хочу провести с тобой. Посещать те уютные рестораны, в которых мы так любили бывать. Гулять за городом. Кататься на карусели в парке.
Он протянул руку, чтобы коснуться её. Она отпрянула от него так быстро, что можно было подумать, будто у его руки есть когти, - Отвали от меня, гадёныш. Что значит, я ушла от тебя не по своей воле? Как бы не так. Я никогда не любила тебя, никогда. Ни тогда, когда мы поженились, ни сейчас.
Роджер застыл на месте. Сердечки вокруг его слов треснули пополам, разлетелись на куски и растаяли, превратившись в сотню кучек кашицы. Я не из тех, кто жалеет кого-то. Я считаю, что большинство людей сами создают себе проблемы и заслуживают того, что получают. Но должен вам сказать, что в тот момент этот кролик так задел струну моей души, что я чуть не выдернул её из груди.
- Думаю, вам следует знать, - сказал я Джессике, - что именно Роджер уговорил меня заняться вашим делом.
Она посмотрела на Роджера с той благодарностью, которую вы проявили бы по отношению к кому-то, кто пробрался в ваш сад и обгладывает листья капусты.
Она уже собиралась снова наброситься на кролика, когда в дверь кто-то постучал и грубый голос сказал: «Полиция».
- Это Кливер, - простонала Джессика. Она попятилась вдоль стены, как это делают пауки, когда отчаянно ищут, где бы спрятаться, - Он пришёл за мной.
Роджер подошёл к ней и обнял за плечи. Наверное, когда тонешь, цепляешься за что попало, даже за полудохлого кролика. Джессика схватила Роджера и уткнулась лицом ему в грудь.
- Защитите её, Эдди, - сказал Роджер.
- Если ты думаешь, что это что-то изменит в ваших отношениях, ты ошибаешься, - сказал я, - Но как скажешь.
Я открыл дверь. Вместо Кливера я обнаружил Расти Хадсона и Никельса Юргенсона, владельца ломбарда, парня с каменным лицом и таким же сердцем. За годы работы я продал ему несколько вещей, но всегда дважды пересчитывал деньги, чтобы убедиться, что Никельс не увеличил свою долю за счёт моей.
- Дважды за один день, - сказал я Хадсону, - Чаша моего терпения переполнена.
- Как и твой рот, - сказал он, протискиваясь мимо меня в квартиру.
Он подошёл к Роджеру и Джессике, прижавшимся к стене, повернулся к ним лицом, но заговорил со мной. - Ты хитрый, Валиант, а я ненавижу хитрых перцев. Я говорил тебе, чтобы ты отложил дело ДеГриза. Я говорил тебе, что оно закрыто. Не успел я вернуться в участок, как до меня дошли слухи, что ты всё ещё в нём. Я слышал, ты даже нашёл себе напарника, кролика.
Он скривил губы и бросил на меня взгляд, достаточно острой, чтобы пробить дырки в коже, - Это он? - он ткнул большим пальцем в сторону Роджера.
Я кивнул.
- Что ж, может, мне лучше прочесть этому твоему новому партнёру ту же проповедь, что и тебе, чтобы вы оба поняли суть, - Хадсон обернулся к Роджеру и Джессике и протянул руку, - Расти Хадсон, - сказал он Роджеру.
- Багз Банни, - ответил Роджер. Он отцепился от Джессики и вложил свою лапу в руку Хадсона. Хадсон пошатнулся, но не отпустил её.
- Багз Банни, - сказал Хадсон, - Как мило, - свободной рукой он указал на Никельса, - Иди сюда, Никельс, познакомься с Багзом Банни.
- Приятно познакомиться, - сказал Никельс.
- Ты когда-нибудь встречал Багзом раньше? - спросил Хадсон.
- Да, однажды, - ответил Никельс, - Недавно он заходил в мой магазин и купил револьвер.
Хадсон повернулся ко мне, увлекая за собой Роджера, чью лапу он всё ещё держал. Лишённая своего защитника, Джессика изо всех сил старалась раствориться в обнажившейся штукатурке за отслоившимся куском моих обоев.
