было тому владыке и без коня остаться, и без державы своей, а также без штанов и без гульфика к ним. Только «мама!» и оставалось басом голосить. Дело оставалось лишь за тем, что самой-то мамы у Люцифера никогда не было, впрочем, как и папы.
На первом этапе искривления пространства и последующего фронтального предъявления угрожающих поз, телодвижений и других тактических маневрирований воздушной армады своих суккуб и демонов Лариса так ничего и не добилась от чужаков, без приглашения вторгшихся в территориальные владения преисподней. Тем более не в состоянии она была и хоть как-то расколоть, зацепить изнутри, тем более расколоть монолитное единство русского спецназа. От невозможности предпринять что-либо по-настоящему действенное, но по привычке наводить на всех восхищение, в том числе страх и ужас, и потому для острастки продолжая завывать и сверкать глазницами наподобие одичалых патрулей преисподних ментов, верховная суккуба ада мгновенно ретировалась в направлении Большого Преисподнего Облака. Туда-туда, в район Девятого круга, где под куполом ада располагалась ставка его Верховного главнокомандования и сидел, растерянно ковыряя в носу и ушах, сам верховный сюзерен царства тьмы, посылающий всех на смерть недрожащей рукой. И чё делать-то теперь, этот посылальщик и сам не знал. Приходилось ждать. Либо болезненной нахлобучки по самые уши неизвестно чего и от кого, либо величайшей из внезапных перемог, что теперь казалось уж вряд ли.
А на месте продвижения небольшого отряда спецназовцев, едва отступившая Лариса со свистом пропала, ввинтилась в некую наседающую прорву, так будто схлопнулась часть пространства вокруг и мигом затянулось окно дальнейших возможностей что-либо предпринимать. Словно и не было никого и ничего ни до этого момента, ни во время дления оного, ни рядом, ни даже чуть-чуть поодаль. Никто никому ничем не угрожал, да и не было ничего такого. Впрочем, такое состояние быстро схлынуло.
Как ни в чём не бывало оперативники сверхглубокого рейда спецназа ФСБ, «Лисоплащ» и «Волкодав», продолжили свой путь к некоей роковой черте, за которой со временем вполне мог закончиться заветный седьмой круг ада, тот самый, заключительный из кругов великого Чистилища, после которого из ада выдачи нет. Это им детей на Земле пугают с колыбели. Это он у всех мыслителей притча во языцех. Это он фактически призван производить регулярную санацию и секцию человечества. Не замедляя своего продвижения, выглядывая Ларису в несущихся багровых тучах, спецназовцы не переставали изредка подсмеиваться, слегка недоумевая, чего этой расфуфыренной фурии от них на самом деле было надобно. Может быть, и вправду на понт брала?! Понятно им оставалось только одно: на обратном пути Наташу Овчинникову придётся серьёзно выручать, как бы не с настоящими тяжёлыми арьергардными боями вытаскивать из самого адова пекла, но на самой его границе. Тайком же, втихую, не привлекая ничьего внимания, как некогда Эвридика или Ариадна, Наталья вряд ли выскользнет обратно в жизнь из лабиринта преисподней. Да и сами оперативники, как Орфей или Тесей, не имея под рукой ни путеводных красных нитей, ни иных надёжных маяков для срочной эвакуации из геенны огненной, также никак не обхитрят и не запутают несущиеся следом за ними карательные отряды вездесущих и всесильных бесов. Повторного шанса спастись не будет. Это было известно с древности: живой человек не может дважды войти в царство мёртвых, не говоря уже про выйти. Поэтому либо сейчас они что-то важное сделают, либо никогда.
Генеральное сражение на выходе из преисподней становилось всё неизбежнее. Когда им отрежут все пути к отступлению, спецназовцы вполне могли оказаться запертыми в котле внутри того света. Назревала поистине замечательная перспектива печального конца. Поэтому заряды в лептонных дезинтеграторах и бозонных излучателях оперативникам приходилось строго экономить, беречь для последнего прорыва из коварного ада. Тот завершающий бой и в самом деле может разгореться нешуточный и в любом месте, потому что отступать всегда тяжелей и опаснее, чем наступать. Ставкой, разумеется, может быть только их жизнь, универсальная валюта всех миров.
Так ситуация просматривалась прямо сейчас, когда из складывающейся вокруг невнятицы даже навскидку можно было предвидеть самое худшее. А вдруг по трубному призыву князя тьмы, возвестившему о преисподнем отечестве в опасности, и в самом деле будет объявлен среди чертей и всех верноподданных покойников всеобщий сполох и переполох?! Что если, помимо иррегулярных, подтянутся и стратегические резервы со всего бескрайнего ада – как в таком случае идти на прорыв через Стикс обратно на Большую Землю, в жизнь?! Как можно будет деблокировать стратегический котёл, явно готовящийся для них?! Посекут же всех на последней переправе! Вечно пьяный Харон наверняка сбежит на дальние затоны Стикса якобы порыбачить, да и паром свой обязательно угонит, чтобы не достался врагу, а у оперативников в распоряжении имелись только индивидуальные средства переправы через адские реки. Понтонный мост поставить наверняка не смогут, даже если запросят внешнюю поддержку со стороны живого мира Земли в качестве вспомогательного удара по внешнему фронту окружения. Как бы не пришлось оперуполномоченным спецназа ФСБ с Наташей и кое-с-кем дополнительно на руках вплавь самим форсировать затягивающий в свои жуткие топи оловянный Стикс. Этот «кое-с-кем» представлял собой огромный тубус за мощными плечами капитана Хлебникова, а в нём должно было разместиться ни много ни мало, а не менее двух сотен крохотных лептонных клубочков репатриантов из преисподней, выбранных практически во всех пройденных её кругах. Действительно изрядное количество знаменитых человеческих душ спецназовцы должны будут вынести из ада исключительно для последующей витализации и возвращения в мир живых потомков, чтобы подстегнуть их дальнейшую эволюцию. Такова была вторая, основная часть стратегического замысла Верховного, непрерывно транслируемого оперативникам спецназа через постоянно действующие порталы центра управления полёта к огнедышащему центру Земли: всё остаётся в силе, в любом случае враг должен быть разбит, а победа остаться за нами.
