- Но как же можно пропустить столько времени? - многостраничный поэт наблюдал за закатом так, словно бы не доверял ему, и тот пришёл слишком рано.
- Мой друг! Люди умудряются десятилетия в унитаз спускать! У них к этому особый талантишко! - натуралист мотнул головой, пытаясь скинуть с себя нервяк от произошедшего с Гле́ндой. - Как же сложно не иметь ожиданий! Я рискую ради алкаша, облачённого в облик чёрного зверя… Но разве задача тех, кто выбрал свет, не протянуть длань тому, кто во тьме?
- Человеко-тень профукал тонну годиков! Теко́! Я периодически перечитываю наши с тобой записи и уверен, что звери прелестными питомцами не станут! Может, бросим тени здесь? А когда экспедиция закончится, то хищники исчезнут, и мы будем помнить их пример, как наглядный образчик того, как делать не надо. В итоге: тигры - хорошие, люди - плохие, мы с тобой - прославленные и знаменитые, научный совет доволен, фруктовое дерево учит нас телепатией пользоваться… Как тебе план? - блокнот потирал страничками от предвкушения.
“Разве соломенная бумага, из которой ты сделан, такого желает?” - улыбаясь, спросил Теко́. Блокнот вспомнил про тугой переплёт листов и обложки и заговорил с отчаянием: “Нет! Организм требует верить, что каждая тварь не зря пришла в этот мир! Долбаная совесть! Я - дурак! Куда меня приведут моральные принципы? Люди глаголят, что чем шире у тебя объятия, тем твои руки легче прибить гвоздями к дереву! Варварство какое!” - многостраничный поэт запаниковал. “Разве прадедушка подарил бы мне дурака?” - белый тигр с уважением посмотрел на друга, а затем, затаив дыхание, переместил фокус внимания и указал блокноту с серебряными уголками на яростно шевелящуюся глицинию.
- Я чуть на небушко не отправилась, а они беседы философские на закате ведут! Какого желчемордого тру́хля Фруктан не делает мне гробик, блокнотик не сочиняет эпитафию, а ты, здоровяк, не умываешься слезами? Или уже другую тигрицу присмотрел в невесты? - Гле́нда пыталась снять с себя путы цветов, вечером кажущихся насыщенно лиловыми.
- Как же я скучал по твоему ворчанию! - зычно рыкнул Теко́ и резко провёл рукой по левой стороне лица, чтобы скрыть нервный тик. Он знал, что шипы, до смерти напугавшие его подругу, яда не содержат, но они опасны иначе, поэтому переживал, как организм любимой отреагирует на зелье, содержащееся в спиралевидных щетинках, расположенных на шишках мёртвого соснового леса.
- В верном направлении мыслишь! Жениться нужно на той женщине, шизанутость коей ты в состоянии выносить! Помоги же мне стянуть с себя цветочное убранство! - вознамерившись выбраться из объятий вьющейся глицинии, девушка ещё больше в ней запуталась.
- Брать в жёны следует ту, которая не стесняясь орёт на тебя. Искренний ор означает, что женщина доверяет мужчине. При постороннем мужичонке дама хайлить не станет! И если оценить опыт нашего общения, то ты мне доверяешь дюже сильно! - тигр присел на корточки и стал нежно распутывать длиннющие цветы. - Да не дербань же стебли, я помогу!
- Я бы сейчас съела гору цукини! - сказала Гле́нда, удивительно покорно ожидающая пока её достанут из объятий глицинии.
- Благодаря фруктовому древу, у нас есть подсолнечное масло, огурчики, томаты, петрушка, зелёный лучок, шампиньоны, мандарины и апельсины. Если всё это вместе смешать, получится цукини? Ну, просто я вообще не одупляю, что за хрень ты хочешь! - Теко́ только сейчас понял насколько голоден (пока подруга была в отключке, он даже думать забыл о еде).
- Мне привиделась покойная мать человеко-тени, - сказала архивариус тихо.
“Только вот откуда я узнала, что её нет в живых?” - в голосе белой тигрицы сквозила участливость. Во сне я находилась в мире людей, почти на окраине города, в котором проживает восемьсот тысяч населения. Было утро, и я шла по тропинке, уходящей немного под уклон, вокруг неё росли деревца и трава в виде разбросанных жухловатых пучков, слева ездили металлические коробки на четырёх колёсах, но моё зрение с той стороны плыло, и я толком не смогла их рассмотреть. Хотя, если сказать честно, то и желания-то не было. Мне кажется, сии устройства для передвижения вызывают антипатию у многих жителей параллельной вселенной, но они всё-равно пользуются автомобилями, покупают потому, что так принято, а надобности-то и нет… К хватанию товаров их сподвигает низкая самооценка. Например, купил сын автомобиль, и отец тут же несётся приобретать более крутой, чем у отпрыска, хотя до этого спокойно ездил на том, что есть. Те, у кого машины нет, сетуют и берут кредиты, а когда приобретают устройство жалуются на дороговизну его содержания. Не понимаю, зачем покупать вещь, которая не приносит кайфа? Складывается впечатление, что психика обитателей зеркального мира требует страданий, и они ищут вместилище её расположения, не могут вынести, когда всё хорошо, и высасывают из пальца повод для скорби. Люди так преуспели в придумывании мифических проблем, что самобичевание стало национальной забавой. “Для сравнения, сексуальные фантазии у них куда менее развиты!” - Гле́нда осклабилась.
