Здесь у любого, знакомого с историей Америки того периода, человека не может не возникнуть одного закономерного вопроса: секунду, но как же так – ведь индейцев было гораздо больше, чем белых, и они, естественно, тоже не сидели, сложа руки? Как же смогли завоеватели всего лишь из шести европейских держав, общая площадь которых совокупно в 5(!) раз меньше площади одних только сегодняшних США, а тогдашнее население по численности действительно уступало населению Западного полушария в разы (если не в десятки раз), всего за четыре столетия колонизации захватить два гигантских континента к западу от Атлантического океана – и это, уж не говоря об аналогичных захватах в Азии, Африке и Австралии? Ведь индейцы были искусными воинами, закалёнными в боях различных племён друг с другом, они воевали на своей земле – то есть прекрасно знали места своего обитания и всегда могли использовать особенности их рельефа против своего врага: к примеру, оказываясь на открытой местности, противник всегда будет в заведомо менее выгодной ситуации, нежели те, кто прячется за стволами деревьев в лесу либо вершинами холмов, с которых на расстояние полёта стрелы прекрасно простреливается вся долина. Краснокожие жили на этих землях сотни лет, они прекрасно умели маскироваться, знали все проходы и потому могли запросто осилить пути, непроходимые для самого искусного в таких делах европейца. Отставание в оружии, в конце концов, тоже было преодолено – в знаменитом романе Джеймса Фенимора Купера «Последний из могикан» могиканин Чингачгук уже так же ловко управляется с ружьём, как и с томагавком и с луком со стрелами. И всё же многомиллионная цивилизация индейцев в итоге оказалась бессильна против гораздо меньшей их по численности армии завоевателей – ситуация, в которой, по сути, шакал свалил буйвола, ещё один исторический парадокс. Парадокс, которого на самом деле точно также не было. Дабы разглядеть главную причину поражения краснокожих в их противостоянии с «длинными ножами», перенесёмся на некоторое время с Американского континента в Евразию, а точнее – на нашу с вами Родину. Как известно, за тысячу с лишним лет своего существования Русь никому не покорялась – убрались восвояси, несолоно хлебавши, и «псы-рыцари» Ливонского ордена, и поляки Сигизмунда III, и шведы Карла ХII, и «Великая армия» Наполеона, и любители пива и сосисок Адольфа Гитлера. И лишь один эпизод нашей военной истории стал исключением из этого правила – я думаю, вы уже догадались, что речь идёт о знаменитом Монгольском нашествии на Русь, когда родина наших далёких предков едва не прекратила своё существование. И в тот раз тоже гораздо меньшее по численности войско Бату-хана, более известного в российской истории под именем Батый, одержало верх над казавшимися несокрушимыми дружинами русских князей, и причина такого была незамысловата: наследники Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха допустили раскол прежнего единого государства (как описывал то время летописец – «…разодралась вся земля Русская…»), к середине ХII столетия былая Киевская Русь распалась на отдельные княжества, каждое из которых не признавало власть Киева. С приходом завоевателей князья не помогали друг другу, каждый сидел и ждал, что монголы разорят владения соседей, а их не тронут, как не раз бывало во время прошлых половецких набегов. В частности, Рязани, которая, как известно, первой подверглась удару захватчиков, владимирский и черниговский князья отказали в помощи, когда же опомнились и послали войско, было уже поздно: Рязань пала, рязанские полки были разбиты, в силу чего позднее Бату уже проще было справиться с владимирской и черниговской ратью. Война с монголами тогда, по сути, была проиграна, и тот факт, что славян в итоге не истребили подчистую, стал результатом просто сказочного везения: измотанная многочисленными битвами армия Бату повернула назад, не дойдя каких-то 100 километров до последних на их пути крупных городов – Пскова и Новгорода – иначе сегодня политическая карта Евразийского континента, возможно, выглядела бы совсем иначе. Вот так отсутствие единого государства и единого правителя едва не положило конец существованию одной из величайших наций в мире. (К чести Руси, этот тяжёлый урок был ею усвоен: по окончании монгольского ига в XV столетии государь Иван Васильевич начал, а веком позднее его внук Иван Грозный продолжил и во многом завершил знаменитое «собирание земель русских» – создание единого государства, которое уже больше в своей истории никому не позволило себя завоевать.) Уловили, для чего я привёл эту аналогию? Точно так же не было и намёка на хоть какое-то единство у краснокожих обитателей обеих Америк: тот же Джеймс Фенимор Купер с живостью повествует, как постоянно воевали между собой племена делаваров (по имени которых, кстати, и был назван американский штат Делавэр) и ирокезов, как то и дело нападали друг на друга сиу и пауни. Редко выдавалось десятилетие, когда команчи ни разу не сошлись бы в кровавых распрях с племенами апачей, пауни, навахо – и этот список можно продолжать ещё очень и очень долго. Прибывшие на американский континент европейцы быстро «просекли» такую особенность в отношениях различных племён аборигенов – и дальше в ход пошла та самая, испытанная и проверенная за много веков, тактика «разделяй и властвуй». Подкупленный ирокезский воин, замаскировав себя под делавара, убивал кого-нибудь из своих сородичей – между племенами вспыхивала кровавая междоусобица, к финалу которой, когда оба племени были по максимуму измотаны и обескровлены противостоянием, на сцену вдруг внезапно выходили вооружённые отряды европейцев, с лёгкостью подчистую истребляя последних, оставшихся в живых, индейцев обоих племён, уже не способных оказать серьёзного сопротивления – истребляя без особых потерь в своих рядах. Так, раз за разом, бледнолицый «Давид» постепенно и одолел краснокожего «Голиафа». Отсутствие ЕДИНСТВА перед лицом общего врага стало тем роковым просчётом вроде бы мудрых индейских вождей и старейшин, который и вынес в итоге цивилизации аборигенов Западного полушария смертный приговор.
[justify] Итак, звезда Чингачгуков и Виннету закатилась – и кто же на Американском континенте пришёл им на смену? Мотивы, побуждавшие вчерашних жителей Европы оставлять Старый Свет и перебираться за океан, были разными. Конечно, было много беглых преступников, скрывавшихся от правосудия. Грабители банков и поездов, сбивавшиеся в банды, стали визитной карточкой Америки времён Дикого Запада, и имена наиболее известных из них – Билли Кида, Бутча Кэссиди и прочих – история хранит до сих пор. В 1848 году в Калифорнии, а через 12 лет в Дакоте нашли золото – началась «Золотая лихорадка», тоже привлекла немало переселенцев из Европы. Но основная же масса ехала, конечно, в поисках хорошо оплачиваемой работы и стабильного существования. На плодородных бескрайних американских землях были все условия для скотоводства и земледелия. «…Колониальная экономика характеризовалась изобилием земель и природных ресурсов и острой нехваткой рабочей силы. Это было полной противоположностью ситуации в Европе и привлекало мигрантов, несмотря на высокий уровень смертности от болезней…» (Википедия, раздел «Экономическая история Соединённых Штатов»). «…Уже во второй половине XVII века каждый мигрант имел право купить у правительства участок земли в 20 га всего за 5 шиллингов с условием, что он будет вести хозяйство на этой земле. Обычно таким образом создавались поселения на групповых началах: группа людей получала у правительства участок в 36 кв. миль (93 кв. км), строила посёлок, разделив его на удобные участки, а затем уже делилась пахотная земля и луга…» (Конотопов М.В., Сметанин С.И., «Экономическая история: учебник для вузов», ИТК «Дашков и К», 2003.) В итоге по причине постоянной безработицы в
