовь к мысли. Мы любим то, чего хотим. Желаем то, чего нам не хватает, в чем испытываем недостаток. Это дар потому, что его нельзя заслужить и заработать. Правда, таким путем можно развить то, что уже есть, как дар. Например, есть дар разума, в таком случае можно поупражняться в разуме и, в конце концов, научиться на своем примере, а не подражая другому, вроде учителя, думать. С мышлением еще труднее, сложнее. В принципе, мыслить не только научить, но и научиться нельзя.
Мыслителями не становятся, а рождаются. Конечно, не в полном смысле слова, а в потенции, в тенденции. Вот думать можно научиться у других. Но научить нельзя, как например, считать, читать, писать. У кого же можно научиться думать? Разумеется, у мыслителя. Он сам не научит тебя думать. Этому следует научиться самому, но у него, внимательно следя за тем, как он говорит в беседе с тобой, или что он написал в книге. Причем далеко не всегда он говорит или пишет то, что замыслил, о чем, что и как он мыслит.
Обычным людям свойственна любовь не к мысли, а тем более к идее, но к знанию. Ведь люди - существа любопытные. Поэтому многие люди могут стать учеными- естествоиспытателями. Меньше людей могут быть гуманитариями. Людям больше нравиться пытать других, чем самих себя испытывать. У людей природа стоит на первом месте, культура на втором, а мысль на последнем месте. Поэтому они думают только тогда, когда не могут не думать, то есть, в случае крайней необходимости.
Мыслить же почти ни разу в жизни не случается. Редко когда бывают в жизни чудеса, происходит нечто сверхъестественное, - может быть, лишь случайно. Ведь жизнь человеческая материальная, тем более в настоящее время тотального материализма, сплошного баблоизма. Достаточно посмотреть на инфантильных мажоров в пестрых одежда. Это и есть настоящая молодежь. Вылитые агрессивные и тупые зомби. Кто не злобен, нахален, тот туп, как пробка. Двух слов связать не может, зато топает, как слон, и говорит, смеется громко, чтобы привлечь внимание дикой публики к своей ничтожной персоне.
Это особенно бросается в глаза в мегаполисе, где собирается и ошивается, слоняется всякая шваль со всего света. Ну, как же, люди хотят посмотреть на таких же существ, как и они, и себя показать, на что они способны. Действительно они способны на многое такое, чего и "не снилось нашим мудрецам". Что же это такое? Немыслимое, всякие глупости.
Одним словом, жить в мегаполисе - это быть в большой, толстой и вонючей ж... Как будто в другом месте лучше. Известное дело, свинья всегда найдет грязь. Это справедливо и для критика цивилизации. Ну, что такого, - и самокритике есть место.
Глава девятая. Творение
Прежде я полагал, что царство бога - это место бога, его мир. Да, этот мир сотворил бог и сотворил его из себя. Значит, он сотворил его в вечности, как Вечный. Сотворил, творит и будет творить. Бог не покоится и его царство не есть место вечного покоя, но вечного движения.
Это вечное движение есть движение по кругу? Оно циклично? Нет. Это движение есть движение от не-бытия к бытию. В нем появляется новое, более совершенное из бытия. В прошлом не-бытие, в будущем бытие. В настоящем творение из не-бытия бытия. Только в вечности начало - прошлое - и конец - будущее - равноудалены от того, что между ними, а между ними находится настоящее и оно вечное.
Есть начало, есть и конец, но они лежат в вечности. Ни до начала, назад в прошлое, ни до конца, вперед в будущее нам не дойти, ибо мы конечные существа, которые появились в этом мире, который ограничен временем и ему соответствующим конечным, а не бесконечным, миром.
Не только вечность есть во времени в качестве мгновения, которое не имеет временной размерности. Мгновением, как моментом времени измеряется время. Но оно само, как момент времени, неизмеримо, не имеет меры, вернее, его мера есть мера не времени, но вечности.
Но и время есть в вечности. Время в вечности составляет круг. Только это не один круг, цикл времени, а много, множество кругов времени, вплоть до бесконечности. И они не идут другом за другом следом, составляя хронологию вечности, но идут одновременно. Сообщаются ли они друг с другом в вечности - это еще вопрос. Такие круги времени и есть отдельно взятые мира, ограниченные не друг другом, а собой. Этакие монады-миры, миры личности.
[justify] Но тогда вечность есть тоже круг,