шёл с завода уже навеселе. Выпивки у гаражей шли уже вторым эшелоном.
У этого Миньки, у всех сестёр свекрови, и у неё у самой, на лицax были большие бородавки. Bолосы у всех росли низко на лбу. Свекровь и три её сестры носили одинаковые причёски. У них у всех были длинные волосы. Гладко зачёсанные и собранные в пучок на затылке. Лица у них так скажем были не из приятных. У всех была плохая кожа лица. Толстая, жирная и с волосками. Зубы и десна у них выдавались немного вперёд. У всех без исключения были вставленные металлические зубы. И верхние и нижние. Смотрелось это всё мощно. Но они считали себя красивыми. А моего ребёнка НЕКРАСИВЫМ.
Брат свекрови Минька чуть не попал под поезд. Это случилось на подъездных заводских путях. Он шёл на работу. Рабочий локомотив тащил за собой несколько вагонов. Был туман и брат свекрови не заметил что локомотив уже близко. Не успел сойти. И лёг на шпалы. Вагоны прошли над ним. Он с тех пор ходил таким как бы слегка напуганным. Минька женился поздно. Жил от свекрови недалеко. В частных домах за проспектом Металлургов. Свекровь не любила жену брата. Всегда обсуждала её. Рассказывала постоянно какой плохой была у них свадьба. Бедные столы. Колбаска заветрила у них там на жаре. Это для мeня всё говорилось. Что бы я помнила. Какими богатыми были столы на нашей свадьбе. Я всегда про себя думала. Лучше бы наша свадьба была победнее. Но без рассыпанной соли на пороге. И без разборок с топором. Этот Минька позволял себе мне выговаривать. Почему мы так живём с Валерой. Он считал что я, как и его сестра, моя свекровь, должна уметь держать в руках мужа. Мне приходилось это молча слушать. Жаловаться мне было некому. Идти мне было некуда.
Все эти сёстры жили на узловой станции Кинель. Их дома были рядом с железнодорожным вокзалом. Именно здесь на прилегающих улицах и проходили по выходным дням знаменитые барахолки. Сюда приезжал весь Куйбышев. Торговали всем. Персидские ковры были развешены прямо на всех заборах. Их привозили сюда из Средней Азии. Старшая сестра моей свекрови сама была торговкой. Она работала при железной дороге. Что то мыла или убирала. У неё был льготный бесплатный проезд. И она ездила за вещами в Москву и в Ташкент. Потом продавала всё на этой самой барахолке. Моя свекровь тоже ездила с ней. Валера был одет по высшему разряду. Все вещи у негo и у свекрови были куплены в Москве. Только свёкра одевали они попроще. Такие поездки за тряпками считала моя свекровь высшим пилотажем. Сначала копить деньги. Потом ехать за вещами. В те годы в Куйбышеве ещё не было отдельного рынка для торговли тряпками. Торговки и торговцы просили людей за определённую плату разрешить им торговать около их домов. Я хорошо помню эти торговые улицы. Столько разного барахла. Заборов не видно. Сплошные ковры. Даже доски на заборах были как бы отшлифованы этими коврами.
