И в бою, который будет скоро, Сойдет к вам сверху могучий Ленин

Тамерлан?
Ленин там же!
Когда он отошел из этого мира,
Его друзья, то-есть мы, облеклись в глубокий
траур
И беспрестанно восклицали:
— Ленин!.. Ленин!.. Вернись!..
Будьте внимательны,—
Он испил из чаши смерти тленного напитка
И прекратил бытие...
Такова участь всех людей...
Но славное имя будет жить в веках,
Будет Жить в веках имя Ленина.
Дехкан, не плачь! Ленина не вернешь!
Лучше подумай, как жить без него.
Записано а Старой Коканд® а сентябре 1924 г.

ПЛАЧЬТЕ, УЗБЕКИ
Плачьте, узбеки!
Ваше солнце погасло!
Лицо земли покрыла тень,
И черный мрак окутал небо.
Блеснули молнии,
А на земле им в ответ блеснули выстрелы,
Взвыли гудки!..
Заплакала земля!..
Заплакал народ!
Окаменели Россия и Туркестан...
И было это 21 января 1924 года.4 ■
О горе! Пролили столько слез,
Что ими можно было затопить кишлак...
О горе! Заплакали степи и пески!..
Слезами истекло небо!..
Вздохнули облака не громом,
А огненными вздохами!
Померкли звезды!..
После образования УэС С Р поэт Ишматов прибавил
к згой популярной песне следующее:

Он умер. Пусть! Но жива его мысль,
И она растет и идет вперед.
Он может быть спокоен,
Мы исполним завет его в точности.
Мы чтим его память...
Если бы он встал сейчас,
То лучшей наградой ему была бы радость
освобожденных туркестанских бедняков!
Записано в Ишан-кншлако Ферганской области.

О Н  У М Е Р
Все мы в этом мире смертны,
Пьем из чаши тленный, смертный яд,
И ни царь, ни нищий и ни грешдик
Не избегнут жала смерти!..
И над Лениным высоким и славным,
Занесена ее костлявая рука,
И он, в правлении которого отражалось
величие Александра,
И он... зажмите уши — вас поразит страш
ная весть.
И он — стисните зубы! — он умерШ
Его жизнь была чиста, как луна в небесах,
Он ни разу не сделал зла беднякам,__ р
Он был с ними так же добр, как был зол
с их врагами!
Его жизнь начала угасать давно. И угасла
не рано
-Для его лет, во слышком рано для нас,
И когда он умирал, сознание не остав
ляло его,
И на его устах были слова:
— Берегите бедняков и детей.
Записано в кишлаке Нияэбек Ферганской области со
слов Джурабаева в феврале 1934 г.

ТЫ УШЕЛ ОТ НАС НАВЕКИ,
ЛЕНИН!
В скорбные дни все мысли наши
Направлены к одному воспоминанию
И охваченные могильным сумраком печали.
Горестно восклицаем мы: Ленин!.. Ленин!..
И сильнее громов и шума ветра
Слышен наш голос, исполненный печали и слез
— Ты ушел от нас навеки, Ленин,
На кого ты покинул своих сынов!
И от плача истомленные
Мы вспоминаем дни,
Когда твое тело было предано земле,
И снова мы плачем горько и громко.
Над твоей могилой не молились богу
И не пели священных песен,
Но душа твоя беспрепятственно войдет
в рай,
И займет там место по левую руку аллаха
Но не слышат его уши нашего плача,
И недвижны его глаза.
И не скажут больше его уста
Золотого, сладкого слова...
Смерть в черном плаще ходит по земле
И не разбирает, кого разит своим мечом,
Но если бы, поражая Ленина, знала она,
кто он,
То выпал бы меч из ее руки.
Но пал Ленин, уязвленный холодным жалом
И потекли капли его крови, как рубины,
И каждая из этих капель стоила больше,
Чем все сокровища земли, собранные вместе.
И вот поэтому-то и поем мы так скорбно,
Поэтому льются слезы из наших глаз,
И в скорбные дни все наши мысли
Обращаются к воспоминанию о смерти
Ленина.
Записано в Коканде, нарт 1925 г.

