казалось, и погружаться в безысходность понимания она явно не хотела. А он, Боря, давно в эту безысходность погрузился, и желания участвовать в самозабвенном самоистреблении, делая вид, что ничего особенного не происходит, у него не было никакого.
Ещё промелькнула мысль о Маринке, которая так и не решилась выйти за него замуж, потому что не хотела уезжать. Не могла бросить пожилых родителей, за которыми маячила дача, а за ней, на заднем плане, закатанные на зиму стеклянные банки с вареньем и с солёными огурцами в подполе кирпичного гаража, и всё это вместе было ей родиной – механизмом выживания, ведущим к смерти.
Боря помотал головой, прогнал мысли, рассеял их в пространстве, поднялся и сожалеюще посмотрел сверху вниз на Людмилу:
- Некогда мне о личном трепаться. Жизнь коротка.
________________________________
*цихэ – ციხე груз. тюрьма
