счет?
Раньше я никогда не задумывался, что это же настоящий бред
сумасшедшего, который люди заглатывают, не прожевывая и
совершенно не фильтруя смысл высказываний. А смысла, там для
здравого ума, нет никакого. Какие же у меня невзгоды такие могут
быть, если я ни к кому не привязываюсь, не прилипаю душой, а
67
значит и не боюсь потерять? Никем не дорожу, забочусь только и
исключительно о себе, любимом?
Все страхи и переживания у обычного человека, в основном
связаны с близкими, с родными, с дорогими сердцу людьми. И
радость с ними же связана, и возможность быть нужным,
полезным, необходимым и незаменимым…
Глава двенадцатая
Только теперь до меня смутно начинало доходит, какими же все
мои огорчения и недовольства жизнью были ничтожными. До вот
этой трагедии все теперь оказалось неважным и малозначимым.
Не стало человека, женщины, моей жены, которой я должен был
обеспечить безопасность, кому был нужен больше всего на свете.
Больше жизни…
Неожиданно ощутил холодную пустоту внутри и все.
Вскрытие показало, что никаких следов лекарств в крови не
обнаружено. Вообще никаких причин, могущих привести к смерти
найдено не было. Ее сердце просто перестало биться. Я один знал
о существовании настоящей причины – моя вероломность. Это из-
за меня, моего ухода она заставила свое здоровое сердце
остановиться. Я убил! Я виноват и этого уже не изменить никогда.
Суда над убийцей не будет, а если бы и был, то меня бы оправдали.
Как там по законам юриспруденции - за отсутствием состава
преступления? Да и алиби 100%, меня не было в это время не
только в городе, в стране!
«Не было! Не было! Не было!» - набатом билось в висках. А должен
был быть! Дезертировал, оставил пост, решил больше не оберегать
и не защищать границы своей семьи, соблазнился возможностью
покувыркаться в постели с чужим привлекательным телом.
Никто об этом не знал. И Лизи не знала, я же ей так ничего и не
успел сказать, но она все чувствовала. Чувствовала, давно
чувствовала, моя бедная девочка!
68
Для всех я не виновен, но от этого не легче, я же все равно не смогу
продолжать жить как раньше, как надо, как положено. Значит мне
остается до конца своих дней помнить эти трупные пятна на ее теле
и мучиться, не имея возможности стереть эту картинку из памяти?
Скорее всего. Иначе не получится!
Говорят, что время лечит. Думаю, оно лишь постепенно изменят
человека. Из-за невозможности постоянно испытывать остроту
страданий, душа обрастает панцирем, каменеет. Но однажды
пережив смерть, чужую смерть, к которой имел непосредственное
отношение, человек, подобно кораблю, у которого произошел сбой
руля, будет двигаться по круговой траектории, по орбите, в полном
бессилии что либо изменить или забыть. Такое судно плывет по
кругу и через каждые 360 часов оказывается в той же точке, где
произошел сбой руля. И через 720 часов оно снова будет в той же
точке после второго круга. И всегда будет неизменно оказываться в
той же точке откуда началось орбитальное движение.
Безусловно, я получил сильнейшую эмоциональную встряску, но
приблизила ли она меня к себе? Что я понял о себе и понял ли?
Сколько буду ходить по кругу, возвращаясь мысленно в то
злопамятное утро, когда захлопнул дверь в свою прежнюю жизнь?
Или в то, другое, когда открыл ее? Или в тот момент, когда
сломался руль? А когда он сломался? И кто был рулем в моей
жизни? Я сам, мои амбиции или моя жена? А может быть встреча с
ВерОникой? Моя любовь к ней снова сбила курс моей жизни и
изменила градус руля, только вот в какую сторону? Выровнялся ли
мой корабль и взял правильный курс, задуманный изначально или
все запуталось еще больше? Получу ли когда - то ответы на эти
вопросы?
