-Зачем?
-Затем, что там и врачи лучше, и лечение…
-Здесь тоже работают профессионалы, - перебила Маша, - и выполняют свою работу на совесть. Правда, тяжело с медикаментами, оборудованием. Но, как видишь, мы обходимся. Россия, конечно, наладила поставки в качестве гумпомощи. Но, ты же знаешь, больниц в городе много, и все они забиты до отказа больными и ранеными.
-Ну вот! А в Краснодаре таких проблем нет. Да и обстановка не то, что здесь: не бомбят, не стреляют и не взрывают.
-Я еще не в том состоянии, чтобы куда-нибудь ехать.
-Мы повезем тебя в «буханке». В ней ты спокойно будешь лежать. Нам бы только доехать до Новошахтинска. А дальше тебя можно будет и поездом доставить.
-А «буханку»-то ты где возьмешь?
-Да мы же с нею из Краснодара приехали. Теперь будем возвращаться за новой партией гуманитарки. Поедем послезавтра. Я побеседую с твоим врачом, чтобы тебя подготовили к поездке.
-Не надо. Я все равно не поеду.
-Но почему?
-Как я могу оставить здесь свою сестру и её мужа?
-Но чем ты им здесь сейчас можешь помочь? Наоборот, скорее, для всех ты обуза в таком состоянии.
-Я не всю жизнь буду в таком состоянии.
-И все-таки ты подумай над моим предложением. Я поговорю с Олей.
Лечащий врач идею переезда больной Мухиной в Краснодар одобрила и заверила, что документы на выписку подготовит, но сказала, что решение должна принять сама больная. Оля, сестра, на предложение Геннадия вывезти Машу из Донецка сказала только лишь:
-Ну, что ж, в Краснодаре ей будет лучше. Да и Маруся присмотрит за нею.
Вечером Геннадий опять уселся за чтение Машиных записок
*
«Госархив Краснодарского края.Фонд № Р-889, оп.№4
Из отчета об учебно-воспитательной работе в школе-интернате №2 за 1960-61 уч.год.
…По итогам года на «отлично» и «хорошо» окончило 14,4 % учащихся.
На второй год оставлены 20 учеников.
… Общая успеваемость в школе составила 89,2%...
… В 1960-61 учебном году интернат установил дружеские и деловые связи с коллективом завода металлоигрушек и мебельной фабрикой с-за «Пашковский», а также с Краснодарским пластмассовым заводом. Шефские предприятия помогли интернату в оснащении современной школьной мебели и приобретении школьной киноустановки…
…Учительница физики Брюзгина Д.Я. организовала кружок кинолюбителей.
Из отчета об учебно-воспитательной работе в школе-интернате №2 за 1962-63 уч. год.
…По итогам года на «отлично» и «хорошо» окончили 25 учащихся. …На второй год оставлены 15 учащихся.
.. В выпускном 8 классе успеваемость составила 100%, на «отлично» окончили 2 ученика, на «хорошо» 6 учащихся. Это самый высокий показатель в школе.
…Установилась тесная дружеская связь с бригадой строителей Краснодарской ТЭЦ. Руководитель бригады коммунистического труда Черкашин В.В. 26 октября в канун празднования Ленинского комсомола провел встречу с учащимися 8 класса и рассказал о том, как строились корпуса школы-интерната».
Да, это была незабываемая встреча! Геннадий вспомнил, как много вопросов ребята задавали бригадиру: какие специалисты работают в бригаде, где нужно учиться, чтобы стать строителем, какие объекты строит бригада и какова зарплата строителя? Бригадир обстоятельно отвечал на все вопросы. Оказывается, все строительные специальности можно получить в Пашковском сельхозтехникуме, что в бригаде есть и каменщики, и маляры со штукатурами, плотники и столяры, сантехники и электрики и даже собственные геодезисты, которые тоже получают профессию в Пашковском сельхозе. На зарплату, по словам бригадира, рабочим жаловаться не приходится. К тому же, все строители через год-два работы получают в городе собственную благоустроенную квартиру. Иванов, Калашников и Кузьменко тут же пожелали после 8-го класса идти учиться на строителя.
