разобьюсь?! Я с детства здесь, на скале! Это моя стихия! Мой мир! Мое царство! (Ксения задорно рассмеялась).
ПАВЕЛ. И я сегодня в твоем царстве! Нарушил твой покой…
О чем ты думаешь, здесь, на скале? О чем мысли твои, Ксения?
КСЕНИЯ. Не знаю. О мире, о Боге, наверное. Трудно объяснить… Здесь мой храм. И, наверное, я здесь молюсь.
ПАВЕЛ. Молишься?
КСЕНИЯ. В церкви поневоле надо, а одной как-то лучше. Ведь Бог везде видит. Вот горы, море, облака — все Господь сотворил! Как не помолиться?..
Вечереет. На фоне догорающего неба Осман на крыше открыл свои ладони небу и поклонился солнцу.
ОСМАН (едва слышно). Аллах акбар.
День. Берег моря. По кромке воды босиком идут Ксения и Павел.
КСЕНИЯ. А ты степи видел?
ПАВЕЛ. Без конца и края! Как море!
КСЕНИЯ. А в Петербурге красиво?
ПАВЕЛ. Что за вопрос? Красиво, конечно. Северная Пальмира, — одно сравнение!
КСЕНИЯ. Пальмира… Красиво… Я бы хотела хоть одним глазком посмотреть. Только это далеко. А еще я про Иерусалим много хорошего слышала. Вот бы куда поехать! Только как?
Павел и Ксения подходят к лодке, привязанной к большому камню.
ПАВЕЛ. Запросто! Давай уплывем в твой Иерусалим. Прямо сейчас! Вот на этом славном корабле.
КСЕНИЯ (встает на нос лодки, раскинув свою косынку, как парус, смеется). Разве это корабль?!.. Да здравствует парус! Вперед, мой капитан!
Павел ловко начинает грести. И лодка уже в центре залива. На дне лодки бьется маленькая рыбешка.
Лодка стала огибать скалу. Ксения сидела на руле и восторженно смотрела на Павла.
На скале стоял мрачный Степан, выглядывая из-за куста. Павел случайно увидел его и отвел глаза. Ему отчего-то стало очень неловко. Лодка удалялась от скалы.
КСЕНИЯ. Что с тобой?
ПАВЕЛ (посмотрев на скалу, не обнаружил Степана, и из уст его вырвалось). Слава Богу…
КСЕНИЯ. Что, слава Богу?
ПАВЕЛ (смутившись). Так, ничего.
На горизонте появился парусник. Ветер надувал тугие паруса. Ксения оживилась.
КСЕНИЯ. Смотри, смотри, Павел!
ПАВЕЛ. Корабль! Плывет!
КСЕНИЯ (улыбнулась). Нет, не корабль!
ПАВЕЛ. Парусник?
КСЕНИЯ. Не корабль, не парус — человек! Человек распустил свой парус! И идет под ним! Счастливый, как птица летит! (Распростерла она свои красивые руки встреч паруснику).
Эх, взяла бы я корабль, сказала бы «прощай» своему старому. Прощай! Все прощай! И полетела бы как птица! (Помолчав.) Но нет у меня ни корабля, ни паруса… Да и дед не отпустит, — зачем, куда плыть? На какую Родину? Да и где она? Родина…
Павел хотел было возразить ей, но не стал. Их лодка причалила к берегу, и Ксения, опершись на руку юноши, сошла на берег. Оступившись немного, от качки она упала в объятия Павла. Секунда… и, отстранившись от него, посмотрела ему прямо в глаза.
КСЕНИЯ. Спасибо, милый. Прощай.
Околдованный ее взглядом, Павел долго еще стоял на берегу с веревкой от лодки в руках и смотрел на удаляющуюся фигуру девушки.
Ночь. Дом Павла. Павел лежит на кровати. И грезится ему Ксения.
ПАВЕЛ (шепчет в полудреме). Милая, милая, любимая моя Ксения.
Свеча горит у темного оконца. Ее свет отражается тусклыми бликами на стенах и искорками в глазах юноши. Потом он встает с кровати, берет перо и бумагу, пытается писать что-то. Но ничего не получается. Павел выходит в ночной сад, вдыхает полной грудью свежесть ночи. Садится на скамеечку и вскоре сидя засыпает на ней.
Шумная деревенская улица. Стадо баранов прошло под восхищенными взглядами ценителей — стариков.
СТАРИКИ. Хорошие у Ахмета бараны. Хорошие…
А у Ивана черные тоже хороши…
Хороши у Ивана. Хороши…
Арбузы сегодня бледные какие-то! Бледные.
Ночь была прохладная. Раньше такого не было, старики говорили… Да, да…
По улице пронеслось несколько лошадей. От стука их копыт проснулся спящий Павел и встал со скамейки, выглянув на улицу.
СТАРИКИ (увидев табун лошадей, проносящийся мимо них). Осман, наверное, с крыши слез. Как слезет с крыши — прямо беда. Уж не слезал бы с крыши. А то его работник перестает с работой справляться, как тот решит ни с того ни с сего делом заняться. И смех и грех! Нарочно не придумаешь!
Табун понесся к площади у фонтана. Там много народа: женщины, дети.
Ксения стояла и о чем-то говорила с пожилой татаркой, когда увидела лошадей, несущихся прямо на ребенка — шалуна лет трех, убегавшего от матери. Ксения, не долго думая, бросилась навстречу первому коню, и тот, как вкопанный, остановился прямо возле ребенка.