Однако по закону подлости (первому правилу Мэрфи) из множества вариантов развития ситуации кажется стал выпадать всё-таки наихудший сценарий. Пока особо не спеша и не слишком приметно, но наверняка в самый переломный момент он всё же запустится в полной мере. Пространство вокруг начнёт выпадать в осадок или даже скручиваться в кулёк, всё более ограничивая кругозор и свободу маневра. На то указывал сейчас и гремящий по всем адским наушникам новый громовой бесовский клич: «Преисподнее матечество в опасности!». Он наверняка и последних мёртвых поднимет, вырвет из могил и пылающих гробниц, да вместе с полностью отмобилизованными соединениями демонов, заложных покойников и остающихся несусветных разбойников всех мастей бросит в действительно последний и решительный бой. Что же оставалось спецназовцам делать в таком случае, как не добиваться по-прежнему того, что должны?! Всякий раз с упреждением прорывать складывающийся очередной огневой мешок преисподней, задолго до точки невозврата, того самого момента, когда царство тьмы не начнёт угрожающе и необратимо искривляться, формируя плотное кольцо окружения, а потом схлопываться в погребальную точку.
А если к месту переправы в критический момент и в самом деле подоспеют многочисленные отряды свеже-мёртвечинного ополчения, в спешке сколоченные по всеобщей мобилизации верноподданных заложных покойников и гражданских демонов?! В каких условиях, с какими боями на выходе из ада пришлось бы отступать к тому самому входному свищу в земной коре, сквозной котловине между двуглавым, до поры до времени спящим вулканом Эльбрусом и Ушбой, мрачным «Вертепом ведьм» с сопредельной территории?! Наверняка несущаяся по пятам вздыбленная преисподняя вполне в состоянии будет и вулкан тот разбудить со всёсметающими из него потоками лавы, и миллионы ведьм для диверсионно-партизанской войны в тылу землян пропустить на Большую Землю через всегда безотказный портал Ушбы, а потом с их помощью устроить уже на самой планете вселенский огненный мешок, долгожданный конец всех её времён и народов.
В таком случае словно в пазле у зависшего создателя мира, сложится вполне примечательная картинка давно накаркиваемого Апокала. Настигающие силы ада скорее всего смогут захлопнуть этот самый геосинклинальный свищ, сквозь который до всех последних событий и начинался непосредственный путь спецназа в преисподнюю. В таком случае ему, оказавшемуся внутри такого блуждающего котла ничто, никто и никогда помочь не сможет. Останется последний вариант, каким бы он тягостным ни оказался по последствиям. Когда земной Верховный всё-таки решится и нанесёт превентивный удар тактическим ядерным оружием по контратакующей его преисподней. И тем самым заткнёт её миллионнолетний свищ, точнее пасть ненасытную.
Впрочем никто не сказал, что и в таком случае всё завершится хорошо. Толку никакого вновь может не получиться. Лишь бессильный свист в спину уходящему чёрту лысому. И удар по своим же десантникам, самоотверженно вызвавшим огонь на себя. А это, как обоим спецназовцам казалось, почему-то было не очень желательно.
Чтобы оставаться в прежнем темпе наступления, следовало подавить и отмести малейшие сомнения в душе, сеющие неуверенность и подрывающие решимость, в тот самый момент когда они более всего требовались. Скорее всего именно на внутреннюю неустойчивость земного десанта и делал ад одну из своих последних ставок. Поэтому любые скептические внутри себя колебания оперативникам нужно было немедленно устранить. Отнестись к предстоящим событиям с ещё большей ответственностью и собранностью, поскольку опасность не только оставалась крайне серьёзной, но и нарастала как классовая борьба.
Таким образом некую тень беспокойства и сомнения в успехе проводимой спецоперации верховная суккуба Лариса в оперативниках каким-то образом всё же заронила. Этот малый первоначальный успех ей теперь следовало всячески закрепить, а если получится, то и развить. Конечно, с помощью не одного лишь своего неотразимого сиреневого хвоста с подхвостьем этого добиться. Всё могло обстоять гораздо проще и хуже. Верховная ведьма ада явно имела возможность незаметно, исподволь и беспрерывно задавать десантникам всего лишь один вопрос, но на засыпку: а для чего они вот это всё проделывают?! Настолько сложную, тяжёлую и муторную работу, сопряжённую с невероятным количеством опасностей для самих себя и тех кто их послал – для чего конкретно?! Что именно стоило этого всего-всего?! Неужели одно лишь пожелание их Верховного?! В таком случае он намного более всемогущ, чем какой угодно сатана.
В самом деле, почему и зачем спецназовцы ФСБ получили приказ перехватить душу какого-то там не особо выдающегося предателя Скибы. Подумаешь, банально перешёл на сторону врага. Эка невидаль! Да таких на Земле море!
