Вглядимся в портрет княгини Зинаиды Ивановны Юсуповой, урождённой Нарышкиной (1810-1893 гг.). В нём почти всё, что А. и С. Голоны писали об Анжелике. Но главное добавление к красоте, в том числе духовной – это тонкие, покатые плечи. Это полный аристократизм.
Едва ли уступающую этой духовную и телесную красоту можно найти в портретах среди наших современниц. Вот, например, таком, где женщина 45 лет, мать троих детей, царственно восседает у очага посреди дачного самостроя. Ей не нужны жемчуга и бархаты, а её тонкие руки и талия, нежные плечи и шикарные волосы говорят, что перед нами богиня духа, здоровья и красоты!
Но что может быть лучше стихов, посвящённой этому женскому совершенству:
«Как тяжко этот груз нести!
Не предавать друзей предавших,
И в тишине произнести
За всех, трусливых и молчавших.
За всех ленивых – ночь не спать,
За глупых - тайны раскрывать,
Блистать за скучных и за серых,
Любить бездарных, неумелых,
Внимать чужому красноречью,
Когда идёшь путём ты Млечным.
Как тяжко этот груз нести!
Мой путник милый! Всем - прости!"
Не предавать друзей предавших,
И в тишине произнести
За всех, трусливых и молчавших.
За всех ленивых – ночь не спать,
За глупых - тайны раскрывать,
Блистать за скучных и за серых,
Любить бездарных, неумелых,
Внимать чужому красноречью,
Когда идёшь путём ты Млечным.
Как тяжко этот груз нести!
Мой путник милый! Всем - прости!"
У таких женщин-богинь, если они выбирают достойного, высоко духовного мужчину, рождаются херувимчики, а не потомки, смахивающие на ранних предков человека.
Всем известный художник Эль Греко изображал фигуры свято верующих в Христа и самого Исуса астеническими, вытянутыми к небу (к богу). В статье журнала «Смена» (1990, № 6, с. 252) сообщалось, что у человека, упорно погружённого в интеллектуальный труд, удлиняются пальцы рук.
Совершенно неожиданно прекрасный пример взращивания духа и нравственного совершенствования показывает наш известный советский актёр Георгий Бурков (не чета сегодняшним «культурным» сторонникам хайпа и хейта вроде Кологривого).
Вот что он писал о себе в годы войны[sup]43[/sup]: «Мне тогда было восемь-девять лет, я был буквально напичкан оперой. У нас была в те годы очень хорошая опера. И балет тоже. Тогда в Перми в эвакуации находился ленинградский оперный театр, и я каждый вечер бесплатно ходил в оперу. Я мог пропеть любую оперу от увертюры до финала, со всеми ариями и хорами. Но потом получилось как-то, что понадобился зритель….Ну где самый доступный зритель? В госпитале, конечно. Мы приходили к раненым, причём сами по себе, не от школы, не от кружка, сами. Такая небольшая бригада. Играли скетчи, причём очень взрослые, я пел «Сердце красавицы» и все прочие арии подряд, причём и теноровые м басовые, любые. Мы имели бешеный успех. Никогда больше в жизни я не имел такого успеха. Они и смеялись, и хлопали, и рыдали. Всё было».
И далее суждения зрелого человека: «То, что во мне есть, некоторая органичность, это же не от бога, это от меня, от родителей, о предков, через многие колена это вышло наружу во мне, через меня. И я понял, что многое распылил. Вот есть у меня некоторая лёгкость, я могу общаться с разными людьми, находить сразу же общий язык, работать, так вот я это всё распустил. И лишь дружба с Шукшиным научила меня тому, что это всё нужно собрать. Держать в себе, за это нужно отвечать, что это нельзя разбазаривать, потому что это нужно не только мне. Это мои деды и прадеды. Я и за себя и за них в ответе. Как будто через многие поколения они вытолкнули меня на пустую арену, чтобы я заговорил (моё выделение жирным шрифтом).
__________
[sup]43[/sup] Бурков Г. Хроника сердца», М, 1998.
И это колоссальная ответственность. Люди просто так не приходят в искусство».
Однако пора переходить к конкретному содержанию, объявленному в заголовке.
Одна из главнейших позиций психотерапии Александра Лоуэна содержит в себе утверждение, что тело (ниже переносицы) является вместилищем подсознания. Исходя из этого и положений теории профессора М.Р. Могендовича, ранее высказана гипотеза об органическом, не функциональном происхождении неврозов[sup]44-45[/sup].
