Ты - это Я.

большой железнодорожной системы.
На платформе его встретили трое: двое крепких мужчин лет сорока и один сухопарый, невысокий, с морщинистым лицом и колючим взглядом. Это был Иннокентий Иванович, или, как его называли все, дед Кеша. Лет ему было около пятидесяти, но в глазах Влада он выглядел древним, будто вылез из какой-то старой советской хроники.
— Ну что, академик, готов трудиться? — хрипло спросил Кеша, прикуривая самокрутку.
Влад кивнул, стараясь не показать неуверенности.
— Готов.
— Вижу, как готов, книжный червь… — фыркнул бригадир и махнул рукой. — Ладно, пойдем, покажу, где инструмент держать.
Бригада состояла из четырех человек: сам Кеша, двое опытных рабочих — Сергей и Николай, и Влад, который пока был на подхвате. Инструментов было немного: два тяжелых молотка для забивки костылей, два лома и стяжное устройство.
— Сегодня работаем на третьем километре, — объяснил Кеша, шагая по насыпи. — Там шпалы кое-где просели, надо подбить.
Сергей, коренастый мужик с густой щетиной, покосился на Влада:
— Ты хоть молоток в руках держать умеешь?
— Держать-то умею…
— Ну, посмотрим, — усмехнулся Николай, высокий и жилистый, с вечной ухмылкой.
Работа началась. Кеша показывал, как правильно выравнивать шпалы, как забивать костыли. Влад старался не отставать, но руки дрожали от непривычной нагрузки.
— Эй, студент, не так! — рявкнул Кеша, видя, как тот машет молотком. — Ты ж не дрова колотишь! Бей точно, одним движением.
Сергей и Николай переглянулись.
— Да ладно, Кеша, парень же первый день, — сказал Сергей.
— А мне плевать, первый или сотый! — огрызнулся бригадир. — Раз взялся, то работай как надо.
Через пару часов понадобились новые костыли.
— Влад, сбегай на станцию, возьми ящик, — приказал Кеша.
— Бегом?
— Нет, на четвереньках! Конечно, бегом!
Влад вздохнул и зашагал по путям. Три километра туда, три обратно — почти два часа ходьбы.
Но странное дело: чем дальше он уходил от бригады, тем легче становилось на душе. День разгорался, солнце поднималось выше, нагревая рельсы. Воздух был чистым, пахло травой и смолой. Легкий ветерок шевелил листву деревьев, стоявших вдоль насыпи.
"Как же здесь хорошо…" — подумал Влад.
Он шел по шпалам, слушая ритмичный стук своих шагов. Вдали кричали птицы, где-то стрекотал кузнечик. Никакой суеты, никакого деда Кеши с его придирками — только он и бескрайние железнодорожные пути.
"Надо сегодня родителям написать, что все отлично," — решил он. А чтобы объяснить, почему задержался, придумал историю:
"По пути нас, молодых комсомольцев, встретил начальник путевой машинной станции товарищ Данилов. Чуть ли не на коленях умолял остаться, помочь. Обещал не только возместить расходы, но и хорошо заплатить!"
Он улыбнулся. Пусть родители думают, что у него все складывается как нельзя лучше.
На станции кладовщик лениво выдал ему ящик костылей.
— Ты с бригады Кеши? — спросил он, зевая.
— Да.
— Ну, держись… — усмехнулся дежурный. — Он у нас строгий.
Влад лишь пожал плечами. Да, Кеша был неприятным типом, но разве это главное? Главное — что он здесь, на воле, под открытым небом, а не в душном цеху или конторе.
Обратный путь казался короче. Он нес ящик, насвистывая себе под нос.
"А ведь это и правда, что для счастья не так уж и много надо" — подумал он.
И пусть работа тяжелая, пусть бригадир ворчит, но зато вокруг такая красота, такое спокойствие…
Он еще не знал, что скоро получит новый разнос от Кеши за медлительность. Но пока это не имело значения.
Пока что он был счастлив.
 
 
Глава 18.
 
