тех рвов с клокочущей кровью в виде извивающихся смертоносных растений, наподобие анчаров, то есть, баобабов смерти, источающих яд нескончаемой агонии. Кто и после этого смог уцелеть, подвергаются нападениям гончих псов. Богохульники и банкиры, как наиболее мерзкий, подлый и неисправимый народец, отсылаются под всё тот же универсальный огненный град в раскалённую пустыню. Там-то на всеобщем похмельном финише и охлёбываются по полной своими истинными прибылями и прочими дивидендами, на все лады распевая народный гимн преисподней: «Пойду ль, выпью ль яда я в том йаду!».
Существует несколько иное толкование устройства главного, седьмого круга. Общее предназначение остаётся прежним и весьма однозначным: он прежде всего для тех, кто совершил насилие. Неважно под каким предлогом или во имя чего! Любое! Но таких грешников в сущности насчитывается столько же, сколько всего перебывало на свете людей! Поэтому центральный круг преисподней, как никакой другой, беспредельно сложен и многоуровнен. Страна в стране, как Москва в России, даже хуже. В первую очередь седьмой круг, как основной, ведущий субъект ада разделён на три пояса или уровня:
Флагетон – так называется его первый пояс. Сюда демоны приносят тех, кто совершил самое примитивное, часто инстинктивное насилие над людьми, убил кого-то, по ходу дел изнасиловал или просто тупо ограбил. Это тираны, разбойники и грабители. Низший, но всё-таки базовый уровень. Хорошо известно, что эти грешники практически сразу и промедления отправляются кипятиться во рву из раскалённой крови, по его берегам скачут всё те же кентавры и как адские мамелюки метко стреляют в тех, кто выныривает, отхаркиваясь запёкшимися кровяными сгустками.
Лес самоубийц, таков второй пояс. Он естественно предназначен для тех, кто нахально «вернул билет Творцу», без всяких условий отдал его по собственной воле, то есть, самые крутые святотатцы. Но не одни они туда попадают, но также и те, кто спускает наследство и собственные состояния, - азартные игроки и моты. Транжир, промотавших отцовское наследство, истязают гончие псы, а несчастных самоубийц, как сказано, немилосердно рвут в клочья смрадные, но зато отпадно глючные красавицы гарпии, кровожадные полуженщины-полуптицы.
Наконец всё тот же много раз поминаемый, третий пояс седьмого круга (иногда отдельно называемый и третьим кругом) - «Горючие пески». Он предназначен для богохульников, а также разнообразных клинических девиантов из ЛГБТ, а также уже упомянутых половых разбойников, по определению ни в чём себя не ограничивающих. Наказанием выступает всё тот же универсально огненный дождь в раскалённой пустыне. Тот ещё себе оргазм! Един на все случаи! И, главное, в силу своей неоспоримой фундаментальности, никак не останавливаемый и потому не прекращаемый. Поскольку кому что нравилось по прошлой жизни, тот теперь тем и бесконечно давится.
Охраняет седьмой круг ада во всех его интерпретациях не кто-нибудь, а сам легендарный Минотавр. Тот самый убитый Тесеем человекобык, пасынок царя Миноса и плоть от плоти внук неисправимо ветреной и пошлой Европы. Отчим Минотавра считается основателем Минойской цивилизации, на вечном покое охраняет в аду круг второй. Это у него жена, по примеру свекрови Европы, загуляла с красавцем жертвенным быком и родила редкостное сокровище, ставшее впоследствии стражем высшего круга Чистилища, то есть, как раз самого Минотавра, славного внука Европы. Таким образом у этой адской семейки, со всех сторон завязанной на всё ту же Европу, образовалась почтенная династия такая, охранников и блюстителей преисподней. Отчим на втором круге адскую лямку тянет, так сказать, блюдёт. Пасынок на седьмом, куда более ответственном и опасном, потому как контингент тут подобрался во многом другой, куда более ушлый, которому и пальца в остатки ртов не клади.
Кадровая мысль Люцифера тут была вероятно такой: лишь человекобык по идее в состоянии усмирить какого угодно человека. Интересно, что развратников и самоубийц в головном приёмном распределителе ада ссылают как во второй, так и в седьмой круг. Кого первоначально, словно в следственный изолятор, к папе Миносу под охрану и предварительные пытки адского следствия, а кого потом или сразу – к человекобыку Минотавру на окончательно изнуряющее распятие. Возможность оправдания по суду тут меньше, чем даже при последнем главкоме или тем более Сталине – то есть, практически никакая. Редкого оправданного «счастливца» адская мясорубка выплюнет, забросит назад за границы преисподней, за пределы оловянной речки Стикс, в которой даже раки долго жить не хотят. Над чумной головой паромщика Харона просвистит тогда счастливец и падёт в прибрежные камыши в чём мать родила. Дальше самому приходится выгребать. Хоть на ту, хоть на эту сторону демаркационного потока между мирами. Если конечно вовремя не сообразить, что повсюду одинаково плохо, а все эти фишки мечтаний про райскую жизнь хоть где-нибудь расставлены повсюду лишь для дураков, то есть, подавляющего большинства всегда чем-то недовольных инсургентов, вечно шныряющих туда-сюда, туда-сюда.
