Зато марка проверенная!
- Братва, а может – ну ее эту цацку… Как ее – Миранду, что ли? Ну как повяжут с ней, в натуре? На кичу не по-детски отъедем, в Европах с этим тоже сурово.
- Не очкуй, Ляма! Все обмозговано ништяк! Слушай сюда, волкИ! Заходим к этим рыцарям на хазу, кладем всех пидароф на пол, берем Миранду – и валим по-быстрому. Отсюда до Албании морем как два пальца обсосать! Там не повяжут. Загоним ее черным коллекционерам – прикинь, братва, на какие лавандосы потянет!
- И на хер Седого, на хер Рашку, на хер всех! Бабло на оффшор, а потом – на теплые острова! С шоколадными телками и с пивасиком – на пляжик!
- Ша, Гнус, по навигатору это за поворотом… Готовность раз!
Джип поворачивает к зданию приората, но за миг до этого от ворот, с места взяв скорость, отъезжает компактный «Сузуки Альто». Бойцы Седого выскакивают из джипа и бросаются в дверь с пистолетами наизготовку. Она не заперта, на ступеньках – капли крови, возле опрокинутой стойки лежит тяжелораненый охранник, откинутая рука которого продолжает жать на кнопку сигнализации.
- Это чо за прихват?!
- Пацаны, подстава! Колхозники, сцуко, раньше сработали…
- Валим!!!
Они выскакивают на улицу, но с двух сторон тотчас вылетают автомобили полиции. Полицейские берут незадачливых грабителей на прицел.
- Не двигаться! Оружие на землю! Руки на машину!
Самый несообразительный пытается вскинуть оружие, но тотчас гремит выстрел, и он с матерщиной хватается за простреленную кисть. Пистолеты летят на асфальт, «братва» мрачно поднимает руки:
- Во попали, пацаны, как в кино… А ты гнал: колхоз, колхоз! Падла.
***
Возле приората тесно от полицейских в форме и в штатском, синие служебные «мигалки» автомобилей бросают на стены метающиеся отсветы. Раненого секьюрити грузят в карету скорой помощи, «братков» волокут, согнув в три погибели, к полицейским автомобилям. Звучит искренний русский мат. Наш герой, инспектор Витторио и приор Сальватор лихорадочно обсуждают ситуацию:
- Джентельмены, все гораздо хуже, чем можно предположить! – мрачно говорит Витторио. – Эти чертовы идиоты-гангстеры из России спутали все планы. Наш отряд быстрого реагирования переключился на них и упустил реальных похитителей… Конечно, вся полиция республики уже стоит на ушах, но драгоценное время потеряно! Кстати, похоже, потеряна и моя карьера. Я немедленно поставил суперинтенданта в известность о нашей задумке с «жучком»… Он похвалил меня за инициативность и предупредил об ответственности за организацию технического слежения без санкции суда… Я отстранен от расследования и вызван для дачи объяснений.
- Но проклятый «жучок» не подает сигнала! – с отчаянием в голосе восклицает приор, вертя в руках приемник сигнала GPS. – Неужели они его обнаружили?! Мерзавцы, они хотели убить еще одного человека!!! Врачи говорят, охранник в критическом состоянии, а ведь ему только двадцать пять лет, у него только что родилась маленькая дочка… Неужели все впустую? Я должен остановить этих негодяев!
- Подождите, кажется он сработал! – говорит наш герой, указывая на табло. – Вот, появилась отметка!
- Я знаю, где это! – поясняет Витторио. - Сельский район на северо-западе, за Дингли, там много уединенных ферм… Постой, а где наш Сальватор?
- Черт!!! Только что был здесь…
Машина приора с ревом срывается с места.
- Один решил, Дон Кихот несчастный!! Вит, делай что хочешь, но следом за нами там должны быть лучшие силы вашей полиции, срочно! – кричит наш герой, бросаясь к своей машине.
- Постой! – Витторио вкладывает ему в карман пистолет, - Возьми! Моей службе в полиции теперь все равно конец! Не все ли равно, сколько косяков навешает мне суперинтендант…
- Семь бед, один ответ, говорят у нас, Вит!
- Держись, дружище, кавалерия скоро покажется из-за холма!
Машина мчится от Ла-Валетты по ночному шоссе, освещая его фарами.
***
Флэшбэк: Наш герой гонит на неизменной «боевой машине братвы» - «девятке» по подмосковному шоссе на помощь к своему другу Сереге, окруженному в дачном коттедже бойцами Седого. Он застает перестрелку в разгаре и только успевает вытащить изрешеченного пулями друга из загоревшегося дома, заскочить с ним в автомобиль и уйти от погони. Друг умирает на руках у нашего героя, перед смертью передав ему реквизиты своих "серых" счетов в оффшорном банке в некой балканской стране (имеется в виду Черногория в период существования "оффшорной политики"), что бы хоть его боевой брат сумел куда-нибудь уехать и был счастлив. Пусть лучший друг воплотит его мечту, которую он все откладывал, гоняясь за богатством и адреналином.
5 серия.
Шоссе перекрывает въехавший носом в кювет автомобиль приора с распахнутыми дверцами. Наш герой резко тормозит, выскакивает из салона, перекатывается по асфальтовому покрытию и оказывается под прикрытием ограждения шоссе с пистолетом наизготовку.
В свете фар появляется невооруженный человек, предусмотрительно демонстрирующий ладони. Свет бьет ему в спину, и лицо его видно нечетко:
- Не спешите стрелять, «товарищ» (это слово произносится по-русски). Видите, я безоружен.
- Где Сальватор? Кто вы, и что вам надо?
- Не торопитесь, все по порядку. Мне надо, чтобы вы спокойно, без резких движений положили оружие на землю. Тогда вы узнаете, кто я. А вот и ваш друг, бедный, благонамеренный, глупый сэр Ланселот. И он умрет, если вы помедлите выполнить мои требования!