На основании многолетнего опыта телесно-ориентированной психотерапии на принципах А. Лоуэна было выражено суждение, что позиция овеянных легендами йогов о единстве души и тела имеет место реально быть в такой формулировке: психика (эмоции) и тело едины, а не различны. Во всех сложных терапевтических ситуациях, особенно в случаях длительного хронического страдания, использовалась именно телесная психотерапия как надежный помощник в разрешении представленных больным проблем. Чисто внешне она могла походить на гимнастические упражнения. То есть тело (подсознание) с его мышечно-сухожильным аппаратом было инструментом преодоления болезни и достижения здоровья, способом творческого поддержания здоровья (синонимичного искусству врача). Естественным продолжением этого сегодня служит идея, что подсознание может быть вместилищем значительной части здоровья и его сторожем. Попробую развить эту гипотезу.
В ранних публикациях[sup]14-17[/sup] неоднократно подчёркивалось, что расслабление брюшного пресса («мышечная броня») является первейшим условием преодоления хронических болезней на фоне невротических проявлений. Сегодня можно сказать, что эта терапевтическая манипуляция является главными «воротами» в подсознание (здоровье)!
____________
[sup]44 [/sup]https://rustarts.ru/Organich_model_razvitija.html
[sup]45[/sup] Швецов М.В. Гипотеза органического развития неврозов (теоретический опыт психотерапии А. Лоуэна)/ в кн.: Лесевицкий А.В. Логотерапевтические стратегии изучения этнопсихологических доминант российской цивилизации и конфликт их интерпретации в неклассической философии (на примере творчества Ф.М. Достоевского). – Пермь, 2025. – С. 185 – 192.
Как известно, для спортсменов характерен «стальной» брюшной пресс. Но уже не секрет, что профессиональные спортсмены мирового уровня нередко не доживают до пенсии, умирают от перетренировок (иногда в возрасте до 30 лет) или становятся инвалидами к 40 годам. Возникает вопрос: «Разве увлечение спортом не есть стремление к здоровью?» Не будет ошибкой заявить, что только любительский спорт без чрезмерных многолетних перегрузок может служить здоровью. Но и любители идут по жизни с перенапряженным в состоянии покоя брюшным прессом. Значит, с годами от «ворот» у них остаётся узкая лазейка в глубины подсознания и здоровья.
Многократно на приём являлись бывшие спортсмены, кандидаты или мастера спорта, которые говорили, что тренеры не могли научить расслабляться после нагрузок. Ничего себе педагоги, выпускники педагогических вузов! И такая ситуация едва ли не повсеместно в России.
Расслабление брюшного пресса – главнейший элемент терапии, за которым следует расслабляющая гимнастика для всего тела на 2-4 занятиях, чаще 2-3. Об этом подробно писалось ранее касательно общей медицинской практики и работы в женской консультации https://rustarts.ru/Kognitiv_psihosom_rastrojstva_perm_Shvecov.html. Тот, кто впервые сталкивается с подобной практикой, может удивляться столь коротким курсом терапии. Но так происходит почти всегда, если ты умеешь пользоваться великим законом медицины в интерпретации А. Лоуэна: тело лечит себя само в большинстве случаев! К слову заметим, что сам автор метода писал: «Не работайте с пациентом больше 6 лет!»
Вероятно, в нашей терапии речь идёт об особом врачебном искусстве…Известно, что дети рождаются правополушарными: они, действительно, живут и обучаются «в теле». Даже бронхиты и пневмонии у них лечат, в частности, массажами. Поэтому повторение пройденного в начале жизни бывает спасительным при хронических болезнях у взрослых. А если доктор «правополушарный»? Верно, у терапевтов с преобладанием левого полушария терапия может напоминать стайерский бег с препятствиями. Пациенты, которым медицинское учреждение не может предоставить возможности телесной терапии, становятся первыми кандидатами на роль «трудных», неизлечимых больных.
Попробуем дать характеристику «трудных» больных из книги А. Пэунеску-Подяну[sup]46[/sup]:
«Субъективные расстройства и функциональные проявления доминируют в клинической картине заболевания и составляют её основной характер, а физическое исследование предоставляет так мало объективных данных (или же они настолько неясны или незначительны), что появляется резкое несоответствие между ними и болями, на которые жалуется больной. В таких случаях познания и искусство врача подвергаются тяжёлым испытаниям. Такого типа больные являются для врача самыми трудными вопросами. Они составляют самые волнующие «случаи» его деятельности, случаи, поддающиеся самым различным интерпретациям.
Эти больные… редко жалуются на одно страдание. Почти всегда они жалуются на множественные расстройства, различные по виду, положению, интенсивности; они жалуются на всякого рода боли, зуд, онемение, колотьё, относящиеся к разным частям тела, но в особенности к глубоким внутренним территориям; или же жалуются на всевозможные функциональные расстройства: сердцебиение, нарушения дыхания, расстройства пищеварения, мочеиспускания и т.п. И часто всё сопровождается различными психическими реакциями, более или менее интенсивными, депрессивными, анксиозными, фобийными и пр….
[justify]Как было сказано, эти больные при обследовании плачутся, постоянно у
