от того, что наконец-то наступил мир.
Со двора доносился детский смех и топот – Эмма играла с маленькой Эминой у фонтана, а её мать с улыбкой наблюдала за ними с ротонды.
«Этот беззаботный детский смех... Какую цену ты готов заплатить, чтобы это маленькие невинные существа не знали горя? Чтобы твоя любимая женщина могла спать спокойно? Что ты можешь сделать?» – Ким просеивал свои мысли, но ни одна не цеплялась, будучи достойной внимания.
– Я задаю себе вопрос и не вижу на него ответа, Хельнар.
– Я не могу тебя попросить, но в твоей власти открыть Врата, Змей, – ответил Хельнар. – Я тоже задаю вопрос и слышу лишь тишину. Это значит, что ответ сам нас найдет. Но кто нам дал право пустить всё по течению и просто ждать?..
– Врата? Нет. Выбирать между злодеем Силманом и непредсказуемостью Врат? Я не хочу, Хельнар. Не известно, чем это обернется для королевства. А если нас к динозаврам закинет?
И так в мрачных тягостных раздумьях ходили они по дворцу: Змей и Белый Колдун. Каждый думал об одном, и каждый думал о своём. Видения и предчувствия словно покинули их, словно кто-то свыше смеялся над ними, дав эту непосильную задачу, чтобы сводить их с ума и терзать их сердца.
Но вечер принёс новости. Ким это понял, когда мимо него, подобрав юбки промчалась Эмма. Потом обратно. По коридору раздался крик:
– Врача!
Ким остановил её:
– Зачем врача? Что случилось?
– Ты роды принимать умеешь?
– Э-э-э... Нет!
– Дайнара рожает, врача зови! – ответила Эмма и снова убежала.
Ким стоял растерянный. Он заметил, как за окном кружит знакомый драконий силуэт. Снова придя в себя, Ким выскочил на балкон:
– У-у-ри-и-х!
...И началась суета!..
Рагвард включился как самый мудрый и опытный:
– Определите Дайнару в самую безопасную комнату во дворце! Эмма будь рядом с ней! За акушером послали?!
– Да! Послали! – Ким бледный и серьезный бегал с большими глазами. – Хельнар где? Его кто-нибудь видел?
– Он в овраг пошёл за речкой, – ответил вернувшийся Урих, с акушером на спине. – Сказал, чтобы не беспокоили его. Колдовать, небось, пошёл!
– Ну-с! Что тут у нас за пожар? – весело спросил акушер, неловко сползая с Уриха.
Он шёл, прихрамывая, закатывая рукава, и давал ценные указания, перемежая их пошлыми анекдотами.
Суета затихла, и осталось ожидание. Ким, изгнанный из помещения, вышел на террасу. Голова гудела.
«Защита нужна!»
Он крутил пальцы и думал.
«Хельнар ритуалит же что-то наверное... И что я тоже могу сделать? Да, защиту. Но как я могу быть уверен, что это не навредит малышу?.. Если наша сила столкнется? Эх, если бы знать!.»
Ким вздрагивал, когда до него доносились крики Дайнары. Ему хотелось сбежать куда подальше, чтобы не слышать их, но он держал себя в руках.
Вскоре затишье сменилось другими криками – звонкими, детскими. Крик новой жизни всколыхнул старые стены дворца и подкатил комом к горлу – Ким на мгновение выпал в какой-то предобморок, но вернулся.
– Ф-ф-ф-у-у-у-х!
Его обняла подошедшая Эмма:
– Всё хорошо! Всё хорошо! Все живы! И мама и ребенок! – она тормошила его и смеялась. – Мальчик у нас, слышишь? Мальчик!
А пока ждали Хельнара, делали важные дела: заколачивали досками окна во дворце и завешивали зеркала, чтобы не дать шанса проникнуть через них кому бы то ни было. Что-то предвещало беду. Но даже Рагвард не мог бы ответить, чего они ждали. Или кого?
Хельнар вернулся к полуночи. Постояв в дверях, тяжело дыша, спросил хрипло:
– А где охрана? Гвардейцы? Где все?
– Я всех отпустил. Это не их битва. Это моя битва. И твоя, – ответил Ким, встретив его в своём кабинете. – У тебя родился сын, Хельнар, поздравлю!
