бесстрастным.
— Где это случилось?
— На выпасе у Беннингтонов, они разрешили мне держать своего коня вместе с ихними.
— Его задрали койоты? — спросил Мэтт, заранее зная ответ, и Стрела отрицательно качнула растрепанной головой:
— Хийа. Нет.
Сержант кивнул в знак понимания и вызвал по рации Камня, который как раз укатил на «форде» к заправке Майерса — залить в бак бензина и заодно купить еды. Мэтт приказал ему:
— Рули к Беннингтонам, там происшествие с конём. Я сам туда подъеду. Приём.
Не было смысла мотаться туда-сюда, если Мэтта могла довезти Стрела.
— Вас понял, сэр. Приём, — упавшим голосом отрапортовал Камень, наверняка сразу сообразивший, что дело нечисто. Мэтт внезапно порадовался, что ему есть на кого положиться.
Он взгромоздился в кабину рядом со Стрелой, а она, коротко глянув на него, дала по газам так, что сержант едва не клюнул носом лобовое стекло. Грузовичок попылил по шоссе.
До ранчо Беннингтонов было не так далеко. Стрела каменно молчала, сосредоточенно уставившись на дорогу, Мэтт краем глаза видел её чёткий тонкий профиль да исцарапанную руку на баранке руля.
— Никого подозрительного не замечала на выпасе? — осведомился он.
— Хийа.
— Ни вчера, ни сегодня, ни на днях?
— Хийа.
Она, казалось, с трудом разлепляла обветренные губы.
— Ахпету твой доверчивый был, ко всем подходил или только тебя знал?
Стрела повернула голову.
— Знал меня, но за сахаром к кому угодно подошёл бы. Яйца вырву тому ублюдку, который это сделал, — процедила она хрипло, вцепившись в руль.
«Эта может», — понял Мэтт, а вслух спросил:
— Как погиб Ахпету? Его застрелили?
Незаметно убить лошадь куда сложнее, чем пса или телёнка, подумал он.
Девчонка долго молчала, а потом выдавила, снова уставившись на дорогу:
— Я не знаю. Никто не слышал выстрела. Или его убили ножом, но это тяжело, или ствол был с глушителем. Может, ветеринарный пистолет? Он бьёт потише, — пояснила она, неправильно истолковав смятение в глазах Мэтта.
Ветеринарный пистолет, оглушающий животину?
— Головы нет? — вырвалось у Мэтта.
— Откуда вы знаете? — вопросом на вопрос ответила Стрела, но Мэтт больше ничего не сказал, с огромным облегчением разглядев подкатывавший с другой стороны полицейский «форд».
Камень выскочил оттуда пулей, но под жёстким взором напарника придал своей взволнованной мальчишеской физиономии бесстрастное выражение.
— День добрый, что случилось? — одним духом выпалил он, переводя взгляд с сержанта на Стрелу.
— Ни хрена не добрый, — буркнул Мэтт, широкими шагами направляясь вслед за Стрелой, которая почти побежала к дальнему концу пастбища. — Пошли!
Картина была тошнотворной: недалеко от изгороди — огромная лужа крови, почти не впитавшаяся в землю, безголовая ободранная туша несчастного жеребёнка, рядом — багрово-сизая груда кишок и другой требухи, над которой роились мухи. Ноги тоже были отрублены. Мэтта передёрнуло, а Камень, сжимавший в руках фотоаппарат, заметно побледнел и пару раз сглотнул, видимо, борясь с подступавшей к горлу тошнотой.
Стрела, встав на колени рядом с трупом коня, поглядела на обоих:
— Если вы не разберётесь… то я сама.
— Не лезь в это, винчинчала, — посоветовал Мэтт как мог спокойно, — Мы разберёмся, я обещаю.
Стрела скривила губы, но смолчала.
Они помогли ей закопать останки коня тут же за выгоном, — хотя по правилам должны были вызвать живодёров, — и зашагали к машине. Оглядываясь, Мэтт видел на холме тонкий силуэт девчонки, которая сидела на могиле, сцепив руки.
— Уоштело, это не она делала, — констатировал Мэтт, привычно усаживаясь рядом с Камнем. — Но она сказала интересную штуку.
Камень вопросительно посмотрел на него. Он уже оправился от своей слабости, тёмные глаза сверкнули неистребимым любопытством:
— Что такое?
И Мэтт рассказал ему про ветеринарный пистолет.
— Вот же, я это знал, но забыл, — сокрушённо добавил он. — У коновалов есть не подлежащее регистрации оружие, и каждый из них имеет навык в разделке туш. Как-никак они этому специально учились.
— Ветеринарный пистолет стреляет тихо, но не бесшумно, — возразил, однако, Камень. — И потом, ты эту бандуру видел? Она же здоровенная, как пулемёт.
— Может, он её в мешке таскает, — не сдавался Мэтт. — Вместе с пилой-ножовкой. Короче, как версия, это вполне годится, надо отрабатывать. Сколько ветеринаров у нас в округе? Кто они?
— В Оглале — ни одного, — пожал плечами напарник. — Какие тут ветеринары. Может, в Мэндерсоне?
— Надо разузнать, — велел Крыло, откидываясь на сиденье. — Но я тебе вот что скажу, парень — мы здорово лоханулись. Мы не спросили у старухи Энн про самое главное.
— Э-э? — оторопел Камень, часто и тревожно моргая.
