Конечно, это крайне редко получается само собой, но при некотором навыке может помочь найти искомое.
Подтверждением эффективности подобной методики являются рассказы некоторых исследователей, которые получили искомый результат именно в периоды расслабления и тому подобные периоды.
К ним относится Архимед, который нашел свою идею в ванне; Галилей, который, находясь в церкви из качания лампы вывел закон колебания маятника; Роберт Майер, сформулировавший закон сохранения механической энергии во время одного из своих путешествий; Анри Пуанкаре, который после долгой работы и тревожного сна в ранние утренние часы установил существование «автоморфных функций».
Правда, очень редко, но бывает, что только собственные мозги оказываются способными «ухватить» постороннее связующее звено – и не в одной сфере деятельности. Подобная структура мозга встречается редко, но работает метко. Поэтому гениальный Леонардо да Винчи, когда ему потребовалось практически исключить трение в ряде изобретаемых им аппаратов, обратил внимание на обычные металлические шарики с гладкой поверхностью, которыми играли дети, благодаря чему появились подшипники качения.
V
Вторая позиция, приводящая к эпохальным находкам и открытиям, более связана с интуицией (озарение), которая используется, когда при многих неизвестных надо тем не менее принять какое-то решение.
Правда, людей она большей частью подводит, поскольку они не знают необходимых правил вхождения в это состояние, но и наука не может объяснить механизм интуитивных находок в рамках своей методологии.
Довольно подробно гипотеза механизма этого процесса изложена нами в работе «Человек как голограмма» [гл. 2.8. Litres.ru], но, вкратце, его можно обрисовать так.
Сам по себе процесс интуитивных находок, или пришедшее вдруг озарение связано с неизвестными ныне процессами в мозгу человека и эффективно проявляется только при совпадении или соблюдении нескольких условий: тщательная предварительная подготовка по низшему уровню креативности для накопления данных, имеющих отношение к исследуемой проблеме; наличие настойчиво преследуемой цели, четко и внятно сформулированной; адекватный выбор или случайное пришествие подходящего момента для озарения, когда вероятность проявления искомого наиболее велика.
Объяснить этот процесс можно, представив, что основа человека - это голограмма вне текущего времени. Поскольку каждая часть голограммы совпадает с целым, постольку каждый человек, как и его сознание, потенциально совпадает со всем проявленным [см, напр., Низовцев Ю.М. «Человек как голограмма» [Гл. 3. Litres.ru].
Это означает, что «опустившись» в своем сознании на уровень собственной голограммы, которая, являясь частью всей голограммы, совпадает с ней, и, значит, - с любой ее частью, можно выбрать ту часть, которая исследуется или интересна, и она раскрывает себя полностью. Надо только знать, что требуется. И подобная возможность открывается при наличии конкретной цели и достаточно полных знаний о данной предметной области. После «подъема» назад – в свое самосознание, человек иногда, но не всегда, может сохранить свое достигнутое в этом «низу» сознания понимание и сформулировать прочувственное на уровне голограммы в обычных терминах уже «наверху» - на уровне своего самосознания, например, как закономерность или в виде подсказки для решения проблемы, либо как элемент, связывающий все детали, либо понять способ оживления мертвого изображения на картине, либо осознать, как из какофонии разрозненных звуков создать слаженную симфонию, заставляющую слушателей полностью забыться в ее чарующих звуках.
Довольно много людей способны входить в это состояние озарения автоматически, и так же автоматически выходить из него. Это состояние именуется иногда вдохновением. Человек не помнит, что с ним было, но помнит ответ на заданный вопрос. Однако часто успех в этом состоянии не достигается из-за того, что человек нечетко сформулировал вопрос или отсутствовала необходимая подготовка – нет нужных представлений, знаний, умений и опыта, поэтому смысл ответа искажается или полное понимание ответа не достигается. Этот феномен отражен в сказках всех народов мира, когда какой-нибудь Иванушка дурачок помещается волшебником в пространство, где он пытается найти неведомо что неведомо как.
Поэтому, успешный результат интуитивных прозрений получается настолько редко, что вдохновение или инсайт, дающее его, считается уделом избранных.
Этими избранными являются некоторые изобретатели, аппараты которых меняют лицо мира, немногие композиторы, музыка которых звучит веками, приводя слушателей в восторг, немногочисленные художники, чьи картины не просто копируют фрагменты жизни, а оживляют их настолько, что они дают нам иное понимание самой жизни.
К этим избранным, как ни странно, принадлежат и неграмотные шаманы, которые с неизменным успехом предсказывают дождь, лечат некоторые болезни и указывают безопасный путь до цели. Правда, шаманы вводят себя в состояние инсайта искусственно, приводя себя в соответствующий транс с помощью наркотических веществ или набора ритмических звуков.