– Да, спасибо, я знаю, – Хельнар, со взглядом загнанного зверя, тяжко упал на лавку. – Я всё видел, когда был там. Я сделал всё, что мог, Змей... Я сделал всё, что мог. Но они идут! Они будут здесь и это неотвратимо!
– Кто – они?
– Я не знаю. Но я чувствую их. Силман уже достаточно силён доя того, чтобы создавать каких угодно тварей! Любых! На что хватит его фантазии! Я просто чувствую их, Змей... И ты тоже их чувствуешь!
– Да, – согласился Ким. – И я не чувствую к ним страха. Только лишь омерзение. Но я не могу уловить даже их черты. Просто пятна. Мерзкие пятна. И опасные.
...Опасные мерзкие пятна проявились к рассвету. Над дворцом сгустился туман, и в нем, здесь и там появлялись воронки и черными губами выплёвывали существ, которых издалека можно было бы принять за драконов, но они скорее были похожи на кучи грязного рваного тряпья, из которых пыталась слепить птеродактилей. Их лысые куриные шеи извивались, из длинных клювастых пастей вылетали искры и шипение, а бесформенные крылья хлопали с гадким звуком. Они пикировали вниз, пытаясь прорваться внутрь. Своими скрюченными когтями они царапали и рвали железные ставни, стены, и всё что попадалось им на пути.
– Это что?! – Эмма с ужасом смотрела, как гнутся и трещат доски на окнах, в которые Ким только что собственноручно заколачивал гвозди.
– Незваные гости, – ответил Ким. – Беги к Дайнаре и закрой двери, на ручке лев – переверни его вверх ногами! Дверь не открывать! Там есть тайный ход, я приду, если... жив буду...
– Если что?!
Ким чмокнул Эмму, отталкивая от себя:
– Всё, иди! – он вытянул шпагу из ножен и отошёл к стене. В его руках была сталь, закалённая огнём и холодом, и в глазах его была сталь, закалённая временем. – Ах, как же мне тебя сейчас не хватает, Золтан!
– Нам всем его сейчас не хватает! – послышался рядом голос Рагварда. – Лучший фехтовальщик в королевстве – это не шутка! И надо же было ему застрять в Каргадии!
– Это государственные дела, Рагвард, что поделать! – Ким ответил, осматриваясь в поисках Хельнара. – Хельнар! Возьми рапиру или меч! Если, конечно, ты знаешь, как пользоваться этой штукой!
– Ха! Да, колдуну больше идёт меч! – согласился Рагвард. – А я – по старинке! Магия – это хорошо, но шарахнуть палицей как-то надёжнее, – сказал он поучительно и проявился во всей своей суровой чудовищности. Он держал в своих косматых лапах огромную дубину, заботливо украшенную длинными ржавыми гвоздями.
Птеродактили меж тем продолжали методично и настойчиво биться в окна.
– Они найдут слабое место, которое мы для них приготовили и начнут прорываться. Вот тут мы их и встретим. Две дюжины тварей на троих – вполне приемлемо! – сказал Ким.
В целом он был спокоен, только его благородные брови поднимались каждый раз, когда с грохотом и звоном разлетался очередной витраж. Неожиданно наступила тишина. Три пары глаз неотрывно смотрели в сторону узкой арки между колоннами. Было лишь слышно как там, за ней, идёт какая-то возня, и вскоре через щели между досками просунулся длинный, как змея, язык – он изучал пространство вокруг себя, дёргался и истекал зелёной слизью, а вскоре исчез. Но тут же вернулся – удар! – и вместе с разлетающимися щепками в зал влетел первый гость. При всей своей несуразности он был достаточно сильным, чтобы поднять двух взрослых мужчин. Но такой возможности ему не представилось.
С гостем расправились быстро – два точных удара шпагой в башку и вот уже он безобидно валяется в углу. Следом за первым с радостным кудахтаньем и визгом появился второй. Этого принял на себя Хельнар – меч колдуна со свистом рубил воздух и рубил врага. Твари были волне себе теплокровны – от пролившейся на холодный мрамор горячей черной крови поднималась едкая испарина.