Народ на площади мигом замер.
Немая сцена.
Потом все загалдели и заорали, осознав, что произошло.
Ксения обняла малыша, но сознание ее помутилось, и она упала тут же, у ног уже успокоившихся лошадей.
Через всю площадь бежал к ней Степан. Присел над ней, осторожно пошлепал ее по щекам, схватил в охапку и понес к фонтану. Там стянул с плеч одной из бабок платок, намочил его в фонтане и стал протирать лицо Ксении.
В это время с конца улицы бежал к фонтану Павел. Он отстранил Степана и взял головку Ксении в руки.
ПАВЕЛ (чуть не рыдая). Что с тобой?! Больно? Больно голове?
Ксения пошевелила рукой и открыла глаза. На нее смотрели с тревогой Степан и Павел.
Несколько человек обступили их со своими советами. Женщина с тем самым спасенным ребенком продралась через толпу, взяла руку Ксении и приложила ее пальцы к губам своего малыша.
КСЕНИЯ (открыла глаза и улыбнулась). Все хорошо, слава Богу! Павел! Спасибо…
Степан отвернулся и пошел, понурый, к своему дому.
ЖЕНЩИНЫ. Чего-то со Степаном? А что — чего?
От работы оторвали… Вот, и пошел себе. А что здесь — чего?
Османов работник заболел, чи ни?.. Лошади его, кажется?!
Распустили лошадей…
С деревенской площади расходятся люди. Наши герои держатся за руки, сидя у фонтана.
КСЕНИЯ. Приходи сегодня вечером на мою скалу. Приходи.
Вечереет.
Павел проходит мимо дома Степана. Останавливается у горящего окна. Смотрит. За столом полулежа сидит Степан. Перед ним бутылка. Степан пьян.
Павел проходит мимо дома Османа.
ОСМАН (нежно поглаживает морду коня). Зачем бежал? Зачем шалил, шайтан? Разве Осман тебя не любит?… (По-татарски).
Павел стоит на скале и смотрит на мерцающее море в лучах заката. На лодчонки рыбаков на заливе. Вдруг послышались осторожные шаги и хруст веток. Это Ксения.
КСЕНИЯ. Я нарочно хотела, милый, чтобы было совсем темно.
ПАВЕЛ. А я думал, что ты забыла…
КСЕНИЯ. Что ты. Говорю, хотела, чтобы совсем темно…
ПАВЕЛ. Что такого можно сказать, только когда темно?..
КСЕНИЯ. Ну, когда темно, тогда…
ПАВЕЛ. Ну…
КСЕНИЯ (еле внятно). Тогда… Лица не видно…
Милый, милый мой паныч. Так много сказать тебе нужно… Я… Я, знаю, как ты любишь меня! И я…
ПАВЕЛ (еле слышно). Любишь?..
КСЕНИЯ. Нет… То, есть, не нет… совсем не нет! Да! Но… Я решила тебе сказать… Словом… Я собираюсь пойти…
ПАВЕЛ (с легким недоумением). Куда пойти?
КСЕНИЯ. В Иерусалим…
ПАВЕЛ (пораженный). Как? Зачем?! В Иерусалим?! Да ты знаешь, как это далеко, как туда трудно добраться?! Ты шутишь?
КСЕНИЯ. Нет, не шучу… Зачем шутить? Чем же тут шутить…
ПАВЕЛ (разочарованно). И когда же ты собираешься? Идти?..
КСЕНИЯ. Не знаю…Как только будет можно. Я же не одна. (Она глубоко вздохнула).
ПАВЕЛ. И как тебе такое в голову могло прийти?
КСЕНИЯ. Видишь ли, милый, так Господь, верно, сам устроил. По его воле так выходит.
ПАВЕЛ. И верно, чудная!
КСЕНИЯ (словно не слыша его). Захотелось мне птичкой стать и улететь в далекие края.
ПАВЕЛ. А как же я?
КСЕНИЯ. Ты?..
ПАВЕЛ. Я… Я люблю тебя…
КСЕНИЯ. И я тебя люблю. И там, в Земле Святой, буду тебя любить…
У нас один монах, странник божий Серафим, в доме останавливался. Пришел за тысячу верст!.. Так он хорошо рассказывал о Гробе Господнем. О таких чудесах — дух захватывает! Сердце трепещет! Там тыщи народа со всего света! Его рассказ мне в душу запал. Вот теперь молюсь, чтобы свершилось чудо. Ах, как хочется пойти туда! А свершится ли? Свершится?..
ПАВЕЛ (с легким недоумением смотрит на Ксению). Не знаю…
КСЕНИЯ (изменив настроение и тему). Научишь читать меня, Паныч? Очень нужно! (Видит улыбку парня). Ну, что здесь такого, смешного? Я темная, да?.. Темная?..
ПАВЕЛ (гладя девушку по белокурой головке). Ты моя светлая! (Потом, как строгий учитель). Приходи утром на нашу лодку. Начнем твое обучение. Думаю, что из тебя выйдет прилежная ученица. Ой (показывая на небо)! Смотри, какая звезда яркая!..
Две юные фигуры стоят, взявшись за руки, на фоне вечернего неба и моря.
Утро. Залив. Лодка. В лодке Павел и Ксения с