- К твоему сведению, детектив, - сказал Хадсон, - пистолет, который купил твой напарник, - это тот же самый револьвер, из которого застрелили Рокко ДеГриза, - Хадсон достал наручники и покрутил их у меня перед глазами, - Когда он покупал этот пистолет, то звали его не Багз Банни. Это был Роджер Рэббит, и у тебя большие проблемы, Валиант. Для начала - укрывательство беглеца. Сокрытие улик. Соучастие в убийстве.
- Я - враг общества номер один, - сказал я.
- Не совсем. Ты только номер два, - он качнулся в сторону и одним быстрым движением защёлкнул наручники на запястьях Роджера, - Твой партнёр – номер один. Давай пойдём в центральный отдел, кролик, и ты расскажешь мне историю своей жизни.
- Погодите-ка, - сказал я, схватив Хадсона за плечо, - Это не настоящий Роджер. Это его двойник. Если бросить его в тюрьму, он там распадётся.
Хадсон начал засовывать руку под пальто, вероятно, за чем-то злым и металлическим, чтобы запустить мне в лицо. Я отпустил его. Он достал пустую руку, - Правильное решение, Валиант. Возможно, для тебя ещё не всё потеряно, - он не слишком мягко подтолкнул Роджера к двери, - Послушай, я должен допросить этого кролика. Может быть, он двойник. Может, он распадётся до того, как доберёмся до участка. Ну и что? Мы говорим о мультяшке. Какая тебе разница, увидишь ты его снова или нет?
- Мне не всё равно, потому что он мой напарник. Неважно, что он из себя представляет и что я о нём думаю. Всякий нормальный человек должен заботиться о своём партнёре.
- Валиант, если ты действительно в это веришь, то ты сентиментальный дурак, как какой-нибудь придурок из второсортного триллера, - Хадсон приподнял шляпу перед Джессикой, прижавшейся к стене, и направил Роджера к выходу.
- Эдди, - взмолился Роджер, прижавшись к дверной раме, когда Хадсон проталкивал его наружу, - Эдди, я ваш напарник. Помогите мне. Пожалуйста.
Никельс вышел вслед за ними, захлопнул дверь и оставил меня наедине с Джессикой.
- Какое облегчение, - сказала Джессика, улыбаясь достаточно непристойно, чтобы выгнать из комнаты всех, кто моложе восемнадцати и без сопровождения родителей, - На минуту я подумала, что они пришли за мной.
- Должно быть, сегодня ваш счастливый день, - сказал я, - и я думаю, что он станет ещё лучше. Подождите здесь, - Я пошёл на кухню и принёс чайник, или волшебную лампу, или как там он ещё называется, держа его за ручку, так как он был ещё горячим от чая Роджера.
- Лампа! - завизжала Джессика, - Вы нашли лампу, - она потянулась за неё, но я отдёрнул руку.
- Не так быстро, - сказал я, - Вы знаете волшебные слова, которые активируют эту штуку?
Она покачала головой, - Нет, не знаю. Но мне не составит труда убедить Доминика сказать мне их. Я могу быть очень убедительной. Это не займёт у меня много времени.
- Извините, я не могу ждать, - я направился к двери.
- Остановитесь, - крикнула она, - Давайте обсудим это. Мы можем заключить сделку. Я поделюсь с вами тремя своими желаниями. Я дам вам одно желание. Всё, что захотите. Всё на свете.
Я открыл дверь.
- Два желания, - сказала она, - Я дам вам два желания. Вы можете стать лучшим в мире детективом. Или самым богатым человеком в мире. Или величайшим любовником. Просто скажите мне, чего вы хотите, и я загадаю это для вас. Богатство, власть, всё, что пожелаете. Только оставьте мне одно желание для себя, - сказала она, - Одно желание. Это всё, о чём я прошу.
Она схватила меня за руку. Я высвободился и оттолкнул ее.
- Единственное желание, которое у меня сейчас есть, - это вызволить Роджера из тюрьмы, и я думаю, что смогу исполнить его в одиночку.
- По крайней мере, позвольте мне поехать с вами, - она взглядом ласкала лампу с гораздо большей страстью, чем когда-то ласкала меня. Удивительно, что он не расплавился от жара.
- Извините, но в эту поездку я отправлюсь один.
Она продолжала настаивать, и я аккуратно ударил её в челюсть. Она упала как варёная лапша. Я выпрямил её, подложил ей под голову диванную подушку и пожелал приятных снов.