Да, Лизи, при помощи особых никому непонятных свойств,
держала меня при жизни, а своей смертью еще крепче, на какой-
то невидимой веревке, типа той, на которой Солнце держит на
привязи Землю, дальше которой планета убежать не может. Так,
если в центре океана поставить столб, и от него за веревку
привязать моторное судно, то оно тоже будет двигаться по орбите.
Это нецелесообразно, даже глупо и в море так никто не делает,
поскольку проще использовать руль.
69
А Солнце тоже движется по орбите…, то есть в свою очередь из
центра нашей Галактики какой-то очень сильный невидимый
Верзила- Кинг Конг, Пуп Мира на еще более длинных веревках
вращает Солнце и все звезды нашей Галактики…
Кто- то управляет всеми планетами и нами в том числе. Наше
существование очень ненадежное, непредсказуемое. Наша жизнь,
наши связи они могут оборваться в один момент, когда тот, кто
держит веревки нашей судьбы в своих руках может однажды
надорваться. Тогда все наши планы, мечты, наша маленькая
вселенная летит в тартарары. Мы обречены все время бояться, не
зная, что будет, когда веревки лопнут, обретем ли свободу или весь
наш мирок разрушится?
Модель гравитации для орбитального движения людей очень
сложная, тяжелая, хрупкая. Нам только кажется, что руль в наших
сильных руках и мы можем в любой момент его починить,
подправить, если собьется на незначительный градус. Это иллюзия
помогает нам оставаться в уверенности, что мы способны снова
настроить суденышко своей жизни правильно, имея цель, куда
хотим двигаться и где, в конечном счете желаем оказаться.
Творец, с небесными телами поступил проще, каждому
организовал свой руль и пошел отдыхать. А вот с людьми решил
позабавиться. Связал всех прочными веревками, да еще так
мастерски перепутал, что никак не понять кто за какую тебя
дергает. Но то, что опутан весь по самые уши это точно. А он там,
где -то в уголке Вселенной сидит, наблюдает и ухмыляется. По типу
«сделай сам» у кого, что получится. Как выпутаться сумеют?
И главное его философскую позицию оспорить невозможно. Все,
как один стараются, мечутся, крутятся. Вокруг себя и кого-то еще,
кто оказывается, важнее их самих. Как вокруг Солнца. Только
Солнце, при этом, никакого отношения к орбитальному движению
Земли не имеет. Солнце живет своей жизнью, а Земля и все
планеты своей.
Насчет вот таких космических фокусов нам на занятиях английским
языком рассказывал учитель С. Смирнов. О человеческих
взаимоотношениях сам додумался.
70
Я был занят приготовлениями к похоронам. Мой телефон просто
кипел от количества звонков и переговоров с разными службами и
инстанциями. Вечером позвонил Лизиным родителям, ее мама
сообщила, что сейчас они с папой в больнице. У него, похоже
инсульт. «Приезжай скорее» - отчаянно кричала она в трубку.
Помчался в больницу, зная, что мама Лизи могла создать панику и
без всякой на то причины, а тут…. Еще она имела очень схожую с
дочерью черту, они терялись, когда что-то происходило и
совершенно не способны были действовать. И точно, я нашел ее
сидящей в приемном покое в полном ступоре. Она даже уже не
плакала. Оцепенела. Неудивительно, предстоящие похороны
единственной дочери, муж в реанимации без сознания….
Ночью отец Лизи умер. Мне пришлось опять обзванивать все
службы и менять свой заказ. Я хоронил уже двоих.
После похорон повез маму Лизи домой и остался с ней.
Прошла неделя, прежде чем она оправилась от шока. Согласилась
немного поесть. Попросила сварить куриный бульон. Я быстро
извлек из морозилки тушку цыпленка и с воодушевлением
приготовил обед. Сам тоже почувствовал сильный приступ голода.
Кажется, я тоже ничего толком не ел все это время. Она
поблагодарила, сказала, что бульон был очень вкусный,
ароматный, такой, как она любит. После еды, обессиленная
бессонными ночами, сразу заснула.
