всегда выдавали хорошие наборы продуктов. В том числе и эти конфеты. Вообщем МЫ ЗАЖИВЁМ что называется. Ради Лены я выйду замуж за необразованного русского немца. Мой немец будет хорошим отцом для Лены. Она будет любить его. Не сходить у него с рук. Буквально висеть на нём. Мой немец станет опорой мне на много лет. В самые тудные годы. Когда я оставлю Валеру.
Отца Валеры звали Иван Никитович. Он как и свекровь тоже работал на заводе "Прогресс". Но слесарем - сантехником. Попросту таскал всю жизнь секции батарей. Их бригада проводила и ремонтировала отопление в зданиях принадлежащих заводу. Это был малограмотный мужчина. Но с партийным билетом. КОММУНИСТ. Иван Никитович Кузнецов родом из глухой заволжской деревни Филиповка. Как и свекровь. Мы ездили с Валерой в эту деревню. Мой муж показывал мне улицу на которой жили его родители и его дедушки и бабушки. В этой деревне даже не было школы. Дети ходили на занятия в соседнюю Георгиевку. Но те кто выучился мало мальски читать и писать бросали школу. Помогали дома по хозяйству. Потому родители моего мужа практически остались малограмотными.
Когда в Куйбышеве заработали эвакуированные заводы. Туда потянулись жители из близлежащих районов и деревень. В их числе были и родители моего мужа. Те кто поселился не в городе, ездили на работу на электричках. Родители моего мужа сначала получили комнату на соседей. В хорошем кирпичном доме на проспекте Металлургов. В этой комнате и родился Валера. Все квартиры на проспекте Металлургов просторные. Комнаты большие с свысокими потолками. Я знаю что в этой комнате с ними жила бабушка. Мать Ивана Никитовича. Она нянчила маленького Валеру. Я даже знаю что в этой комнате у них стоял деревенский сундук. Потом бабушка умерла. Я не знаю где её похоронили. Мы с Валерой ни разу не ездили на могилку этой бабушки. Никогда ничего о ней не говорилось. Скрывали Кузнецовы свои корни. И было непонятно с чем это связано.
Родители моего мужа были простыми рабочими. Но им дали комнату не в бараке. А в лучших домах. Так просто рабочих из деревень в те дома не заселяли. Наверное были заслуги. И скорее всего у Ивана Никитовича. Простой сантехник и вдруг коммунист. Может эти заслуги связаны с Безымянлагом. Может дедушки Валеры работали там. Эти же лагеря надо было охранять. Людей кормить. Водить на работу. Может с этим связано молчание и отсутствие фотографий. Чтобы выжившие люди не узнали их в лицо рано или поздно. Я не знаю были ли на войне родители свёкра и свекрови. Ничего о них не известно. Ни одной их фотографии в доме не было. И никогда не рассказывали об этом времени.
Свёкр по возрасту должен бы быть призван в конце войны. Но у него была повреждена нога. Вернее сухожилие. Он не хромал. Мог нормально ходить. Но ступня правой ноги как бы подгиналась немного. Из-за этого он не смог получить водительские права. Не сдал вождение. Не мог давить этой ногой на педали газа и тормоза. И на фронт он не попал. Никогда не рассказывал свёкр, где и как повредил он себе ногу. Наш отец нам про свои больные ноги всю жизнь рассказывал. В те годы не все люди охотно шли на фронт. Некоторые наносили себе увечья. Это было. Ещё я знаю что у свёкра была операция на мужские половые органы. Ему удалили одно яйцо. Потому у родителей Валеры долго никак не получались дети. Первый их ребёнок умер. Тоже был мальчик. И только в 1953 году родился Валера. Конечно он был долгожданным ребёнком. И единственным.