Третий, четвертый, пятый... Клюворылые посланцы один за другим спешили влиться в коллектив. Твари были достаточно осторожны, поэтому их не рубили прямо на входе, дабы не спугнуть остальных. В остальном же они были безмозглые, у них была лишь цель, с которой их создали – атаковать, что они и делали.
А наши герои, спиной к спине, сражались, как если бы это был последний и самый главный бой в их жизни. На полу бального зала уже не отражались позолоченные люстры – там была жуткая каша из ошметков тел птеродактилей. Закрывая рассвет сутулой спиной, в проёме появился ещё один: бурая бугристая кожа, местами полностью покрытая плесневыми наростами, грязно-желтый клюв с острыми кривыми зубами, и такого же цвета совсем человеческие глаза, расположенные под морщинистым лбом. Атаковать он не спешил. Вместо этого он плавно кружил над потолком.
Ким напрягся. Этот был явно умнее предыдущих. Он завис в воздухе и направление его интереса явно было в сторону Хельнара.
Птеродактиль вдруг заговорил. Он открыл свой клюв и откуда-то из глубин его чрева пошёл сиплый голос:
– Напрасно ты бежишь от судьбы, Хельнар! Ты всё равно проиграешь. Отдай свою жизнь тому, кто распорядится ей более разумно – отдай её мне! Сдавайся! И я обещаю, что ты не будешь мучиться, когда я буду вынимать твою душу!
– Иди к чёрту, Силман! – ответил Хельнар, вытирая чью-то чёрную кровь с лица. – Я отправлю тебя туда же, куда отправил сейчас твоих уродов!
– А ты дерзок и упрям! Но никого не интересует характер петуха, которого готовят для супа!.. Не так ли, Хельнар? Мне нужен твой сын. Твоё дитя. И я доберусь до него!
Хельнар с рычанием метнул свой меч в птеродактиля, но тот, не долетев до него, отскочил, словно в воздухе была невидимая преграда.
– Спускайся сначала ко мне, тварь! Хочешь мою душу? Добудь её в бою! – кричал с болью Хельнар, на что крылатый чревовещатель только смеялся и кружил высоко над их головами неприкасаемый.
Ким сообразил:
– Хельнар! Постарайся успокоиться! Это трудно, но не злись! Злоба обезоруживает тебя и даёт ему преимущество! – он прижал Хельнара к колонне, стараясь успокоить и пытаясь донести до него свою мысль. – Сейчас никто ничего не может ему сделать! Постарайся не думать о нём, постарайся вообще ни о чем не думать, хотя бы несколько минут, и мы пробьем его, обещаю!
Хельнар кивнул и закрыл глаза. Он дышал медленно и погружался в транс. Каких же усилий стоило сейчас не думать о том, что происходит вокруг! Надо быть слепцом или сумасшедшим! Или мастером...
– Вот так, вот так! Молодец! Я оставлю тебя, отключайся, – тихо подбадривал Ким, одной рукой придерживая Хельнара (пока тот, не открывая глаз, расслабленно сползал на пол), а другой рукой снимая со спины арбалет. – Нам надо совсем немного времени!
Рагвард тем временем отвлекал птеродактиля саркастическими замечаниями и дубиной.
– Рагвард, пригнись! – еле слышным шёпотом сказал Ким, прицеливаясь.
Рагвард тут же исчез. Щёлк! – и птеродактиль с пробитой грудиной шмякнулся о земь. Он был смертельно ранен, но ещё жив. В это время в проём пробирался последний гость. Ким зарядил ещё одну стрелу: – Ну что, дружок, давай, разберемся и с тобой!
Хельнар открыл глаза. Он поднял свой меч и подошёл к телу.
– Рано ты веселился, Силман!
Конечно, он понимал, что настоящий Силман сейчас за тысячи миль отсюда, и это существо всего лишь проводник, оболочка. Но оболочка была вполне способна убить любого, находящегося во дворце. И его угрозы добраться до ребёнка – это не блеф. Враг с шипением открыл клюв, из которого шла зелёная пена. Хельнар замахнулся мечом, но в этот момент поймал угасающий взгляд птеродактиля и услышал голос. Теперь тот звучал не из жуткого клюва, а в голове самого Хельнара.
– Зачем ты так, Хельнар? Вам не победить меня! Я не убью тебя сейчас, потому что мне нужны ваши жизни в нужном месте и в нужное время... Твоя и