Но в принципе вся эта история - квест наивысшего класса. Кому и как столь дикая карта на возможную пролонгацию инобытия ляжет, решают, разумеется, вовсе не сами обладатели нового «счастливого билета» на очередную свою ипостась. Тогда кто же на самом деле определяет, какого президента, царя или короля, какого самоубийцу или предполагаемого еретика, лжеучителя или прочего растлителя душ куда, в какой круг и на какую в нём полочку в аду отправить?! Вот за эту-то функцию функций как раз и отвечает сам хозяин адской котельной душ, её единственный и полномочный кочегар - Люцифер. Тот самый ангел утренней зари, некогда сорвавшийся с неба в самое глубокое подземное царство планеты, чтобы самостийно править им, а через него на удалёнке и дарованной ему в отступное пользование некоей плесенью, иногда называемой жизнью. Конечно, довольно хлопотной штукой, да уж какая попалась. Дарёной плесени в зубы не смотрят.
С незапамятных времён в заповедный свой крокодилятник Люцифер спускает на очищение от несметных грехов и последующую переподготовку не абы кого, а наиболее отпетых мерзавцев и негодяев, тех самых умельцев, которые, по своему усмотрению распоряжаясь людскими массами, с предельной выдумкой и криминальным талантом творили наиболее чёрное дело на Земле, убивали всех вокруг себя, при этом развязывая кровопролитные войны и вовне. Одновременно с этим главным устроителем преисподней делалось и другое, куда более важное для жизни-плесени дело - рекультивации основополагающего зла. То есть, его несущей ипостаси.
После каждой новой перезагрузки душ неизменно вставал один и тот же вековой вопрос - куда девать с такими трудами наработанных носителей Зла. И всякий раз находилось одно и то же решение. Обратно двигать на Землю, универсальную помойную яму. Прежде всего в качестве наиболее вероятных ставленников новой генерации чёрных дел, очередных носителей и проводников любой следующей власти, наилучшей проводницы Зла на Земле. Власть никогда не должна превратиться в по-настоящему гуманную систему управления обществом, иначе она самоуничтожится. Власть по самому своему определению может быть только в той или иной мере деспотичной, если конечно хочет оставаться действительно эффективной. Но такой ей для своей реализации как раз и нужны именно эти, формально очищенные, хорошо переобученные, модернизированные, но в сущности всё те же вековые и тысячелетние палачи и мучители людей. Истинное мастерство в столь руководящих делах ценится особенно. Просто так в отвал настоящего мастера заплечных дел никогда не спустят, должности не лишат. Повсюду сгодится любой действительно ценный кадр. В случае достижения позитивного результата он пойдёт и на второй круг, и на пятый-десятый. Пока не останется одна шкурка. Не исключено, что потом хорошо обкатанную фигуру можно будет запустить на новый виток и по Большой Земле, которая под солнцем по-прежнему для чего-то вертится. Может быть там очнётся какой-нибудь новый правитель в облике более удачливых потомков или преемников прежних злодеев, поскольку алгоритм восходящей преемственности Зла срабатывает всегда и везде. В сущности только ему одному повсюду и горит зелёный свет.
В одиночку, сами по себе ставленники нового Зла, включая самых могущественных и наиболее безжалостных президентов не могут отправлять властные полномочия над не всегда послушной им человеческой биомассой. На самом деле седьмой, «правительственный», то есть, красный круг или зона ада выполняет важнейшую кадровую подготовительную работу по структурированию грядущих формаций беспрестанно волнующегося человечества. Именно в этом круге усилиями дьявола, а больше-то и некому, создаётся реальное будущее Земли. Заранее формируются когорты высокопрофессиональных управленцев, заведомо не имеющих в себе ни капельки сострадания к людям. Таких отобрать и вымуштровать можно только в аду, лучшем кадетском училище и одновременно академии госуправления. Под неусыпным профессиональным контролем самого Люцифера, их бессменного ректора, великого магистра Зла. Только у сатаны проходят переподготовку легионы земных управленцев высшей пробы, то есть, его непосредственных ставленников. Для транслирования типа однажды и навсегда установленной власти создаются даже своеобразные династии кровью испытанных властителей, далеко не по одному лишь принципу преемственности собственной крови сколоченные, но и в силу самых банальных непотизма и кумовства, как ни странно по-прежнему работающих с высочайшей эффективностью.
Сами по себе какие угодно посланники дьявола просто так не возвращаются на Землю и тем более не приходят потом к власти стихийно, то есть, будто бы случайно, якобы непредсказуемо. Их непременно, чуть ли не за руку приводят к ней на своём излёте действующие предшественники и только затем подхватывают непосредственные наставники и кураторы из преисподней. Всё диктует сама структура умело сконструированной общественной среды, её предельно сбалансированная Система, которая всегда сильнее чьих-либо отдельных намерений. Именно ею раньше всего перевоссоздаётся феномен всепроникающего духа эпохи, выражаемый в деятельности разветвлённых групп поддержки, пулов или даже полнокровных страт, аффилированных с действующей властью, загодя и вплоть до отдельного исполнителя пропитанных той самой, исходной, дьявольской начинкой. Все они согласованно и словно единое гравитационное поле расточают вокруг себя феерически заманчивые благодати и одним этим привлекают к себе массы всё новых и новых сторонников и последователей, тут же начинающих вращаться вокруг неё. Кто из живых существ при такой выпадающей ему возможности не прильнёт к необременительному источнику блаженств, не захочет быть причастным к благодетельной власти, в непререкаемом одиночестве распоряжающейся всем дебитом этой бессмертной скважины?! Она же исключительно по собственному произволу кого хочет подключает, а затем и отрубает от