КИРГИЗСКАЯ ПЕСНЯ
Солнце жжет наши степи огнем лучей
И летом выжигает степи совсем...
Если бы солнце стало вдруг так жарко,
Что выжгло бы горе из наших сердец..,
104
Мы изнемогли и устали
Горевать больше года о Ленине.
Убивает солнце зелень в степи,
Но нашего горя не может убить оно.
Наше горе жарче, чем солнце,
Наше горе больше, чем степи,
Наша грудь не вмещает его,
И оно в слезах просится наружу.
Когда орел парит под солнцем,
Он так высок, что его не видят даже глаза
киргиза.
Ленин летал мыслями выше орла.
И оттого, что его мысли были близки к солнцу,
Они были горячи и светлы, как солнце.
Змея, лежа в земле, холодна и спокойна.
Дух Ленина лежал в его сердце глубже, чем
змея в земле.
И он был горяч, но спокоен больше, чем
змея...
Когда стадо волков идет на тигра,
Тигр не встает даже с места
И не приготовляется к драке.
Ленин был сильнее тигра, и, когда на него
шли враги,
Ни разу не дрогнуло в испуге его сердце.
Ленин теперь умер и лежит в Москве,
Где солнце холодно и тускло,
А у нас он оставил жалость
О его мыслях и духе, светлом и горячем.
Сначала Ленин, глядя, как мы несчастны,
Жалел нас и боролся за вас.
Теперь мы, ставшие счастливыми,
Будем жить и бороться за Ленина.
Записано в Киргиз-кишлаке, Ферганской области, в фев
рале 1926 г.

КИРГИЗСКАЯ ПЕСНЯ
Б Москве, ъг каменном большом городе,
Где собрались все избранники народа,
На площади есть кибитка,
И в ней лежит Ленин.
Если у тебя большое горе,
И ничто не утешает тебя,
Подойди к этой кибитке
И взгляни на Ленина.
И печаль твоя разойдется, как вода,
И горе твое уплывет, как листья в арыке,
И новым горем — тихим — будешь охвачен ты,
Когда увидишь того, кто был отцом страны
И кого уязвило жало смерти.
Мы из своих степей
Возносим скорбный стон
О том, что умер Ленин,
Единственный, что такого уже не будет!
Мы любим Ленина, как любим свои степи.
Даже больше, — мы отдали -бы все свои
кибитки и степи,
Всех верблюдов, жен и детей, чтобы
вернуть его,
Но он в темном, страшном, неизвестном!..
Где нам искать его?
И мы плачем, и степь с нами плачет...
И плачут с нами луна и звезды!..
Они помнят Ленина! Мы помним Ленина!
И никогда ни мы, ни ввуки наших внуков
Не забудут его!.. Пусть порастут тугаями41
наши степи,
И пройдут по земле десятки поколений
киргизов,
Но последний из них, умирая, будет рад,
Что идет туда, куда ушел и Ленин...
Записано в Киргиз-кишлаке, Ферганской области, в фев
рале 1926 г.

ЗА ЧЕМ ТЫ УШЕЛ ОТ НАС, ЛЕНИН,
ТАК РАНО
Зачем ты ушел от нас, Ленин, так рано!
Ты сделал иного» но разве мало дела
осталось?
Для нас осталось дела — горы.
Нам трудно сделать все без твоего
руководства,
А ты все бы сделал сразу!
Если бы ты знал, как горевали мы о тебе,
Если бы ты видел потоки слез, от которых
бледнела земля,
Если ты видел бы нашу печаль, равной
которой не помним мы,
Если бы ты слышал наши стенания,
Ты бы не ушел от нас!
Ты остался бы с нами, великий пророк!
Правление твое было для нас слаще меда,
Уста твои сладко говорили для нас,
И легок был нам жизненный путь,
Ибо за всех думал ты один!
Где ты теперь, давший вкусить нам от древа
свободы?
Никто этого не знает! Ты поднял занавес
И шагнул из белого в черное43
И скрылся в неведомых краях!-.
Мы прожгли землю слезами
И не вернули тебя,
И в трудные дни повторяем мы горестно:
— Ленин! Ленин!.. Где ты, великий пророк?!
Записано в Ниязбеке, Ферганской области, со слов Джу-
рабаева, в феврале 1924 г.

СМЕРТЬ ЛЕНИНАI
На лице Ленина были видны
Благородство, смелость и честность,
И даже смерь не смыла с лица его
Эту печать, наложенную на него при рождении.
Когда настало 21 января 1924 года,
И в шесть часов пятьдесят минут отлетела
душа Ленина,
В этот роковой час дрогнули сердца всех лю
дей,
Одних от великой радости,
Других — от великого горя!
И в одном кишлаке, одной кибитке,
Разно думали об этом часе.
Хозяин-бай хотел плясать от радости,
А его работник мешал пот со слезами.
В городе рабочие плакали, как дети,
А торговцы, сидя в своих лавках,
Тайком улыбались от радости.
Дехкан в поле грел холодную землю слезами,
А его хозяин устраивал на радости плов...
И в землю опустили прах Ленина,
Горек был этот час!..
И в один миг полились слезы по всей России
и по Туркестану,
И по всем странам, где есть бедняки.
Русские звали Ленина просто „Ильич",
И это показывает, насколько он был близок
народу.
Мы не видели его ни разу,
Мы не слышали его голоса,
И все* та ки всем нам он близок, как отец,
Даже еще ближе,— ибо ни один отец
Для своих детей не сделал столько,
Сколько сделал Ленин для ыас.
Записано в Канибадаме, Ферганской области, в марте
1925 г. Автор песни — комсомолец Атабаев.