— Чёрт, мы не спросили, нужен ли в самом деле для этого паскудного обряда человек, а не только всякое зверьё… и что это должен быть за человек.
— В-верно, — с запинкой выддавил Камень и завёл мотор. —Но ведь ещё не поздно?
— Надеюсь, — сумрачно бросил Крыло.
* * *
Энн Глядящий Олень их новому приходу ничуть не удивилась. Как и заданному Мэттом — очень осторожно! — странному вопросу. Возможно, она и не сочла его странным.
Полицейские нашли старуху на заднем дворе, где она проворно полоскала в корыте бельё. В ногах у неё, утробно мурча, вертелся огромный чёрный кот. При виде подошедших он зашипел, вздыбив шерсть, но не спрятался, не убежал. Единственный его глаз горел яростным жёлтым огнём.
— Я так и думала, что вы вернётесь, акацита, чтобы выспросить побольше, — почти весело проговорила старуха, выслушав Мэтта, и цыкнула на кота. Тот забился под табуретку, на которой стояло корыто, и теперь обиженно оттуда поглядывал. — Наги сапа берёт проводников одного за другим… только если ничего не получается.
Маленький Камень придушенно ахнул, а Мэтт задумчиво кивнул. Ритуал у придурка где-то явно пробуксовывал.
— И если так и будет дальше, то наги сапа возьмёт в проводники человека, — заключила Энн, снова как ни в чём не бывало принимаясь за стирку. — Вещего человека, который говорит с духами.
— Уоштело, — пробормотал Мэтт, испытывая сильное желание присесть, пусть даже прямо на землю. — Такого, как ты, бабушка?
Энн рассмеялась своим мелодичным грудным смехом:
— Пусть попробует.
— Ну нет уж! — воскликнул Мэтт.
Он лихорадочно прикидывал, куда можно отправить старуху — хотя бы недели на две. Выходило, что только в общинную тюрьму. Но ведь если урод прознает про это, то попросту затаится!
— Я никого не боюсь, — величественно сообщила Энн, выжимая бельё. — И вы не бойтесь за меня, акацита.
Легко сказать! Мэтт боялся, да так, что у него поджилки тряслись.
Но, может быть, чёртов обряд всё-таки удался, и урод улетучился отсюда, превратившись в кого хотел?
Нет. Сержант это чувствовал. Он коротко бросил:
— Нам надо всё обсудить, хейапи, — и попятился к дороге, увлекая за собою напарника.
Тот открыл было рот, но под взглядом Мэтта тут же притих. Зато, едва плюхнувшись на сиденье «форда», возмущённо заорал:
— Что тут обсуждать! Её нужно забрать отсюда! Она же совсем одна! Она слепая! Мало ли что она говорит!
— Можно найти семью, которая её приютит, — рассудительно сказал Мэтт. — Да, чёрт возьми, я и сам готов забрать бабку к себе вместе с её склочным котом, — он крякнул и покрутил головой, представив себе такую перспективу. — Но это никак не выведет нас на вообразившего себя хрен знает кем говнюка. Мы должны его поймать. На живца.
— Как это? — захлопал глазами парень.
— А очень просто. Допустим, мы забираем старуху и увозим её подальше отсюда. Но для всех остальных она должна оставаться в доме. То есть кто-то из нас выряжается в её чёрную хламиду, нахлобучивает парик и разгуливает тут по двору. Второй тем временем сидит в засаде и караулит. Считаю, подонок непременно выползет, чтобы прикончить бабку, тут-то мы его и накроем.
— И кто же это будет? — очень тихо осведомился Маленький Камень со странным прищуром.
— Вот тогда мы и выясним! — Мэтт был очень доволен своим планом. Наконец-то замаячила реальная возможность схватить мерзавца!
— Да я не про этого урода спрашиваю! — ощетинился Камень, совсем как старухин кот. — Кто будет разгуливать по двору в платье?
— Ты, кто же ещё, — невозмутимо ответствовал Мэтт. Чуйка у пацана работала как надо. — Ты молодой, длинный и тощий, совсем как бабка, — продолжал он, хотя видел, что глаза у Камня угрожающе сужаются. — Не ссы, я же тебя прикрывать буду, да и пушку у тебя никто не отнимет. Уделаем подонка вдвоём, уоштело.
Он даже похлопал Камня по плечу, чтобы приободрить. Но тот дёрнулся как ужаленный и гневно выпалил:
— Хитрый ты какой! Давай тянуть жребий!
— Не обсуждается, — сурово отрезал Мэтт. — Мы тут не в игры играем.
— Ну пусть Стрела наденет бабкино платье! — не сдавался Камень. Предстоящий позорный маскарад его совсем не радовал, он, видимо, уже представлял, как над ним будут потешаться остальные ребята, если вдруг всё узнают. — Она же хотела нам помогать.
Собственная чуйка подсказывала Мэтту, что Стрела скорее умрёт, чем наденет бабкино платье, но вслух он бесстрастно осведомился:
— Подставлять вместо себя девчонку? Ты, должно быть, пошутил, Саймон Маленький Камень? Мы же акацита.
Тот побагровел, до самой макушки залившись краской стыда. Мэтт, укоризненно глядя на него, больше ни слова не сказал. Он понял, что выиграл.
* * *
К старухиному дому они вернулись заполночь, и то Мэтт опасался, что их отследят. Но в округе было