«Меня все время волнует вопрос: почему сейчас у нас в стране нет школ-интернатов, подобных нашему? Нет, школы-интернаты есть, конечно, и довольно много. Но все они либо специализированные, либо коррекционные. Иными словами, в одних обучаются и живут одаренные дети или преуспевающие в каких-нибудь науках, спорте или искусстве: хореографические школы-интернаты и училища, школы-интернаты олимпийского резерва, школы-интернаты музыки и искусств, школы-интернаты с углубленным изучением физики и математики. Есть еще различные военные и кадетские школы и училища. С другой стороны, есть школы-интернаты, где обучаются дети с нарушением развития: физического, психического или умственного: для слабослышащих, как в нынешней школе-интернате №2, для умственно отсталых, для слепых и т.п. Почему нет школ-интернатов для нормальных детей, которые просто вынуждены жить в семьях с ненормальными условиями жизни: малообеспеченных, многодетных, в неполной семье или находятся под опекой близких родственников? Сейчас почему-то сложилась система, при которой ребенка, живущего в так называемой неблагополучной семье, забирают из семьи и помещают в детский дом или отдают в приемную семью. При этом никто не желает считаться с желанием самого ребенка и с его привязанностями к своей родной семье. Просто ребенка отрывают от семьи и отправляют в чуждую ему среду. Хорошо, если в детском доме или в приемной семье люди душевные, чуткие, умеющие понимать человека, попавшего в беду. Но таких учреждений или семей мало. Чаще работающие на этом поприще люди просто зарабатывают деньги и совершают беззакония, пользуясь беззащитностью детей. В школе-интернате родительская (или родственная) защищенность есть. Приходит ребенок в субботу домой и рассказывает матери или бабушке о том, как он жил всю неделю. Какой бы родитель ни был, он обязательно придет в школу, если что не так. Даже уже сам факт того, что ребенок знает свой дом, идет домой и встречает дома людей, близких ему по крови – это дорогого стоит. Интернаты в СССР способствовали укреплению семьи, а не развалу. Родителя не лишали родительских прав, если он не исполнял свои родительские обязанности в силу каких-то обстоятельств. Ему давали шанс исправить свое материальное положение, поведение, взгляд на воспитание ребенка. Теперь же, чуть что, все: лишение прав и детдом. А решают ли проблему нормального воспитания приемные родители? В большинстве своем совсем не решают. Чужой ребенок – чужой. Только дети, взятые в семью из родильных домов (или во младенческом возрасте), могут получить настоящую родительскую заботу.
Что касается специализированных школ-интернатов, то там обучаются дети из обеспеченных и даже из очень обеспеченных семей. Вырастает элита, нацеленная на преуспевание в той или иной сфере деятельности»
«Это правда, - подумал Геннадий. – Сейчас бы меня, Ваньку Селиванова, Вовку Обрубова, Юрманову да и Машу Мухину, как и многих ребят из нашего класса, без всяких церемоний отправили бы в детский дом. А мою маму, мою любимую, самую лучшую маму на свете лишили бы родительских прав только за то, что она не могла материально обеспечить меня. Лишили бы родительских прав и мать Маши, а бабушку Тамары навеки разлучили бы с родными внуками. Кому от этого было бы хорошо? В детском доме меня гнобили бы, унижали, и даже били бы и дети, и взрослые за то, что я был слабеньким, болезненным, не мог дать отпора. О какой учебе могла быть речь? И стал бы я каким-нибудь уголовником, а не профессором».
Почему такие интернаты закрыли? Скорее всего, потому, что государственная политика в области образования озаботилась, с одной стороны, воспитанием элиты общества, с другой – соображениями роста материального благополучия этой самой элиты. За содержание и обучение детей нынешние родители платят немалые деньги. Советские интернаты полностью содержались государством, а дети обучались и жили в интернате либо совсем бесплатно, либо родители платили копейки. При этом все без исключения дети были обуты, одеты и накормлены за счет государства.
«Видать, не так уж плохо жилось простым людям при Советах, - думал Геннадий. – Плохо было тогдашним элитам и чиновникам, которым советская система не давала развернуться на полную мощь в коррупции и грабеже. Воровали, конечно. Но не везде и не в таких размерах, как теперь».
*
В день отъезда краснодарцев из Донецка Геннадий не стал сразу гнать «буханку» к больнице, хотя краснодарские ребята, собравшиеся в путь, торопили с отъездом. Мол, чего еще тянуть, путь ведь не близкий. Но Геннадий решил предварительно выяснить обстановку, насколько Маша готова к поездке. Готовы ли выписные документы, приготовлены ли Машины вещи? Да и как, в конце концов, чувствует себя сама Маша?К больнице Геннадия подвез Павло, ставший уже по-настоящему другом.
Маша ждала Геннадия. Но как только он подошел к кровати, сразу же объявила ему, что в Краснодар или еще куда-нибудь она не поедет.
-Ты себя плохо чувствуешь? – встревожился Геннадий.
-Нет. Чувствую себя нормально. Но поехать не могу. Не хочу. Если хочешь мне чем-то помочь, то привезите в нашу больницу медикаменты, перевязочный материал, медицинские инструменты и шприцы, ну, и все, что тут нужно. Я попросила врача, чтобы руководство больницы написало список всего необходимого. Зайди к главврачу и возьми этот список. Вообще, у нас тут во всем дефицит. Чем больше привезете, тем лучше.
-Разумеется, мы как можно быстрее доставим сюда все необходимое. Но почему ты не хочешь ехать?
-Я же сказала, что не хочу. Я не могу оставить здесь дорогих мне людей. Вот, смотри, Гена, на этих женщин в палате. Они поступили сюда с огнестрельными или осколочными ранениями. Выйди в коридор, зайди в другие палаты и посмотри, сколько людей мучаются от ран, полученных в результате нападения укронацистов на Донецк. Чем эти больные хуже меня, если мне можно покинуть эти стены, а им нет?
-Почему же нет? Если у кого есть родственники или знакомые в России, то и этих людей тоже можно переправить к нам.
[font="Times New Roman",