Суть вдохновения, точнее, инсайта сводится к тому, что человек как бы проваливается в свое подсознание и далее – в собственную голограмму. Тем самым он в своем сознании способен стать и животным, и растением, и облаком, и океаном, и математическим уравнением. Если в этом состоянии ему удается задать заранее сформулированный вопрос, то он может ощутить и ответ, но понять его смысл после возвращения в состояние полного осознания себя он сможет только, как говорят, находясь в теме.
Поэтому шаманы не пытаются узнать физическую или химическую суть явлений, но с успехом предсказывают погоду, места охоты на конкретную дичь, излечивают от ряда болезней, а некоторые специалисты-исследователи как раз при недостатке данных по конкретной теме оказываются способными в состоянии вдохновения, точнее, интуитивного прозрения, проникнуть в суть исследуемых явлений, то есть они решают задачи непостижимым, как им самим кажется, образом.
Примером этого является Менделеев, который, как он сам говорил, непонятным для себя образом пришел к вполне адекватному результату: невзирая на всё различие известных химических элементов. Он распределил их только по атомному весу, сведя в таблицу, которая дала возможность предсказывать существование еще неизвестных элементов, хотя это было лишь приближением к истине, поскольку, как было установлено позже, свойства химических элементов зависят от заряда их атомного ядра.
Аналогично интуитивным, то есть неполным пониманием подхода к решению проблемы и, в некоторой степени, ее основания, но тем не менее, Ломоносовым был открыт закон сохранения материи.
В принципе, никакой «сословности» в достижении высшего уровня креативности нет. Для этого не надо иметь уникальные мозги или необыкновенный опыт, достаточно обладать самосознанием, а оно имеется у каждого, как и собственная голограмма. Подтверждением этого являются десятки миллионов рационализаторов и изобретателей во всех странах мира. Вопрос только состоит в степени оригинальности и масштабности их построений, и тут вступает в силу «конструкция» мозга, окружение человека, его образование, склонности, наличие свободного времени и т. д. Удачное совпадение всего этого дает таланты, а самое удачное – гениев.
Так что самосознание, автоматически предполагающее целеполагание, в сочетании с подсознанием, являющимся, в частности, «проводником» в голограмму, предоставляет человеку возможность «обмануть» время, уже не только констатируя случайность пост фактум, а ставить ее перед собой как основание для процесса получения неочевидного знания. Именно через случайность человеческая креативность обеспечивает наиболее эффективные способы увеличения темпа потребления информационных потоков.
Иначе говоря, как показывают приведенные примеры, привлечение случайности (постороннего) может приводить к закономерностям иного или более высокого порядка, где эта случайность может стать уже необходимым или даже ведущим элементом.
VI
Случайность находится в одном ряду не только с неочевидным знанием, но без нее не может обойтись ни один действительно глубокий и оригинальный афоризм, ни одна по-настоящему смешная шутка, поскольку они тоже относятся к некоему неочевидному и, на первый взгляд, постороннему, появляясь сравнительно редко из-за того, что вписать нечто постороннее и случайное по отношению к банальному выражению непредвиденно метко и оригинально удается немногим.
Как только случайность вмешивается в жизненную ситуацию или попадает в текст, становясь ключевой для нее или него, то она или он неизбежно представляются неожиданной стороной. Отсюда и возникают все знаменитые афоризмы и шутки, которые, как правило, близки к оксиморону, то есть сопоставлению часто противоречивых или, по крайней мере, внешне несочетаемых понятий.
Рассмотрим сначала в этой связи некоторые глубокие мысли знаменитых и оригинальных персон в афористичной форме.
Пожалуй, самый короткий, но наиболее неочевидный и великий афоризм, в котором сталкивается житейское уважение к уму со случайной ситуацией невозможности его применения, принадлежит А. С. Грибоедову: «Горе от ума».
Дэвид Бринкли как-то выразился так: «Удачливый человек – тот, кто способен сложить прочный фундамент из камней, которые швыряют в него другие». Тут автор производит неожиданный поворот, показывая, что истинная удача не приходит сама, а ее ловят под обстрелом.
Не менее парадоксальным кажется высказывание Альберта Эйнштейна: «Только дурак нуждается в порядке – гений господствует над хаосом». Здесь Эйнштейн глупость приравнивает к порядку, что выглядит на первый взгляд необычно, но на самом деле справедливо, поскольку в беспорядке дураку не ужиться, а не дурак способен и хаос превратить в порядок для себя.
Виктор Гюго отметил однажды: «Мы рождаемся с криком, умираем со стоном. Остается только жить со смехом». А что такое смех, как не дитя случая.
Уильям Шекспир тоже не остался в стороне от лаконичной мудрости: «У каждого безумия есть своя логика». Здесь Шекспир указывает на то, что гипертрофированный случай способен превратиться в логичную глупость.
«Ни один победитель не верит в случайность», - так Фридрих Ницше констатировал нежелание самых удачливых принимать из гордости случай на себя, хотя без него никогда не обходится.
[justify]«Быть хорошим – это очень изнашивает человека», - Марк Твен здесь привлек для характеристики некоей моральной категории