       На завтра Влада отправили на погрузку шпал. Шпалы были деревянные, пропитанные какой-то черной жидкостью, тяжёлые, как из металла. "Да-а, это тебе не костыли таскать"-думал он каждый раз, поднимая один конец шпалы и подтаскивая её к кузову машины, где  ее специальными щипцами подхватывали молодые ребята и затаскивали наверх, укладывая в штабеля. Когда кузов заполнялся, машина с ребятами уходила на "точку" и это были минуты отдыха для Влада. Через какое то время машина возвращалась и все снова повторялось. К вечеру руки и спина болели и ныли, как после хорошей тренировки. Через день новое назначение, теперь надо было лопатой отгребать гравий от старых шпал, чтобы потом их путейцы смогли вытащить из под рельсы и заменить на новые. В общем, скучать, не было времени. Так прошла неделя. Влад успел познакомиться почти со всеми обитателями городка на колесах. Публика здесь была разношерстной. Были ребята из Татарии, Башкирии, Украины и, даже Китая. С одним парнем, Борисом, Влад сблизился больше, чем с остальными. Наверное, потому, что они были одного возраста и жили в одном вагоне, только в разных купе. Боря выглядел как мальчишка, худой, невысокого роста, черноволосый, черноглазый, подвижный как воробей. Влад рассказал ему про Ташкент, и Борька загорелся той же идеей перебраться туда ближе к зиме.
      В пятницу вечером Влад пришёл с работы и сразу же обратил внимание, что в купе чего то не хватает. Не было вещей Василия. "Что это? Уехал и не предупредил! " -  мелькнула первая мысль. За ней тревожно забилась следующая : "Почему? Почему без намёка сегодня утром и без предупреждения?" Влад кинулся к своему рюкзаку и полез в самый дальний потайной угол в нем. Заначки не было. Т.е. последние жалкие рубли, что еще чуть-чуть поддерживали его существование, бесследно исчезли.  Исчезла и кожаная куртка, что висела рядом с дверью. Куртка, которую Влад специально не стал продавать в Иркутске, потому что знал, как она его будет выручать в дороге. А ведь за неё могли бы дать хорошие деньги. Теперь ни денег, ни куртки. Дверь открылась и в купе зашли Юрий, Николай и Борька, соседи по вагону.
- Где Васька? - хмуро спросил Юрка. Его тон не предвещал ничего хорошего.
- Не знаю. - растерянно ответил Влад.
- Он нас обворовал. - зло  сказал Николай.
- И меня тоже. - Влад стал приходить в себя. В нем проснулась злость. "Если Юрка и Колька сейчас полезут  драться, то с двумя я справлюсь. Борька не станет их поддерживать."
-  А у тебя он что спёр?- уже более миролюбиво спросил Юрка.
-  Деньги и куртку. Может еще что, надо посмотреть.
-  У меня свитер и сумку.
-  А у меня две банки тушёнки. - засмеялся Борька.
Напряженность спала, но облегчения это не принесло.
- Догнать и навалять по полной. - Николай сжал кулаки и потряс ими.
- Столько поездов прошло через станцию в разных направлениях. Где его искать? - глухо произнес Юрий и повернувшись, вышел из купе. За ним ушел и Николай. Борька покрутился еще немного, и видя, что Владу не до него тоже ушел. Влад, оставшись один, стал считать то, что у него осталось. А осталось всего ничего.       
 
    На завтра Влада отправили на погрузку шпал.  
Раннее утро встретило его холодным ветром, гуляющим по бескрайним железнодорожным путям. Небо, затянутое серой пеленой, нависало низко, словно готовое вот-вот пролиться дождём. Вокруг тянулись бесконечные рельсы, уходящие в туманную даль, а под ногами хрустел щебень, перемешанный с угольной пылью.  
    Шпалы, которые предстояло грузить, были старые, деревянные, пропитанные едкой чёрной жидкостью. Они лежали грудами, тяжёлые, словно отлитые из чугуна, и от них исходил резкий запах креозота.  
«Да-а, это тебе не костыли таскать», — каждый раз думал Влад, с усилием поднимая один конец шпалы и волоча её к кузову машины.  
Молодые парни, стоявшие в кузове, ловко подхватывали шпалу специальными щипцами и укладывали в штабеля. Их загорелые лица блестели от пота, а руки, привыкшие к тяжёлой работе, действовали быстро и слаженно.  
— Давай, давай, не задерживай! — покрикивал один из них, высокий, с хищным профилем и узкими глазами.  
Влад молча кивал и возвращался за следующей.  
Когда кузов заполнялся, машина уезжала на «точку», и тогда наступали редкие минуты отдыха. Влад садился на насыпь, доставал смятую пачку «Беломора» и, закуривая, смотрел вдаль, где за туманом угадывались очертания леса.  
Так прошло несколько часов. К вечеру руки и спина ныли, будто после изнурительной тренировки. Но Влад не жаловался — он привык к труду.  
       Неделя на погрузке пролетела незаметно. За это время Влад успел