Я видела что свекровь и её три сёстры живут по особому. Каждые выходные у них в этом Кинеле были сборы. Все годы. Практически свекровь дома только ночевала. Отдавала распоряжения. И варила мужу щи и кашу. Тогда я не понимала почему Кузнецовы так странно живут. Мы с Валерой поначалу ездили к ним. И как то всё у них было всё по особому. Всё молчком. После одного случая я перестала к ним ездить. Совсем. Помню в тот день мы приехали к младшей сестре свекрови, к Вале. Поехали на машине. Валера не пил, потому что был за рулём. Это было летом. Я вышла из дома на крыльцо. Ну что с ними сидеть. Они молчат и молчат. И потом на крыльцо вышел муж этой Вали. Их зять. Он был чем то расстроен. Было видно что он знал как мы живём с Валерой. Знал что свекровь и сестры обсуждали меня постоянно. Сказал мне. Серьёзно. Спокойно. "Если бы ты знала куда ты попала. Да я и сам то..." Махнул рукой и ушёл. Я прямо застыла. Меня как холодом обдало. Благодарна этому мужчине. Я хотя бы задумалась…
С годами я конечно нашла объяснение почему так жили Кузнецовы. Bспомнила почему наша свадьба была почти трезвой, без музыки и танцев. Историческая справка. "Переселение старообрядцев на восток в Поволжье, на равнины между Волгой и Уралом, на Урал и дальше в Сибирь приняла массовый характер. А по манифесту Екатерины II от 4 декабря 1762 года в пустынные в то время районы Нижней Волги было разрешено свободно поселяться и возвращавшимся из Польши старообрядцам. В этих областях России больше всего и живёт старообрядцев. Колонизируя этот край, старообрядцы превратили его в житницу России. Построили большие слободы. Вокруг них возросло по нескольку монастырей-скитов ".
Конечно с той поры прошло больше 200 лет. И их образ жизни сильно изменился. Но главное осталось. Старообрядцы придерживаются христианской религии. Hо той что была до реформы. У старообрядцев нет икон. И старообрядцы и староверы, несмотря на различную Веру, имеют много общего. Во первых, их соединила сама история. Но до сих пор люди часто путают эти два понятия. Староверы люди не христианской веры. Они те, кто придерживаются той, что была на Руси до нее. Они являются настоящими хранителями веры предков. Староверы хранили то во что верили. По крови все они были РУСИЧИ и старались не дать отнять у них это. Староверы исконно верят в свой собственный Род, и при этом не относятся ни к какой религии. Обряды староверов и их представления о добре, зле, укладе жизни нигде не писаны. Они передаются по наследству из уст в уста. Могут быть записаны, но записи эти каждый род держит в тайне. У староверов нет молитв. Они считают что молитва унижает и того к кому она обращена и того кто ее совершает. У староверов тоже нет икон.
Свекровь и её сёстры скорее всего были или староверами или старообрядцами. Ну не мормонами же они были. Хотя в Куйбышевской области и мормонов и разных сект тоже много. Староверы и старообрядцы суровые люди. Выпивку не приветствовуют. Потому свекровь не брала с собой мужа в Кинель. Свекровь не общалась ни с кем кроме своего кинельского клана. Две сестры работали в Кинеле. Там же где и жили. А две в Куйбышеве. На заводе Прогресс. Свекровь и её младшая сестра Валя работали в одном цеху. И даже в одни смены. Я знаю точно что свекровь не ходила в церковь. У Кузнецовых не было икон. Ни одной даже маленькой. Но на нашей свадьбы была икона. Скорее всего она была со стороны родственников свёкра. Те жили более открыто. И были более образованными. Я не знаю крестили Валеру или нет. Всё скрывалось. Думаю поэтому к Кузнецовым никто никогда не приходил. Даже друзья Валеры. Они ждали его всегда во дворе. Видимо свекровь не хотела что бы у них были чужие люди.
По иронии судьбы у самых строгих сестёр дочка родит в девках. A сыновья, Саша и Валера будут пить. Саша не женился совсем. А Валера больше не женится. Я видела этого Сашу. Он даже похож на Валеру. Такое же тёмно-красное лицо. Непонятная блуждающая улыбочка. У Саши будет младший брат Коля. Вот того они удержат в своей орбите. Он будет таким прибитым. Его женят на девушке похожей на икону. Плоское лицо. Опущенные вниз глаза. Смиренное выражение. Я увижу её случайно. Когда приду к свекрови говорить о Лене.
