Ящик Пандоры
– Не верь ей – она актриса, а значит, лжива до мозга костей. Все женщины лгут, но актрисы делают это мастерски, ведь по долгу профессии они постоянно должны изображать на сцене чужие страсти и надуманные чувства. Это возбуждает, поэтому актрисы охотно предаются любви и в жизни, но любовь для них лишь выплеск эмоций. Бойся броситься в любовный омут с актрисой: она-то выплывет, а ты утонешь, – Анатолий для убедительности хлопнул своего приятеля Сашу по плечу.
– Перестань! – сказал Саша, потирая плечо. – Исидора – удивительная женщина и чудесная актриса. Я впервые увидел её в «Тётке Чарлея»: она играла Китти, одну из двух девушек, для женитьбы на которых влюблённые студенты Чарли и Джек подговорили своего друга переодеться в богатую тётушку из Бразилии.
– Как же, мы с Вероникой ходили на этот спектакль: хорошая вещь, смешная, безо всяких умствований, – улыбнулся Анатолий.
– Он давно идёт, я смотрел его десять раз ради того, чтобы видеть Исидору. На одиннадцатый решился подарить ей большой букет роз; пришёл за кулисы, она приняла мой подарок, – так завязалось наше знакомство. Но у неё куча поклонников, и мне кажется, что среди них есть и любовники. Иногда я ревную безумно: готов убить её или себя, – признался Саша.
– Ага, значит, уже затянуло тебя в омут! – хохотнул Анатолий. – Однако с самоубийством погоди: вдруг завтра она ответит тебе взаимностью? То-то будет смеху: застрелишься накануне своего счастливого дня.
– Два дня назад Исидора поцеловала меня, – правда, совсем невинно, в щёку. Вдруг это что-нибудь значит? Может быть, она начинает что-то чувствовать ко мне?.. – Саша мучительно потёр лоб.
– Брось терзаться, время покажет, – махнул рукой Анатолий. – Вообще, мне жаль тебя: то ли дело мои отношения с Вероникой – никаких терзаний и никаких обязательств. Мы с ней быстро сошлись и прекрасно ладим; бывает, она набрасывается на меня с руганью ни с того, ни с сего, но это, как я понимаю, часть любовного ритуала. Скоро собираемся во Францию, пожить там, – в России тяжело стало дышать… Вероника просто грезит Францией, да и мне хочется туда. У французов есть чему поучиться, особенно в любви…
– Вот и театр, мы пришли, – с досадой прервал его Саша. – До вечернего спектакля ещё далеко, но Исидора наверняка уже в своей гримёрной: Корш хоть и человек самых вольных взглядов, но опозданий не терпит.
***
Фёдор Корш был известным адвокатом, однако любовь к театральному искусству пересилила преимущества, которые давала адвокатская практика. К удивлению московской публики, он возглавил разорившийся Пушкинский театр, а потом выкупил его, став единоличным хозяином. Для того чтобы обеспечить доходы, Корш ставил в своём театре лёгкие комедии, фарсы с любовной интригой, а порой – откровенно пошловатые пьески. Народ к нему валом валил; популярность Корша в Москве была настолько велика, что известный купец и меценат Бахрушин передал театру один из своих домов.
Корш и здесь удивил москвичей: он оборудовал сцену по последнему слову техники, так что можно было добиться необычных эффектов. В одной из пьес декорация представляла собой разрез вагона, мчащегося в составе курортного поезда под соответствующее звуковое оформление. Под вагоном вращались колёса, за окнами пролетали телеграфные столбы и проходила движущаяся панорама. При подходе к станции колёса замедляли движение, в окна вплывали станционные постройки, перроны с пассажирами и усатыми жандармами.
Умело сочетая коммерцию и искусство, Корш привлёк в свой театр самых известных авторов: именно у Корша впервые были поставлены пьесы Толстого и Чехова; у него ставились и новые пьесы ведущих европейских драматургов. Корш с ассистентами посещал модные премьеры в театрах Европы, стенографировал и затем переводил текст спектакля: бывало, что европейская пьеса ставилась в России, ещё не будучи опубликованной на родине.
Появление Художественного театра пошатнуло позиции театра Корша – серьёзные пьесы публика предпочитала смотреть у Станиславского, – но Корш не сдавался. Двадцатое столетие принесло новые направления в искусстве, и Корш отыскивал лучшее, что в них было.
***
– Bonjour, Monsieur Sasha! Вы привели ко мне нового поклонника? – улыбаясь, сказала Исидора, когда Саша и Анатолий вошли в её гримёрную.
– Разве вам мало старых? – возразил Саша, целуя руку Исидоры.
– Позвольте отрекомендоваться: Анатолий, давний друг Саши, – Анатолий вслед за ним поцеловал её руку. – Пока не являюсь вашим поклонником, но надеюсь им стать.
– Вы выбрали для этого неудачный день: сегодня у нас идёт дешёвая пьеска с переодеваниями, в которой может сыграть кто угодно, – сказала Исидора. – Но скоро мы приступим к репетициям «Пробуждения весны» Ведекинда; у нас уже была читка и ходят слухи, что Корш пригласит Мейерхольда режиссёром.