Глава 39
Я застал Доминика одного в его кабинете, просматривающего стопку бухгалтерских отчётов, большинство из которых были обильно почёрканы красными чернилами. Даже если компания ДеГриза была надёжна в финансовом отношении, я задавался вопросом, как долго она будет оставаться такой под руководством человека, который не может читать отчёты о прибылях и убытках, не шевеля губами.
- Я принёс вам подарок, - сказал я ему и протянул чайник Роджера.
- Вот он! - закричал Доминик, бросаясь ко меня через весь стол, - Это мой чайник. Давайте его сюда, - он схватился за чайник и попытался вырвать его у меня из рук.
Я выхватил пистолет и упёрся стволом в его вздувшийся живот, - Не так быстро. Сначала ответы на несколько вопросов. Потом чайник.
Он отступил. Обычно, когда ты утихомириваешь парня, его глаза смотрят на твой пистолет. Я достаточно часто попадал в такие ситуации, поэтому знал. Думаю, если внимательно следить, то можно даже успеть отпрыгнуть в сторону, прежде чем пуля попадёт в тебя. Но Доминик был совсем другим. По его мнению, пистолет не столь важен. Его глаза ни на секунду не отрывались от чайника, - Конечно, конечно, я отвечу на всё, что вы хотите.
Я двигал чайник взад-вперед. Глаза Доминика следили за этим, как змеиные, - Я знаю, что это не чайник. Я знаю, что на самом деле это волшебная лампа. Я знаю, что вы и ваш брат родились мультяшками. Я знаю, что вы использовали лампу, чтобы превратиться в людей и добиться успеха в бизнесе комиксов. А теперь эффекты от загаданных желаний сходят на нет. Ваша компания разоряется, и вы снова становитесь мультяшкой. Вам нужно загадать последнее желание, чтобы вернуть всё на свои места. Пока все верно?
Доминик кивнул.
- Расскажите мне, что вы предпринимали, чтобы забрать волшебную лампу у Роджера.
Доминик достал сигарету, поднёс её к губам и попытался прикурить. После двух попыток и сильно обгоревшего носа он, наконец, отвлёкся мыслями от лампы на достаточное время, чтобы сделать всё правильно, - Мы перепробовали всё. Мы пытались проникнуть в его бунгало, но не смогли из-за этой сложной системы сигнализации. Рокко пытался устраивать встречи у кролика, чтобы попасть внутрь.
- Да, - сказал я, - Помню, Рокко хотел, чтобы я организовал одну встречу для него.
- Я не удивлён, - сказал Доминик, - Но ничего не вышло. Этот кролик ни за что не пустил бы Рокко или меня в своё бунгало. Он нам не доверял.
- Ну ещё бы, - сказал я.
- После смерти Роджера я отправился туда, чтобы сделать последнюю попытку. Полицейские не отключили сигнализацию, так что я без проблем проник внутрь. Я перевернул всё вверх дном, но лампа исчезла. Я нигде не смог её найти.
Это объяснило, почему у Роджера был такой бардак, когда мы вернулись к нему домой. Я задал свой следующий вопрос, хотя уже знал ответ, - Это вы убили Роджера? И запомните: если вы мне солжёте, то никогда больше не увидите эту волшебную лампу.
Доминик хлопнул руками по столу, - Нет, я не убивал кролика. Я бы убил, и с радостью, если бы у меня была возможность, но у меня её не было.
Я поверил ему. Если бы он совершил это, то уходя забрал бы волшебную лампу. То же самое можно сказать и о Джессике.
- Это правда, - сказал Доминик, - Теперь ваша очередь. Помогите мне.
Казалось, есть только один шанс разобраться с этой неразберихой, и я воспользовался им. Я бросил Доминику лампу. Он поймал её и прижал к груди, поглаживая от носика до ручки, как гладят кошку.
- Можете оставишь меня наедине с ней, - сказал он, - чтобы я мог загадать желание?
- С удовольствием, - сказала я. Я вышел в пустынную прихожую, закрыл дверь и прижал к ней ухо.
Внутри я услышал, как Доминик ДеГриз произносит слова: «Пусть сбудутся мои мечты». На этот раз слова вызвали ответную реакцию - громкий шум и крик ДеГриза.
В комнате послышался ещё один голос, и раздался выстрел.
