по его небольшим размерам, было года три. по всем правилам мед-
вежьей жизни он должен был находиться в это время года где-нибудь в
верхней трети лесного пояса, поближе к субальпийским лугам. но, как
известно, правил без исключений не бывает. Медведь своим нестандарт-
ным поведением в очередной раз преподал мне хороший урок.
Вспоминается мне и самая первая встреча с медведем в Тебердинском
заповеднике. первый раз после поступления на работу попал я на учёт ту-
ров. с Всеволодом ивановичем приехали мы на домбай, переночевали на
кордоне заповедника, и рано утром, ещё в темноте, стали подниматься по
южному склону хребта к вершине семёнов-баши. Когда прошли полови-
ну подъёма, Всеволод иванович объяснил мне мой предстоящий марш-
рут, мы договорились о месте встречи после учёта и разошлись. Всеволод
иванович ушел наверх, на хребет, а мне нужно было пройти по середине
склона к подножью горы сулахат. Всё прошло хорошо. Я добросовестно
пересчитал и записал в бланк учёта встреченных туров, и к четырём ча-
сам дня уже подходил к месту нашей встречи. Впереди бурлила по камням
речка, берущая начало под алибекским перевалом. на другом берегу её
были густые заросли березняка и рододендрона. на узкой полоске травы
между речкой и березняком я заметил какое-то тёмное пятно. посмотрев в
бинокль, увидел медведя. Он пасся, словно корова, на самом берегу речки.
Мне захотелось посмотреть на медведя поближе, и я пошел к нему по от-
крытому месту, никак не скрываясь. подошел на пятьдесят метров – мед-
405
ведь меня не видит, не слышит и не чует. подошел на тридцать метров
– медведь спокойно пасётся, срывает ртом какие-то растения, жуёт сочные
листья. В бинокль мне хорошо видно, как изо рта у него течёт зелёная пе-
нистая слюна. Я сделал ещё пятнадцать шагов. Теперь мне не надо было
никакого бинокля: всё было видно и простым глазом, всего пятнадцать
метров отделяли меня от зверя. если бы между нами не бурлил стреми-
тельный горный поток, медведь давно услышал бы меня, но шум реки за-
глушал все звуки и делал зверя глухим. фотоаппарата тогда у меня ещё не
было. налюбовавшись медведем, я довольно громко сказал: «М-и-иша!».
Медведь не услышал. Тогда я сказал громче: «Ми-и-иша!». зверя, словно
током ударило: он резко развернулся на месте, поднялся на дыбы и уста-
вился на меня. Я сделал шаг в сторону. Этого движения было достаточно,
чтобы медведь галопом бросился в березняк. Через несколько секунд толь-
ко качающиеся верхушки берёзок показывали путь его отступления.
не знаю, стал бы сейчас я так близко подходить к медведю. Весь мой
опыт общения с этими непредсказуемыми зверями подсказывает, что не
стоит испытывать судьбу. Однако рассудок не всегда побеждает. будь у
меня в руках фотоаппарат, а на другом берегу горной речки медведь,
пожалуй, я подошел бы к нему и на десять метров.
Много раз упоминал я, что медведь занимает вертикальное положе-
ние, встаёт на дыбы. Это вовсе не признак того, что зверь хочет напасть.
Он просто хочет получше рассмотреть заинтересовавший или напугав-
ший его предмет. из вертикального положения сделать это медведю го-
раздо удобнее и легче, чем из горизонтального.
последний мой медведь был увиден тоже не при совсем обычных
обстоятельствах. Я ловил форель в небольшом притоке Теберды. Лов-
ля форели в таких маленьких горных речках очень увлекательна. при-
вязываешь к удилищу леску длиной тридцать-сорок сантиметров с не-
большим крючком и грузиком, цепляешь на крючок червя или личинку
ручейника, идёшь по речке вверх по течению и облавливаешь впереди
себя каждую ямку. Опускаешь в воду насадку и начинаешь потихоньку
подёргивать удилищем, чтобы приманка играла в воде. если поблизости
есть форель, она выскакивает из своей засады и хватает наживку. руке по
удилищу передаётся лёгкий толчок, и дальнейший успех зависит от ре-
акции рыбака. если успеешь в какие-то доли секунды сделать подсечку –
рыба твоя, замешкался – иди дальше, ищи другую рыбу. идти при такой
ловле всё время приходится по воде, потому что берега так густо зарас-
тают кустарниками и высокой травой, что с удочкой по ним не пройти.