Но ещё более странная пара будет жить в нашей комнате когда мы уедем в Якутию. Это будут родственники свекрови. Но не совсем близкие. Свекровь попросит меня что бы я разрешила им пожить в нашей комнате. Они придут за ключами. Покажутся мне странными. Какими то не живыми. Особенно мужчина. Такие при церквях работают. Бледные. С жёлтыми лицами. Я оставлю им комнату с новой мебелью. Когда вернусь комната будет пустой. Оставят только письменный стол и детскую кроватку. Да трельяж в коридоре. Мне очень будет жаль моего нового шифонера и красивой софы. Никакой платы за квартиру за все два года я не увижу. Вот такими крохоборами окажутся богатые Кузнецовы. Я не пойду к ним разбираться. Куплю всё новое.
Мы жили о одной квартире, но питались раздельно. Вернее раздельно питались только мы с Леной. Валера брал у родителей их продукты когда хотел. И мне от этого было плохо. Он же не докладывал своей матери, что это он брал, а не я. Свекровь могла думать что и я беру её еду. Что она меня кормит. А я боролась за независимость. Первое что я купила это холодильник. У свекрови был красивый холодильник ЗИЛ-Москва. Но он был небольшим, и у него была очень маленькая морозилка. Я купила красавец Орск. Холодильник был огромный. С меня ростом. С большой морозильной камерой. Именно этот холодильник помог мне выжить. В него помещалось всё. Кастрюли. Банки. Батоны колбасы. Касеты яиц. Свежий укроп помню в баночках слоями соли прокладывала. Хватало почти до Нового года. Это даже не объяснить словами как я радовалась. Я в своей комнате могла открыть свой холодильник. Когда хотела. Что бы перекусить мне не надо было идти на их кухню. Встречаться там с пьяным свёкром.
В то время строили дома где предусматривался встроенный холодильный шкаф. В нашей квартире он был под окном на кухне. Но он был заставлен банками свекрови. Это были в основном банки с маринованными грибами. Я только смотрела на эти банки. Эти грибы были не для нас. Для Кинеля. Даже Валера их не трогал эти банки. Свекровь постепенно перевозила их в Кинель. На своих сборах-сходках они тоже по видимому закусывали. В этом холодильнике под окном мне отвели маленький уголок. В него я могла поместить лишь несколько пол литровых банок. Я не умела правильно мариновать грибы. Боялась отравиться. Я жарила грибы в масле. Потом раскладывала по баночкам. Грибов получалось не так много. Они сильно ужаривались. Но были очень вкусными. Со временем я научусь закатывать банки на зиму.
Не смотря на безденежье, мясо на супы и щи, я покупала на Безымянском рынке. Я не могла смотреть на мясо которое продавалось в магазинах. Это были просто отбросы. В Сагарчине то у нас было своё хорошее свежее мясо. О котлетах и пельменях я просто забыла на четыре года. Главный корпус Безымянского рынка сооружён из конструкций цеха авиационного завода. Один цех авиазавода так и не успели смонтировать в войну. А после войны он был уже не нужен. Потому что так много самолётов уже не требовалось. Война закончилась. Я покупала здесь Лене яблочки зимой. Тёрла их на тёрке. Продукты здесь были свежими и хорошего качества. Но я покупала их изредка. Только если уж выхода не было никакого.
У Кузнецовых была дача. Но мой ребёнок рос без яблок и ягод. На даче у свекрови росли только яблони, ягоды и цветы пионы. Валера привозил мне эти пионы вёдрами. К неудовольствию свекрови. Особенно если что то натворил. Мне поначалу нравились эти цветы. А потом я их видеть не могла. Овощи свекровь не сажала. И это было плохо для меня. Огород летом всегда кормит. У свекрови было прекрасное полноценное питание в заводской столовой. Овощи на даче ей были не нужны. Мне разрешали ездить на дачу. Но только за яблоками. И я за ними ездила. Резала их потом для компота. Привозила по две кошёлки. Каждая по 10 килограмм. Помню так тяжело было их нести до автобусной остановки. Валеру было просить бесполезно. Всегда находил причину что бы не ехать. Говорил нельзя на мотоцикле с кошёлками. А машину конечно я не хотела просить у свекрови. Валерe не нужны были эти яблоки. Он приезжал на дачу с друзьями. Распить там бутылочку другую. Поесть свежих ягод.
