У деревьев – жесты трагедий…
Это – заговор против века: веса, счета, времени, дроби
Се – разодранная завеса: у деревьев – жесты надгробий
Кто-то едет. Небо – как въезд
У деревьев – жесты торжеств…
Кажется, так… мда-с…
Я не заметил, когда Симона присела к столу и потихоньку потягивает из своего стакана этот «плехой вин»…
- Un beau poème… красива…
- Да, только на это уже стоило бы взглянуть. Хотя, я так понимаю, что это для них таинство, наверно?
- Nous avons peu de temps. Мало времени.
- И когда этот Номма домой собирается?
- Dans cinq jours… Пьять дней… и…
- Постой, постой! Что же получается? Через пять дней он отсюда линяет, а у меня программа еще почти три недели!
- Линьят? Как?
- Ну, возвращается к себе. Он же мне все срывает. Ну-ка, пошли к нему. Я ему выдам! Полная фигня выходит…
Вот тут я уже забегал по номеру. Эта новость никак не входила в мои планы.
- Володья, но…
- Что «но»? Что «но»? Он что, до конца программы не может дотерпеть?
- Володья… сиди. А то мой крыш ехай. Номма домой, Сириус, «Фружа» в цирк…
- И как это будет? Номма покинет шкуру бегемота, бегемот станет сам… сама собой… и что, сможет также работать дальше?
- Работай дальше… до финиш программ… Потом… потом «Фружа» в зоопарк, я Африка. Мой виз финиш
- Ну, почему сразу и в зоопарк?
- Она не сможет… Elle oubliera tout… она – дикий…
- Ладно, это уже не мои проблемы. Значит и ты тоже со своими… «партнерами», возвращаешься домой? – я подошел к окну и уставился в темноту.
- Oui…
- Может так и надо.
- Володья… - она почти неслышно подошла ко мне, по кошачьи ловко села на подоконник и вдруг своей ладошкой нежно погладила меня по щеке, - Володья… ты пойдем к Номмо? Demain… заватра?
- Не знаю… может быть. Peut être…
- Très bien. Тибе нужно бай… чтобы крыш бил на места…
Я поймал себя на мысли, что если я немедленно не отойду от окна, то еще минута и может начаться… Я отошел от окна, налил себе еще вина и залпом выпил целый стакан.
- Ладно, спокойной ночи… хотя, какая уж тут может быть спокойная ночь…
- Bonne nuit, jusqu′à demain… - Симона соскочила с подоконника и уже в дверях неожиданно сказала, - Володья… если ти хотель, я остаться… - и замерла.
Хочу я или нет, чтобы она осталась? Не знаю… вот ведь, раньше у меня таких вопросов не возникало… Я медленно стянул джинсы, выключил настольную лампу, лег в кровать и только тогда ответил
- Только если ты сама хочешь…
В темноте мягко хлопнула дверь. А на меня навалилась тяжелой тушей, усталость. Последнее, что я еще слышал – начался сильный дождь… или мне показалось, а это был не дождь, а так звучали струи душа в ванной…
17. «Ежики в тумане»
«Утро туманное, утро седое. Нивы…». И хотя давно уже не утро, а до ближайших нив топать и топать, но все же такого тумана я давно не видел. В окно из кабинета Ирины видно не дальше двадцати метров, прямо только несколько ветвей липы, у которой не видно ствола, а если высунуться в окно и взглянуть налево и вниз, то чуть видна очередь в кассу цирка. Вернее, призрачная молчаливая цепочка из восьми-девяти человек, медленно возникающая их серого тумана, поеживающихся от липкой сырости, и покорно, как на закланье пропадающая в вестибюле.
Дело сделано, по самым скромным подсчетам, выхожу на 80 процентов. Можно радоваться, потирать руки и плясать лезгинку, как это делает мой шеф, Андрей Николаевич, когда администратор привозит чистый навар наличными с очередной, непонятно какой, авантюрной по своей сути поездки. Дальше он «покажет» какую-нибудь часть, а остальное, как само собой разумеющееся, «уведет» от налогов в тень. Как, впрочем, и «гонорар» администратора, проставив в ведомости по зарплате смехотворно маленькую цифирку…
Все прекрасно, но настроение у меня, как и погода, мягко говоря, серенькое – а по сему выходит, что я, как ни крути, метеозависимый индивид…
В который раз начинаю мурлыкать слова романса и каждый раз, как только дохожу до «печальных нив», звонит телефон. Звонки тоже какие-то тусклые, невразумительные, как бы подернутые плесенью. В этих звонках… почти в каждом, присутствуют отголоски воскресного представления. В «просящих» звонках угадывается надежда на что-то необыкновенное, таинственное, звучит надежда на исполнение потаенного, сокровенного. Кому-то, хочется что-то непременно получить, не прикладывая к этому своего труда. Другим, отчаявшимся и опустившим руки, уставшим от борьбы, хочется попытать судьбу свою еще раз… быть может в последний раз.
Такая же вялая философия с таким же туманом бродит и во мне.
Все иллюзия, все обман! Только погружаясь в глубины своей собственной души, только собирая растерянные по дороге жизни крупицы своих ранее невостребованных возможностей, можно добиться многого, конечно, при условии, если это действительно необходимо…
Можно долго собирать в предложения, такие же красивые фразы, можно красиво рассуждать, но и они, ни фразы, ни рассуждения никогда не смогут дотянуться до истины, потому что истина…
Что за бред я несу? Это что, попытка уйти от реалий вчерашних «посиделок» с Симоной? От сегодняшнего сна, после которого я проснулся с тяжелой головой? От него в памяти осталось только то, что был Ихтиандром. И ничего более…
Судя по второй примятой подушке, еще по кое-каким признакам, Симона спала в моей кровати. А вот было ли между нами… вот это меня интересует больше, чем этот дурацкий сон. Честно говоря, не люблю, когда что-то происходит со мной, что потом нужно вспоминать, а не получается…
«Утро туманное…». На этот раз телефон звенит немного раньше. Ну, конечно, так и должно быть - за окном туман вроде бы начал рассеиваться и кое-где даже прорываются солнечные лучи, так что… еще повоюем…
- Да, цирк.
- Владимир, это вы?
- Нет, это тень отца Гамлета, явившегося из тумана вечности. Устраивает?
- Ну, вааще… Солнце мое, послушай, что в цирке происходит? Кажется, я что-то пропустила?
- Начало рабочей недели. Очередь в кассу. Ну, что еще?.. вот туман еще. И часто у вас такое творится?
- Что творится?
- Такой густой туман.
- Бывает. Ты мне зубы не заговаривай. Слухи ходят, что «Фружа» чудеса творит…
- Так на то и слухи…
Словно мухи, тут и там,
Ходят слухи по домам,
А беззубые старухи
Их разносят по умам,
Их разносят по умам.
- Ну, вааще… если ты, Владимир, запел, то дела у тебя, действительно неважнец.
- Дела-то как раз идут как надо, с превышением графика…
- Солнце мое… кхм… Ириния твоя, это… того… закатилась…
- И что с того?
- Может, замена нужна?
- Мариночка, не разыгрывай из себя шлюшку. Тебе как-то не идет.
[justify]- Ладно, проехали. Так что там