Тем же вечером, вымыв посуду и прибрав все в кухне, протер
полы во всей квартире, сидел у окна и тупо смотрел на
занимательное путешествие дождевых капель по стеклу.
Лиля, так звали мать Лизи, вошла в комнату. На ней было светлое
платье, Она была аккуратно причесана и даже немного подкрасила
губы.
-Давай чаю попьем, поговорим, как нам жить дальше, у меня же,
кроме тебя никого не осталось на этом свете.
71
Предложила она и ее глаза наполнились слезами.
Я пошел на кухню заваривать чай, она за мной. Присела на стул и,
под нарастающий рокот закипающего чайника, почему- то
неестественно быстро, сбивчиво, начала рассказывать про Лизино
детство, потом про юность. Спешила, очевидно думала, что я уйду,
видя, как она начала самостоятельно функционировать или
торопилась, боялась, что закончатся силы и она не успеет всего, что
хотела рассказать?
-Мы нашу девочку однажды в детстве чуть было не потеряли. Ей
четыре годика было. Умненькая, красивая, а балаболка то какая
была! Говорить рано начала и как звоночек, не замолкала. Муж
пошел с ней в парк погулять, а он, ты знаешь его слабость, заядлым
шахматистом был, решил с кем – то пока партию сыграть, вот и
увлекся, забыл совсем про дочь. Тихо, спокойно, она его не зовет,
никто не кричит, не плачет и хорошо, значит все в порядке, играет
где- то рядом. А она на качели залезла, кто- то видимо слишком
сильно ее раскачал. Попросила наверное, она это любила, но
ручки отпустила на высоте и упала с качели. Так мы подумали. Да
не просто упала на землю, а отлетела в кусты, а там камни острые
были, она головой ударилась, потеряла сознание, потому и тихо
было, что не плакала. Никто ее не заметил в этих кустах, еще и
платьице зелененькое на ней в этот день было надето. Она там
почти час пролежала, пока ее нашли, много крови потеряла, голова
то разбита была. Ну потом больница, операция, потом еще одна,
она ведь говорить перестала совсем. Куда уж мы ее только ни
возили, каким специалистам ни показывали! Что – то повредилось
там, у нее в голове, год молчала, рукой правой не двигала. Второй
раз решили череп открывать, причину искали. Ну, что – то там
подправили, реакции нормальные вернулись, а вот речь с большим
трудом восстановилась. Короче, в школу пошла только в девять
лет, когда говорить нормально научилась. Ее там дети дразнили, а
она чуть что сразу кусалась. Учиться ей было очень трудно, но мы и
не заставляли, спасибо, что хоть жива осталась. Школу все же
закончила, а уж когда в педагогический институт решила поступать,
то счастью нашему и гордости за дочь вообще не было предела.
72
Отца своего она так и не простила. Когда подросла, да узнала всю
эту историю, всегда, при первом удобном случае, вспоминала, что
он ее бросил, что из-за него она вся покалеченная. И я не смогла…,
все винила его, да и он сам себя простить не мог, что
единственного ребенка не сберег. Любил ее очень, баловал, все
позволял, покупал все, что она хотела, не было никаких границ,
никакого отказа ей ни в чем. Все вину свою пытался загладить.
Только толку то что. Вся наша с ним жизнь разладилась после того
страшного события. Вместе стало совсем невозможно и врозь
нельзя было. Надо было как -то вместе держаться, терпеть друг
друга, ради девочки нашей.
А потом еще одна ужасная беда случилась. Ее чуть не изнасиловали
в 13 лет. Она мусор пошла выносить, еще совсем не поздно было.
Прямо там возле баков на нее напал какой-то пьяный бугай. Она
отбилась, так она нам сказала, но напугана была очень. Отец
выскочил, но никого уже не было, в полицию позвонили, да они
искать не стали. Сильно на нее тот случай подействовал.
Она спать не могла, кричала по ночам и снова