“Находясь в человеческом мире, я передвигалась, словно в желе, пространство тягучее такое, заторможенное…” - исследовательница перебирала пальцами воздух. Справа начался забор, сооружённый из подручных материалов: металлическая ржавая сетка, разномастные дощечки, прутья, отломанные кроно-головы юных деревьев. Прости, Фруктан, что говорю это при тебе, но из песни слов не выкинешь! Затем я увидела двухэтажный дом, обезображенный износом и иррациональным использованием территории: дворика нет, наземные трубы обмотаны рваным утеплителем, придомовая территория поделена корявыми заборчиками на лоскуты земли, словно каждый житель отгородил себе место для захоронения, установив на нём бочку с водой для полива могильных цветов и накидав кучу лопат для выкапывания ямы. В жилище из искусственных камней проделано два входа. Около первого никого не было, на пороге второго тоже, но когда я зашла во вторую дверь, то увидела на ступеньке худую женщину, облачённую в чёрные одежды: платок, завязанный на шее сзади, и юбка с кофтой или платье, я точно не рассмотрела, потому что глаза своевольничали, точно не желая всматриваться в данного представителя зеркальной вселенной, чтобы в дальнейшем не испытывать тяжкого ощущения от воспоминаний.
Женщина сидела, сутуля спину, лица не видно, колени сведены вместе, на ногах ботинки на низком квадратном каблуке, тонкие изящные ступни. Я села справа от неё, обратив внимание, что старые растресканные перила покрашены светло-голубой краской - единственно приятное в доме, будто бы кто-то старался красивым гримом оживить неоживляемое. Женщина сказала: “Гле́нда, я так скучаю по тебе! Когда ты придёшь ко мне в гости?” Меня пробрала дрожь, находиться рядом с ней стало жутко, хотя я чувствовала, что ничего плохого мне не сделают, что она уже наказала себя за все ошибки и теперь истинно добра. В моей голове возник вопрос: “Как же сказать женщине, что она умерла?” - и тут, точно прочитав мои мысли, сидевшая по левую руку представительница загробного потустороннего космоса чуть повернула голову в мою сторону и со страхом произнесла: “Я не хочу говорить о том, что было утром!” Я осознала, что она умерла именно утром. Встав на ноги, я почувствовала, как мне посылают сигнал из послежизни, он исходил сверху, шёл по диагонали прямо мне в макушку, я не испугалась принимать его, но наершилась, перенапрягла тело, закрыла глаза и оказалась здесь, с вами, друзья… Мать человеко-тени скучала перед смертью по сыну, сия эмоция длилась долго, а тот с детства затаил на неё обиду, которая во взрослом состоянии трансформировалась в игнор. Её разбил паралич, левая сторона тела отказала, но она всё равно продолжала готовить и мыть полы до блеска. Женщина делала всё, чтобы понравиться, но сын редко приезжал, затем успокоив себя, что за матерью ухаживает отец и социальный работник, перестал ездить к родителям пять лет назад и отвык от них. Родители человека-тени умерли один за другим, соседи разыскивают его, чтобы уведомить, а он застрял на Ло́твоне!
- Он остался в параллельном мире! Ты же сама видела его тело! Здесь лишь отражение! - Теко́ поразился попахивающему заботой о хищнике тону Гле́нды.
- Так ты не знаешь? - девушка уронила голову на колени.
- А что я должен знать? - белый тигр жадно ждал, но его спутница мешкала с ответом.
8.2. Кверху брюшком
Чем ближе я подбирался к намерению, что произрастает из сердечной жилы, тем голос мой становился тише, я говорил о желаемом мало или молчал совсем.
(прадедушка правнуку)
__________
[b]“Мы не можем существовать в двух мирах одновременно! - Гле́нда выпрямилась в полный рост и нагибала тело то в левую, то в правую сторону, разминая его после длительного лежания и отключки, затем покрутила головой, несколько шейных позвонков хрустнули. - Спасибо глицинии и южному пуховому мху! Сотворили мне мягкую подложку, а то бы каждая клеточка организма онемела! Скучаю по спальным тюфячкам и кроно-дому”. Ладно! Вернёмся к нашим баранам! Пока я тут валялась кверху брюшком, то побывала в зеркальной вселенной. В мире людей я видела свои руки, и они не были такими, как на Ло́твоне, а имели вид человеческих: тоненькие, женственные и голые, то есть без привычного
