Отец Калош поставил пустую чашку на стол, помолился, и больше не сказав ни слова, вышел в боковую дверь, сопровождаемый одним из послушников. Тотчас после его ухода пришел монах, который сопровождал их прежде, предложил им снова следовать за ним, чтобы показать место для ночлега.
Вдоль реки, выстроились в ряд аккуратные монашеские домики, от каждого порога к реке была проложена дорожка выложеная стругаными досками, которая вела прямо к берегу реки, к сходням. Здесь к берегу пришвартована небольшая лодочка, таким образом, любой монах мог переправиться на другую сторону реки. Монах сопроводил беглецов до поледнего дома и в нем, в недалеком расстоянии от храма они и поселились. Бревенчатый двухэтажный дом посредине был разделен стеной, так что в нем, таким образом, имелось четыре коматы. Аби и Нукес Вуды заняли две на первом этаже, а Роза с Созонтом на втором. Розе досталась комната с правой стороны. Обстановка в ней простая: стул, в углу жетская кровать с матрасом, набитым соломой (Роза пощупала руками-рецепторами и безошибочно определила материал), стол и два небольших шкафа – книжный и платяной. Все деревянное.
Розу сразу заинтересовали книги. Она раскрыла стеклянные дверцы, достала из плотного строя самый толстый фолиант. Это оказалась Библия на церковно-славянском языке, лингвоанализатор это подвердил. Роза попыталась прочитать несколько строк, но анализатор почему-то не мог составить из слов осмысленные предложения. Она поставила книгу на место. Остальные книги, как она смогла разобраться, были толкованиями на Библию. Она подвинула стул с гнутой спинкой из прутьев, села около окна. Отсюда открывался великолепный вид: река распадалась на два рукава, образуя остров, покрытый пышной растительностью – ивы, небольшие дубочки, осинки. А там, за островом река вновь смыкалась двумя руслами в единый, мощный поток. Где-то за горизонтом этот поток терялся, там сейчас солнце скрылось почти наполовину, отсветы его окрасили небо в красноватый цвет.
Роза смотрела на закат, улыбалась, вспоминая «прозорливость» старца. Он назвал ее «механической куклой». Это слишком устаревший термин, для нее. Она не только обладает сознанием человека, но и осознанием себя, чувством смертности, своим я. А главное тем, что делает ее выше человека: бессмертием. Она совершенно новый тип разумной жизни. Она будущее.
Наступали сумерки. Роза отошла от окна и прилегла на кровать. Матрас был жетский, подушка набита чем-то похожим на опилки, во всяком случае, пахло от нее сосной. Она видела здесь в окрестностях, пока шли, немало сосновых деревьев. Роза погрузилась в сон. Надо было связаться с Мармеем. Она никогда не могла угадать заранее, где может его найти, в каких местах, ландшафтах, декорациях. И это несмотря на то, что ее биопроцессор мог обработать квинтиллионны различных вариантов. На этот раз это была полевая дорога, грунтовка, справа и слева поля подсолнечника. Солнце стояло в зените голубого неба – все было как-то неестественно, будто нарисовано яркими красками. Это так не походило на Мармея – он всегда тщательно продумывал свои миры, а сейчас будто торопился. Роза стояла на дороге озиралась по сторонам, но Мармея не видела. Когда она повернулась на юг, он тронул ее за плечо сзади и она резко повернувшись, увидела Мармея перед собой: он был в черном плаще и капюшон закрывал его лицо. Когда он появился, все вокруг обрело ясность, все стало совершенно реальным, и Роза слышала, как поют жаворонки, где-то высоко в небе.
- Надо всех собрать. – Сказал Мармей, голос его звучал немного глуховато.
- Всех? – Скорее уточнила, чем не поняла Роза.
- Да, важны все и те, кто ничем не обладает. Мы уже близки к осуществлению замысла.
- Но мы не сможем собрать Тимея и Дарни. Я уже думала об этом. Анализировала данные, которые у нас есть, мы владеем только вопоминаниями. Я так понимаю, ты знаешь, где находятся те, кто владеет кодами…
- Не это главное, Роза. – Перебил ее Мармей, в это время они уже миновали поле с подсолнечником и поднялись на холм, откуда открывалось еще одно поле, но теперь пшеничное. Легкий ветерок шевелил колосья.
- Я администратор этой системы уже несколько тысяч лет. И примерно такое же время меня не существует как человека, я лишь вирус, который при жизни создал сам на основе своей собственной личности, понимая, что только так смогу оправдать свою синхронизацию с «Умникой».
- Вирус? Ты? Но что это дало?
В это время они спустились с возвышенности, и пошли сквозь пшеничное поле. Стебли касались ног, но этого прикосновения сквозь плотный материал комбинезона не ощущалось. Роза трогала колосья руками, они приятно щекотали пальцы. Мармей ответил:
- Это привело к сбою системы. Она зависла. Примерно такого эффекта я и ожидал.