406
Очень часто бывает, что впереди в каком-нибудь тихом заливчике
видишь форель. стоит она обычно у слива воды, всегда головой против
течения и, судя по её реакции, прекрасно видит всё, что делается в за-
ливе, и всё, что приносится в него водой. Когда опускаешь перед носом
форели приманку, чаще всего, увидев леску и грузик, она исчезает, слов-
но её тут и не было.
В небольшие речки заходят довольно крупные рыбы весом до
пятисот-семисот граммов, но попадаются они на удочку редко, навер-
ное, благодаря своему жизненному опыту и осторожности. В реке Тебер-
де бывают очень крупные форели – до метра длиной.
самая крупная форель, которую я видел пойманной на удочку, была
длиной около семидесяти сантиметров и весом около двух килограммов.
К сожалению, ни измерить, ни взвесить её не пришлось. при мне эту
рыбу вытащил азрет байрамкулов – наш пастух. Я ловил рыбу в одном
заливе, азрет метров на сто ниже – в другом, между нами были коровы,
спасавшиеся у воды от слепней. неожиданно до меня донёсся крик аз-
рета, настойчивый и призывный. глянув в его сторону, я сразу понял,
что азрет подцепил большую рыбу. Оставив свою удочку на берегу, я
побежал на помощь удачливому рыбаку. азрет водил рыбу по заливу,
и когда я был уже близко, резко потащил её к берегу. берег здесь, на его
счастье, был пологий, песчаный. за несколько метров от кромки воды
форель перестала сопротивляться и сама на большой скорости понес-
лась к берегу. словно торпеда, вылетела она на песок, и азрет, бросив
удочку, сапогом отбросил рыбину подальше от берега.
сверху форель была тёмной, почти чёрной. по бокам тела на грязно-
белом фоне были рассыпаны крупные чёрные пятна. Живот был белым.
Мы подивились такой окраске, потому что привыкли видеть более мел-
кую рыбу с золотистой спиной и ярко-красными пятнами по всему телу.
азрет положил пойманную форель в рюкзак, мы выкурили по сига-
рете, и я пошел к своему заливу продолжать рыбалку.
Минут через десять азрет опять закричал. на этот раз мне не при-
шлось бежать к нему: он сам шел ко мне. подойдя, азрет показал окро-
вавленный палец и долго, захлёбываясь от волнения, рассказывал, что
с ним произошло. Оказывается, он решил отмыть пойманную рыбу от
песка, достал её полуживую из рюкзака, засунул ей в пасть указательный
палец, а большим придавил нижнюю челюсть. Так он опустил форель
в воду и свободной рукой стал отмывать её от грязи. азрет не спешил,
тщательно отмывал прилипший к слизистой рыбьей коже песок, а фо-
407
рель тем временем, попав в родную стихию, потихоньку приходила в
себя. удачливый рыболов полоскал свою добычу, любуясь ею и не подо-
зревая, что делает большую глупость. неожиданно форель сжала челю-
сти и сделала всем телом резкое движение. азрет выдернул из её пасти
палец, разорвав об острые рыбьи зубы всю кожу на нём, а форель махну-
ла хвостом и, как говорится в русских народных сказках, «была такова».
Очень огорчился мой товарищ. Я искренне разделял его печаль, но по-
мочь ничем не мог. потом мне долго пришлось выступать в роли свиде-
теля, когда многочисленные слушатели относились к рассказу азрета с
недвусмысленными улыбками.