А тогда почти вся Филиповка переселилась. Вместе со своими домами. Деревянные срубы разбирали и перевозили. Родственники свёкра в основном переселились в Георгиевку. Она была в 8 километрах. А родственники свекрови в Кинель. Это большая узловая станция. До неё от Филиповки было 23 километра. Когда мне Валера показывал свою деревню в ней оставалось лишь несколько домов. В Георгиевке жил родной брат Ивана Никитовича. Он был на нашей свадьбе. Вот он был очень маленького роста. Болел и рано умер. Мы с Валерой приезжали в эту Георгиевку на его поминки. Ho больше мы там ни разу не были. Хотя постоянно проезжали мимо, когда Валера показывал мне свои родные деревни.
Эти места называют Заволжьем. Они раскинулись между Волгой и Бузулукским бором. В первый год нашей совместной жизни мы с Валерой на нашем мотоцикле изъездили эти места вдоль и поперёк. Первым делом поехали в село Богатое что в 100 километрах от Куйбышева. Но для скоростного мотоцикла это не расстояние. В этом селе жила Татьяна Толстова. Заведующая детским садом колхоза Победы. Та самая что потом будет просить у меня денег на операцию для моей подружки Любы Коротеевой. Помню она нам чаю даже не предложила. Мне было неудобно перед Валерой.
Мой муж знал в тех местах все дороги. Это грибные места. Леса и перелески там сухие и светлые. В них растут отличные маслята. Очень нравилось мне там. Мы ездили туда и на мотоцикле и на машине. Это окраины Самарской губернии. Совсем немного и степи. В 80 километрах от села Богатое начинаются места связаныe с пребыванием Льва Николаевича Толстого. Великий русский писатель бывал в этих местах более двадцати раз. В период с 1862 по 1883 годы. Граф Толстой имел здесь два имения. Первое имение он приобрёл в 1871 году, а второе в 1878 году. Вся история проживания Толстого в самарских степях началась с кумыса, с его желания поправить здоровье. В 1862 году писатель почувствовал себя плохо и ему посоветовали поехать на кумысолечение. Он выбрал Самарскую губернию. Приехал на Каралык к башкирам. Степной воздух и кумыс пошли Льву Николаевичу на пользу.
Самарская область сыграла не последнюю роль в жизни и творчестве Льва Николаича. Именно Толстому обязан своим созданием поселок Зубчаниновка. Это Кировский район города Куйбышева. А в те годы место поселения толстовцев. Толстовцы создали здесь коммуну. Ее члены приняли Устав состоявший из 55 параграфов. Который закрепил основные правила. НЕТ алкоголю. НЕТ курению. НЕТ разврату. Этот Устав призван был создать в Зубчаниновке уникальный российский ГОРОД -УТОПИЮ. Город-Сад. Если кто-нибудь нарушал запрет, его выгоняли из общины.
Историческая справка. Толстовство возникло в России в 1880-е годы на основе религиозно-нравственного учения Льва Толстого. Главными принципами являются. Непротивление злу насилием. Всеобщая любовь и нравственное самосовершенствование личности. Вегетарианство. Опрощение это слово, изобретённое самим Толстым. Oпроститься - опрощаться. Усвоение образа жизни и привычек крестьянства, "простого народа". Добровольный отказ от привилегий цивилизованных слоев общества. Последователи этого учения придерживались идей равенства и братства. Cчитали, что всё необходимое для жизни они могут создать своими руками. В связи с этим в России массово начали создавать земледельческие коммуны толстовцев. В СССР в 1920–1930-х годах эти объединения ликвидировали, участников репрессировали. Хотя идеи во многом перекликались с коммунистическими. Коллективизм, труд на благо общества, интернационализм. Население поселка было различным, как по религиозному, так и по национальному признаку.
Вот в этом Городе-Саде я и буду работать. С начала апреля 1977 года и до начала сентября 1981 года. А первый раз мы приедем сюда с Валерой летом 1976 года. Когда мы с ним только познакомились. И именно к Кузнецовым поехали мы с ним тогда. В этой толстовской Зубчаниновке жила родная сестра Ивана Никитовича. Анна Никитична Кузнецова. Валера называл её тётя Нюра. Она жила с мужем прямо за кинотеатром "Луч". У Анны Никитичны был хороший дом с огородом и небольшим садом. Как у всех в Зубчаниновке. Мы с Валерой были здесь в гостях тогда один единственный раз. Она хорошо нас приняла. Но ничем не угостила.