СМЕРТЬ ЛЕНИНА
Москва застыла в гробовом молчании,
И перестали от ужаса биться сердца у многих
людей,
Когда глашатаи прокричали о страшном со
бытии.
О смерти величайшего из величайших.
Ленин умер, и под его одеждой
Перестало биться сердце,
Любившее всех попранных и униженных,
Пачкавших лицо свое в пыли.
В его голове перестали виться светлые мысли
О людском счастье и радости.
И многие со страхом ожидали
Начала нового гнета и рабства,
И хотели поднять головы притеснители,
Но помощники Ленина не поддались отчаянию
И не потеряли мужества и ума.
Они, проливая слезы, все же взяли меч в руки
И погрозили им притеснителям,
И снова наступили на них тяжелой пятой,
И зорко смотрели во все стороны—
Не начинается ли где-нибудь опасность.
И остались опять люди свободными и счастли
выми,
Но не такими счастливыми, как раньше,
Ибо бросила на счастье холод свой печаль...
И теперь, где бы ни был бывший раб,
На веселом ли тое4" или на тяжелой работе,
Везде его мысли будет заслонять мысль о Л е
н и н е .
Орле, побившем стадо воронов
И освободившем терзаемых людей.
Записано в Кавкбадаме, в мае 1925 г.

Победную и радостную дорогу Ленина
Обрезала мечом черная смерть..
А была его дорога прямой и светлой,
Как млечный путь среди ночной темноты.
По его дороге были рассыпаны перлы его
слов,
Ума, благородства и силы,
Но смерть — слуга шайтана —
Не разбирает, кого уносит с собой.
Тяжела была дорога Ленину,
Потому что он первый шел по ней,
Он на своих ногах уносил впившиеся острые
камни,
Шипы и терны.
Он своими ногами охлаждал землю,
А мы шли за ним тю его дороге,
И была она для нас мягка и ровна...
Накаленные камни не жгли наших ног,
Он вынес всю тяжесть дороги,
Он своими руками убирал с пути нашего
камки,
И поэтому мы сейчас плачем о нем,
Что некому теперь расчищать нам путь.
Записана в Каннбадамс н мае 1925 г.

СЕРДЦЕ ЛЕНИНА
Ленин был стар телом, но молод сердцем,
И никогда сердце его не было покрыто
Коростой бесчувствия и злобы.
Сердце Ленина жило кровью,
Которая любила бедных,
И от крови сам Ленин
Любил бедных больше, чем себя.
Мы чувствовали его любовь к нам
И сами любили Ленина,
А когда Ленин умер,
Мы, как одна семья, плакали о нем, как
об отце.
Перестало биться его сердце,
Со дня рождения до смерти любившее нас,
И тогда замерли наши сердца...
Черное горе сжало их своими клещами...
Мы стиснули зубы, но не могли сдержать
стонов.
Мы замыкали глаза, но слезы брызгали
фонтаном.
И горевали мы о Ленине беспредельно,
И разрасталась река нашей печали
О т миллионов капель слез, вылившихся в нее.
Записано в кншлеке Палван-таш, Ферганской области,
со слов Отаханова.
1- й: — Люди! Спешите скорее сюда!
Оба:— Скорее! Скорее!
2- Й: — Мы споен вам новую песню!
О ба:— Новую! Новую!
1- й: — Мы споем, об'ятые печалью, о тем, кого
уже нет больше года,
О ком плакала вся земля!
Мы споем вам о нашем освободителе
Могучей рукой разорвавшем цепи!
2- Й: — Мы споем вам о Ленине!
Это имя знает всякий,
О т старика до ребенка.
Это имя для уставших
Подобно крепительному напитку,
Для умирающих — живительному
бальзаму.
1- й: — Люди! Слушайте! Не об Али, сильном
и могучем,
Будем петь мы сейчас.
И бо,— что Али по сравнению с Лениным?
Песчинка перед барханом,
Козявка перед слоном!
2- й : — Не о Тимуре споем мы вам,
Ибо Тимур перед Али
То же, что Али перед