Однако пора вернуться к моему последнему медведю. Я медленно
продвигался вверх по речке, высматривал в заливчиках форель и даже
поймал несколько штук. потом рыба совсем перестала клевать, и я обра-
тил внимание на то, что вода временами стала мутнеть, и по ней поплыл
всякий мусор: прошлогодние древесные листья, сухая трава, палки и
мелкие веточки. создавалось впечатление, что кто-то впереди разбирает
и сталкивает в воду наносы всякого мусора, которых на любой горной
речке полным- полно. Я перестал ловить рыбу и прибавил ходу, чтобы
посмотреть, кто мутит воду. не прошел я и полусотни метров, как уви-
дел впереди метрах в семидесяти широкий медвежий зад. Медведь, как и
я, шел по воде. Он останавливался, переворачивал лапой один-два камня
и тут же шел дальше. форель поймать он не мог: она наверняка замечала
медведя за несколько метров и пряталась. никаких крупных личинок
насекомых, представляющих для медведя интерес, в вытекающей из-под
снежников воде не было. непонятно было поведение зверя. потихоньку,
не сокращая между нами расстояния, я пошел за медведем. услышать
он меня не мог из-за шума воды, не мог и учуять: ветер дул вниз по те-
чению реки. Минут пятнадцать шел я за зверем. ни разу за это время
не показал он свою голову. Видел я только широкий овальный медве-
жий зад да чёрные подошвы медленно переставляемых задних лап. Так
дошли мы до крутого поворота речки, где через неё переходит звериная
тропа, набитая, в основном, дикими кабанами. дойдя до тропы, медведь
остановился, поднял голову (тут я увидел его затылок и уши), постоял
полминуты, явно прислушиваясь, вышел из речки на тропу и скрылся
в густой прибрежной поросли. его водное путешествие закончилось, а
я пошел дальше, и всё пытался ответить на вопрос: «Что нужно было
медведю в речке?». Ответа на него я не нашёл.
В промежутках между этими запомнившимися встречами были де-
408
сятки других, ничем не примечательных. Чаще всего приходилось ви-
деть медведей у верхней границы леса на горных лугах, где они броди-
ли по субальпийскому разнотравью, разыскивая и поедая свои любимые
растения. Встречались медведи на брусничниках, черничниках и в ма-
линниках. почуяв или услышав человека, звери всегда уходили в лес.
иногда по следам, оставленным медведями, удавалось выяснить ин-
тересные моменты из их жизни.
Как-то в середине октября, когда уже осыпались буковые орешки и
медведи по ночам спускались за этим лакомством со склонов гор в до-
лину, пастух, пригнав вечером стадо, обнаружил, что его собственная
корова осталась где-то в лесу. не придав этому значения (отдельные ко-
ровы нередко летом ночевали на пастбище), он отложил поиски своей
бурёнки на утро. Обойдя на следующее утро все укромные уголки на
пастбище, коровы пастух не нашёл. ближе к полудню внимание его при-
влекли два ворона. Они с карканьем кружили над рекой, присаживались
на верхушки высоких деревьев, снова взлетали и продолжали кружить,
не собираясь никуда улетать. река здесь была разделена на несколько
проток, которые омывали небольшие острова, покрытые мелкой галькой
и песком. Во время летних паводков вода заливала островки, поэтому на
них не было никакой растительности. Выйдя на берег реки, пастух сразу
же увидел свою корову. Она лежала на одном из островков у самой воды
на песке. Воды в реке было мало. пастух перешёл на остров и быстро по
следам установил, что корову задрал медведь. Во второй половине дня
он пришёл в управление заповедника, чтобы попросить машину и лю-
дей для погрузки коровы. В вольерах у нас жили волки, лисицы, рыси,
крупные хищные птицы, и заповедник покупал для них мясо погибших
домашних животных.
узнав о случившемся, я тоже поехал на место медвежьей охоты.
Корова лежала на спине. на боках и на животе никаких повреждений
не было видно. Кожа повсюду была цела, до внутренностей, которые, по
мнению людей,