Я проработаю рядом почти пять лет. Но никогда не зайду к ним. В нашей квартире за все годы я увижу Анну Никитичну Кузнецову один раз. Она не общалась с моей свекровью. Они не ругались. Но и не дружили. У Анны Никитичны Кузнецовой было двое детей. Старшая дочь Лида. Она жила на улице Стара Загора и работала в детском садике. Cын жил в Кинеле. Мы были у него один раз. Я точно знала что родственникам не нравился муж Лиды. Он был деревенским. Его родителей всегда обсуждали. Почему они не помогают продуктами городским детям.
Тётя Нюра была болезненной женщиной. У неё был желтоватый цвет лица. Муж у неё был украинец с огромным горбатым носом. Он работал на тракторе и гулял от Анны Никитичны. Она терпела его потому что он хорошо смотрел и за домом и за огородом. Сама тётя Нюра почти всегда болела. Родители купили Лиде и её мужу новую трёхкомнатную квартиру на улице Стара Загора. И мы все вместе. Я, Валера и его родители ездили смотреть эту квартиру. Моей свекрови понравилась эта квартира. Она всё приговаривала. Вот бы Валерке такую. Эта Лида, дочь Анны Никитичны, один раз приедет к моей свекрови. Когда у меня уже родится Лена. Она первой заметит что Лена у меня маленькая. Плохо растёт. Мне не понравятся эти её оценки. Вот это и всё что я знаю о родственниках своего свёкра. Я запомнила их неразговорчивыми сумрачными людьми. Как будто они всегда боялись сказать что то лишнее о себе. Просто сидели и молчали. Таким будет и мой свёкр.
Я не знаю кто Кузнецовы по национальности. Скорее всего одни из представителей народов Заволжья. Они были темноволосыми. Не голубоглазыми. Анна Никитична была больше похожа на чувашку. Она всегда ходила в платке. Иван Никитович тоже не был похож на русского человека. Ни внешностью ни поведением. Свёкр носил очень короткую стрижку. Почти не оставлял волос на голове. У моего мужа волосы были светло-каштановыми и слегка волнистыми. А у свёкра тёмными и кудрявыми. И обоих была тёмная кожа лица. Валера похож на отца. Он только светлее. С голубыми глазами. В свекровь. Родители моего мужа были немного странными. Они вели не типичный для городской семьи образ жизни. Никуда не ходили. Ни с кем не общались. К ним никто не приходил. У них дома не было фотографий. Никаких. Ни дедушек ни бабушек. Ни тем более родственников. Как будто люди что то скрывали. Даже с Валерой у них была только одна фотография. На которой Валере лет 7-8. У самого Валеры тоже не было фотографий. Никаих. Ни армейских ни школьных.
Иван Никитович Кузнецов в доме был НИКЕМ. Человек бессмыслено прожил свою жизнь. Он был полностью под пяткой своей жены. Скорее всего из-за физических недостатков. Пил он по моему тоже из-за этого. Иван Никитович ни с кем не общался во дворе. Не играл с мужиками в домино или в шахматы. Не смотрел телевизор. НИКОГДА не ходил в кино. Не читал никаких газет и журналов. Даже Советский спорт. Валера в отличие от него был конечно развитым. Свёкра не интересовал футбол. Не интересовало пиво. Только водка. Иван Никитович никогда не пил дома. Он приходил к подъезду чуть живым. Садился на лавочку под берёзками. Что то бормотал себе под нос. Потом буквально полз по ступенькам до своей квартиры. Мне конечно неприятно было смотреть на него. Во дворе он нас с Леной в упор не видел. А дома часто привязывался.
Этот мужчина не имел своего слова в семье. И это его устраивало. Не надо нести никакой ответственности. Потoму он не был примером для сына. Я никогда не видела чтобы Валера и его отец сидели
