Важно, что сейчас у него никого нет.
Только это и важно.
Если он и сегодня меня проводит до остановки (или даже до дома), не делая никаких поползновений, наверное, нужно смириться и сказать себе - Дарья, этот парень тебе не по зубам.
Ему же хуже.
Пусть плачут те, кому мы не достались, и сдохнут те, кто нас не захотел...
Пошлость какая.
Все равно не смогу ему отказать, даже если в очередной раз потребуется работница на дачном участке (по его словам, у них имеется и дача, на которой регулярно возится матушка). Да пожалуйста. Да ради Бога. Да со всем усердием...
Спрашиваю (с легким замиранием сердца), что он намерен делать в выходные.
- Возможно, съезжу за черникой... если она уже “пошла”. Вроде должна.
Горожанин с сельскими замашками. Не могу не усмехнуться.
- Что? - смотрит на меня, глаза улыбаются. - Тебя с собой не зову - в лесу полно комарья и валежника.
Фыркаю.
- От комарья существуют мази. А по “пересеченной местности” я ходить привыкла, пленэры пишут не только на городском асфальте.
- Да? - он делает вид, что раздумывает.
- Когда мама была жива, мы периодически выезжали на природу. Всей семьей, - добавляю я.
Правда, чернику собирали лишь один раз. И это занятие показалось мне тогда, ребенку, довольно муторным - ягодки маленькие и их еще нужно по кустикам искать. Куда больше нравилось собирать малину. Она вдобавок и вкуснее.
Мы стоим во дворе, соседнем с моим домом. Не хочу, чтобы папа меня увидел, случайно выглянув в окно (или выйдя на балкон. У нас, кстати, не лоджия, а самый настоящий балкон - дом старый, “сталинский”, культурный памятник. Перепланировка запрещена).
Рядом - кусты шиповника, куда сунулся рыжий ретривер Темка. Смеркается, в сумерках лицо Кирилла приобретает какую-то загадочность - вероятно, все из-за его выдающихся глаз, сейчас кажущихся совсем черными.
“Поцелуй меня,” - обращаюсь к нему мысленно, при этом отлично зная - он этого не сделает.
А он неожиданно делает. Придвигается ближе, берет за плечи, вижу его приближающееся лицо...
Он делает это очень осторожно. Но все-таки делает. А когда я сама обнимаю его за шею и хочу продолжать уже по-настоящему, так же неожиданно отстраняется.
- Ты красивая.
- Ты тоже ничего.
Коротко улыбается.
- Иди. Твой отец наверняка волнуется.
Спасибо, что о “папике” не упомянул.
- Значит, идем за черникой? В выходной?
- При условии хорошей погоды. Тебе придется одеться попрактичнее.
- Ладно, как скажешь.
- Ну, иди.
- А ты?
- Я прослежу, чтобы ты добралась благополучно.
Не могу не рассмеяться.
- Мы ведь не в трущобах...
- Разве? - и я неожиданно понимаю, что он, в сущности “уличный пацан”, не мажор, куда лучше меня осведомлен о “городских неожиданностях”.
Иду к дому, ощущая спиной его взгляд. Хотя не факт, что он действительно решил “проследить”, насколько благополучно я доберусь до своего подъезда.
Но я ему верю.
* * *
...Слабо надеюсь, что Сергей после спектакля отвезет меня к отцу, а не в те “апартаменты” (как выразился Кир), которые снимает в ожидании, когда продастся их общий с женой коттедж, и он всерьез примется за постройку нового. Уже для нас с ним.
Участок он мне уже демонстрировал. В охраняемом поселке, неподалеку чистая речка и “девственный” лес, и при том езды до города всего ничего (впрочем, каждый раз, когда потребуются покупки, совсем не обязательно “подрываться” с места, тебе все доставят на дом). Мой папа всех этих доставок и курьеров категорически не одобряет, что объяснимо, все-таки человек другого поколения. А для Сергея такие вещи абсолютно нормальны и привычны.
Хотя мне иногда нравится лично прогуляться по торговому центру. Торгово-развлекательному.
...Увы, надежды не оправдываются. Мы едем к нему.
У него уже готов легкий ужин (разумеется, со спиртным, но меня он пить не заставляет). Красивая “интимная” обстановка.
Как никогда ощущаю себя шлюхой.