Двое парней, в которых наш герой узнает ночных налетчиков на его дом, демонстрируют из-за машины избитого Сальватора, приставив к его голове пистолет.
- Не думайте обо мне, - кричит приор. – Их нужно остановить любой ценой! Мальтийский рыцарь не устрашится смерти во имя того, во что верит!
- Помолчите, - раздраженно приказывает ему наш герой, и обращается к похитителям, пытаясь отвлечь их внимание и потянуть время:
- Что ж, тогда я бы сказал, что мы в равном положении: он на пушке у вас, а вы – у меня. Только учтите: я прошел через такие переделки, которые вашим террористам-любителям и не снились…
- Да, а наш хорватский друг – через Иностранный легион!
Наш герой резко оборачивается, и успевает увидеть, летящий ему в лицо кастет. На руке, сжимающей оружие, вытатуирован мальтийский крест в обрамлении девиза: «Meine Ehre heißt Treue». Удар, темнота.
***
Заброшенная ферма. Слепящий свет автомобильных фар в лицо. Наш герой и приор Сальватор стоят на коленях со связанными скотчем за спиной руками. Подходит человек, фигура и голос которого знакомы по предыдущей сцене на шоссе.
- Прежде чем мы начнем… Вернее, прежде чем мы закончим, я хотел бы, чтобы вы знали. Мы, как истинные наследники иоаннитов и тевтонов, свято чтим кодекс рыцарства. Мы не хотели причинять зла вашей жене. Вы сами спровоцировали этот злополучный выстрел, напав на наших братьев. И старая леди не должна была умереть: кто же мог предположить, что ее «моторчик» изношен до такой степени, что не выдержит и пары легких пощечин? Это сопутствующие потери среди гражданского населения, неизбежные на любой войне. Кому, как не вам, понять нас, «товарищ»! Вашу армию - черт ее знает, Красную, Советскую, Российскую - сопутствующие потери никогда не волновали!
- Допустим. Но наша армия всегда сражалась и сейчас сражается против фашистов и террористов. То есть против таких ублюдков, как вы…
Подскакивает еще один злоумышленник, истерически кричит:
- Заткнись, недочеловек! Мы – рыцари-крестоносцы священной расовой войны, а от таких, как ты, мы очистим землю!
Следует удар ногой в лицо. Наш герой падает, и успевает подобрать связанными руками с земли острый камешек.
- Ну зачем же так грубо, брат! – почти примирительно говорит ударившему главарь. Луч света падает на его лицо: это коллега жены нашего героя по Мальтийскому университету, который помогал ей публиковать документы рыцаря права. – Перед нами храбрый солдат, хоть и из неполноценных восточных славян. К тому же именно его впечатляющей щедрости мы обязан тем, что обрели могучую реликвию рыцарей Св. Иоанна Иерусалимского! Он умрет чистой смертью, без унижений… А вот этого прислужника мирового сионистского правительства, который своими опасными бреднями о милосердии и благотворительности бесчестит высокое имя крестоносного ордена, я, прежде чем зарезать, с полным удовольствием пну и сам!!!
Он наносит удар в лицо приору, и тот падает рядом с нашим героем.
- Простите, друг мой, я подвел вас, - невнятно говорит Сальватор, выплевывая кровь.
- Держитесь, Сальватор, помощь идет! – тихонько шепчет наш герой.
- Что вы там шушукаетесь? – с издевкой замечает главарь «лжекрестоносцев». – Все ждете, что вот сейчас появится силы правопорядка, и вас спасут? Оставь надежду, всяк сюда входящий! Вы что, считали нас за идиотов?! Ваш «жучок», который так кощунственно был вделан в тело величайшей рыцарской воинской реликвии, сейчас трясется в крестьянском фургоне с картошкой на рынок в Сент-Джеймсе. И следом, вероятно, подтягиваются главные силы полиции. Вы снова помогли нам, облегчили нанесение первого удара, ха-ха!
- Блин, все научились пользоваться высокими технологиями, - бормочет наш герой, начиная незаметно перерезать камушком путы на руках. – Средства каменного века надежнее…
- Великий магистр, пора приступать! – возглашает из темноты напыщенный голос.
- Пойдем, брат! - говорит своему подручному главарь злоумышленников. – Не смею прерывать вашей предсмертной беседы, джентльмены. Прощайтесь с жизнью спокойно, у вас еще есть несколько минут.
Фары гаснут, по периметру заброшенной фермы вспыхивают факелы. Несколько десятков молодых людей в темной одежде выстраиваются в каре. Их магистр появляется в зловещей черной мантии с изображением мальтийского креста, окруженной готической вязью девиза: «Meine Ehre heißt Treue». Он вздымает в свете факелов копию креста командора Миранды и произносит мрачную угрожающую речь о начале «нового крестового похода», наполненную нацистской и клерикальной фразеологией. Первыми жертвами «священной расовой войны» главарь злоумышленников называет нашего героя и приора Сальватора. Он откладывает крест, берется за остро отточенный меч и направляется к ним.
- Вот и все, - стараясь не опускать взгляда, шепчет Сальватор. – Прощайте, друг мой. По крайней мере, я умру от меча врага человечности, как тысячи и тысячи славных героев нашего Ордена в прежние времена. Да смилуется над нами Пресвятая Дева из Меллихи…
- Она уже смиловалась, рассыпав чертовски удобные острые камушки! – кричит наш герой и, уклонившись от удара меча, вскакивает, перехватывает руку «магистра», с хрустом выламывает из нее меч. Перекатывается, уходя от пистолетного выстрела, взмахивает мечом, и на землю падает отсеченная рука с вытатуированным