- И мир на время оказался вне контроля «Умники». Сколько это продолжалось?
- Сто лет. Это было время, когда рухнула Гиплотахическая империя, начались генные войны, человечество вступило в новую фазу своего развития, которое пошло по другой линии, не той, что была определена Событием ежеденевника Тимея в 2073 г. И этого времени хватило, чтобы перезагрузить «Умнику». Обновить все ее программы, в том числе появившиеся в результате накопившихся ошибок, только тогда возникли новые, прорывные решения. И главное из них новый вид человека Homo verus (Человек настоящий), ты и Аманда пока единственные его представители.
Вдруг налетел с юга теплый ветер. Стебли колосьев пригнулись к земле, поле плавно опускалось к озеру, которое вытянулось вдоль небольшой дубовой рощи. Они спустились с холма и остановились на берегу озера.
- Так, может, на этом и остановиться: мы вдвоем с Амандой теперь и есть человечество. – Сказала Роза, она как завороженная смотрела на водную гладь. Мармей стоял рядом, тоже смотрел на воду, заложив руки за спину, казался задумчивым.
- У вас нет души.
- Зачем она нам? Трансмутер вполне заменяет ее.
- Трасмутер не сработает. Он лишь пробудит сознание, но даже в этом случае не сможет его стабилизировать, оно будет мерцающим.
- И что я должна делать?
- Надо собрать всех. Во всяком случае тех, кого определил Тимей. Коды к ним у Максимова, а заготовки личностей вы нашли на кладбище.
В этот момент Мармей исчез, растаял в воздухе. Осталось только, какое-то слабое прикосновение к щеке холодного ветерка. На этот раз выход из сна стал для нее проблемой, она даже ощутила что-то вроде испуга. Мармей исчез, а Роза так и стояла перед озерной гладью, как заколдованная смотрела на воду и не могла пошевелиться. Все будто застыло, как и она сама. Неожиданно Роза ощутила прикосновение к своей руке и услышала голос, буто ветер говорил с ней.
- Так выглядит созерцание. Не бойся, дай мне руку и смотри не на воду, а на вершины деревьев.
Роза сделала усилие над собой, подняла глаза, хотя это было неимоверно сложно сделать: веки совсем отяжелели. Она стала смотреть на вершины деревье. Как только она это сделал, почувствовала, как кто-то взял ее за руку и проснулась. Рядом на кровати сидел отец Калош.
- Пойдем, надо торопиться, времени осталось совсем мало.
Она молча покорилась и пошла за страцем. Ночь царила над деревней, на горизонте висел обломок сияющего Антипода. Она едва попевала за страцем, совсем неожиданной была в нем такая прыть. Наконец их почти бег закончился, и они остановились на окраине поселка. Здесь паслись кони в ночном, где-то пастухи сидели у костра, слышен был стрекот сверчков. Опершись на одиноко стоящую в поле коновязь, старец замер, напряженно вглядываясь в ночное небо. Это продолжалось несколько минут, но Роза не выдержала этого молчаливого испытания и спросила:
- Что там?
Отец Калош ничего не ответил, губы его шевелились, а глаза были закрыты. «Он молится» - поняла девушка. Отец Калош вдруг очнулся и, указывая рукой на темное небо, сказал:
- Смотри.
Над горизонтом появилась небольшая, но яркая точка света. Она начала расти, с каждой минутой увеличиваясь примернов в полтора раза от своего изначального размера. И вот это уже огромное пылающее солнце, но от которого не исходило никакого тепла. Из самого центра этого светила исшел луч, устремившийся к ним, по пути расширяясь в широкую полосу.
- Лунна дорога! – Промолвила, завороженная этим зрелищем Роза. Калош улыбался в бороду, а ее охватил какой-то невообразимый восторг.
- Что это? – Спросила она, с надеждой глядя на старца.
- Божья благодать даже куклу способна оживить. – Промолвил монах, и объянил природу этого феномена:
- Это Божественный свет. Энергия, природа которой нам неизвестна, но она исходит от самого Бога, и через нее мы можем слиться с Ним, обожиться, воспринять божественное естество. В этом цель любого верующего человека, без этого никак не спастись. Смотри, как это поисходит.
Только теперь Роза заметила, что в ночной темноте по реке плывет две лодки, они пристали к берегу и из них начали выбираться крематогены, а также несколько человекообразных существ. Они один за другим шли по берегу прямо к лунной дорожке и как только ступали на границу света и тьмы, точас исчезали, будто растворялись в воздухе. Девушка посмотрела с недоумением на старца и тот неторопливо объяснил.
- Не думай, они не исчезают, не погибают. Они просто уходят в иной мир. К Богу, это и есть грядущее и уже пришедшее Царство Небесное.
- Эвакуация. – Объяснила для себя девушка-гомоид.
- Ну, можешь считать и так. - Согласился отец Калош. – И вам пора. Оградор почти пал. Надо спешить.
* * *