– «Пробуждение весны»? Что это? – спросил Саша.
– Вот так любитель театра! Неужели не знаете? – насмешливо спросила Исидора.
– Я хожу в театр исключительно из-за вас; вас я люблю, – угрюмо произнёс Саша.
– Господи, как вам не надоест признаваться мне в любви! Это уже ваше сто двенадцатое признание, – рассмеялась Исидора.
– Вы ведёте счёт моим признаниям? – всё так же угрюмо сказал Саша.
– Я не сильна в математике, но, по-моему, число ваших признаний растёт в геометрической прогрессии… Ну, опять надулся! Дуйтесь себе на здоровье, а я лучше расскажу о новой пьесе вашему другу – вы хотите послушать рассказ о новой пьесе? – кокетливо повернулась она к Анатолию.
– Если он будет недолгим и нескучным, – ответил Анатолий.
– По крайней мере, откровенно! – снова рассмеялась Исидора. – Постараюсь вас не разочаровать, слушайте же. Ведекинд – немец, чьи пьесы наделали много шума в Европе. Их очень хвалят и ужасно ругают, а в некоторых странах и вовсе запретили. «Пробуждение весны» – пьеса о половом созревании мальчиков и девочек. В них пробуждается чувственность, они интересуются интимными тайнами в отношениях полов, но ни от кого не могут получить ответа. Вокруг ханжество и лицемерие, все избегают разговоров на эти темы или врут какую-то стыдливую чушь. В итоге, несчастные подростки, в которых бушует молодая кровь, чувствуют себя нравственными уродами, и это приводит к трагическим последствиям. Один из них кончает с собой; другой, не в силах справиться с вожделением, насилует свою подругу, и его отправляют в тюрьму, а сама эта подруга, забеременев, делает неудачный аборт и умирает.
– Да уж, весёленькая пьеса, нечего сказать, – хмыкнул Анатолий.
– Я думаю, умная и нужная пьеса, – возразил Саша. – В самом деле, как мы узнаём, откуда дети берутся, условно говоря? Из каких-то случайных источников, эпизодов книг, рассказов товарищей и прочего – часто всё это в искажённом похабном виде. Отсюда такое же искажённое понятие о половой любви, а ведь она – одно из сильнейших чувств в природе, и у людей в том числе.
– О, Monsieur Sasha! Приятно видеть в вас столь горячего её защитника, – Исидора дунула на него пудрой, которую наносила на своё лицо. – Не смущайтесь, я тоже так думаю, а в «Пробуждении весны» я хочу получить роль Ильзы, беззаботной девушки, которая сбежала из дома, чтобы вести богемную жизнь в качестве натурщицы и любовницы художников.
– Эта роль вам подходит, – пробурчал Саша.
– Что вы там ворчите, мой несносный поклонник? Хотите, чтобы я вас прогнала? – сказала Исидора с напускной строгостью и обратилась к Анатолию: – Если «Пробуждение весны» будет иметь успех, Корш хочет замахнуться на «Ящик Пандоры» того же Ведекинда; эту пьесу запретили где только можно, но Корш надеется пробить разрешение у нас. В ней главная героиня по имени Лулу сначала сидит в тюрьме за убийство своего третьего мужа, потом бежит оттуда, в четвёртый раз выходит замуж и становится очень богатой. Однако находятся негодяи, которые шантажируют Лулу, поскольку её разыскивает полиция: Лулу приходится бежать с мужем в Лондон, потеряв все свои деньги, и там она вынуждена заниматься проституцией. Один из её клиентов, свирепый африканский принц, зарезал мужа Лулу, а ещё одним оказывается сам Джек-Потрошитель. Он убивает Лулу, а заодно её подругу, немецкую графиню, которая всюду сопровождала Лулу, тайно влюблённая в неё и поэтому хранящая её портрет на своей груди. Убитая Джеком-Потрошителем, в предсмертной муке графиня протягивает Лулу этот портрет, признаваясь ей в вечной любви.
– Ну, вот это уже веселее, – сказал Анатолий. – Такую пьесу я бы посмотрел.
– Я мечтаю о роли Лулу или графини в «Ящике Пандоры», но пока приходится играть в такой чепухе, которую мы даём сегодня… Но вам-то, конечно, всё равно, Monsieur Sasha, – Исидора повернулась к Саше. – Вы, как всегда, будете громче всех хлопать мне?
– Обязательно! – ответил Саша и вновь прильнул к её руке.
– Какой пылкий кавалер, – Исидора отдёрнула руку и щёлкнула его по носу. – Но мне пора готовиться к спектаклю… Au revoir, messieurs!
– Я зайду к вам после спектакля? – спросил Саша.
– Нет, я тут же уеду: устаю безумно, хочу лечь спать пораньше, – отказалась Исидора.
– Как она меня мучает, как она меня мучает! – схватился за голову Саша, выйдя с Анатолием из гримёрной.
[justify]– Сам виноват, – ответил он. – Впрочем, из-за такой женщины