Но деваться некуда.
Не время обострять отношения. Он и так о чем-то подозревает.
Но не выпытывает у меня, что происходит. Просто спрашивает:
- Тебя что-то беспокоит?
Через силу улыбаюсь.
- У меня небольшой мандраж. Все-таки серьезный шаг...
(“Которого я могу и не совершить”, добавляю мысленно.)
Сергей кивает. Вроде как понимает меня. Или делает вид, что понимает.
А, может, и впрямь совершить этот шаг?
И окончательно распрощаться с Кириллом?
Но ведь между нами ничего еще нет, и не факт, что что-то сложится.
Я еще сто раз могу в нем разочароваться.
И миллион раз пожалеть, что оттолкнула Сергея.
Нет, сейчас лучше не обострять отношения.
И я покорно иду в спальню, когда он изъявляет желание.
....
...Прерывается на середине акта.
- В чем дело, малыш? Тебе неприятно?
Господи, ну чего ты еще от меня хочешь?! Высидела скучную оперу (а до того - два часа в салоне, чтобы выглядеть блестяще, чтобы ни у кого не возникло сомнений - у господина Загорицкого безупречный вкус), выдержала ужин (хотя не было никакого аппетита и желания дегустировать очередной “коллекционный” напиток тоже не присутствовало).
Наконец, покорно раздвинула ноги. Ну да, недостаточно темпераментно, что с того? Некоторых вещей заставить себя совершать пока не научилась. Нужно больше практиковаться.
- ПМС, - отвечаю неохотно, - В этот период женщине неприятно абсолютно всё.
Не отводит пристального взгляда. Потом отодвигается.
- Извини. Не хочу чувствовать себя насильником.
Мне становится стыдно. Сама тихонько обнимаю его достаточно еще спортивный (благодаря тренажерам и бассейну) торс.
- Давай по-другому закончим...
А вы думали, я девушка неопытная? Я быстро учусь и все схватываю на лету...
...А спустя пятнадцать минут стою в ванном комнате и ожесточенно чищу зубы и десны. Чуть не до крови.
И думаю, что Кирилл бы меня такое проделывать не заставил. Не знаю, откуда мне это известно, скорее всего я его просто идеализирую.
Но мне хочется так думать. Просто хочется.
Чтобы не полезть снова в отцовскую аптечку. Папа теперь от меня свои лекарства тщательно прячет, но при желании найти смогу.
* * *
- Глава 7
Бестужев (начало)
Чтобы настроиться на “рабочий” лад, по дороге в агентство включаю плейлист с записями Паваротти. К классике меня приобщила матушка, а Мария заразила любовью к опере. Я оказался восприимчивым. Даром, что в предках дворян и графьёв не было замечено (несмотря на столь “громкую” фамилию).
Вчера немного расспросил Ирину о характере ее “бывшего”. Характер сложный, что меня ничуть не удивило. И сильный, опять же.
В отношении женщин - истинный джентльмен. Знает по имени-отчеству всех сотрудниц (хотя предпочитает сотрудников). Фирма солидная, проектирует жилье, тут девочки с оттопыренными попками, раскладывающие на компах “косынки”, ни к чему.
О собственной безопасности заботится, но не чрезмерно. Мотивирует это тем, что, если захотят всерьез “исполнить”, “исполнят” в любом случае. Так к чему кормить раздутый штат в сущности бесполезных “качков”?
Береженого Бог бережет, мог бы я возразить, но не стану.
Клиент всегда прав.
...Загорицкий появляется в точно указанный срок (указанный им же). Я встаю из-за стола, мы обмениваемся рукопожатием. Охранник остался в “предбаннике”, где сидит мой помощник и одновременно специалист по компьютерной безопасности. Парень толковый, хотя вид у него не деловой от слова совсем. Сколько ему ни втолковывай, что своими патлами и растянутыми свитерами (а также нарочито ветхими джинсами) он отпугивает солидную клиентуру, не внимает.
- Что для вас важнее, Митрий Саныч, внешний вид сотрудника или его деловые качества?
Вздыхаю. Натуральный демагог. Но спорить бесполезно, парень - ценный “кадр”, как к нему ни относись.
Впрочем, я-то к нему отношусь достаточно лояльно и снисходительно.
...Загорицкий
